Вадим Леднев - Операция "Муравьиный бог"

— Подожди… Откуда… Откуда ты все это… Ты вообще кто такая? Из ФСБ что ли?

— Слушай… — оборвала его Мила, — ты можешь не перебивать, хотя бы пять минут?! А то я уже начинаю сомневаться в своем выборе! Кто я такая, это пока не важно! Можешь называть меня агент Смит, или майор Пронин или еще как-нибудь, как тебе нравится.

Никита покорно умолк.

— Так вот, — продолжила она, — Как ты знаешь, в вашем городишке сейчас развивается… орудует, крайне опасный… мнэ-э… скажем так, преступник. Ну, эти серийные убийства подростков… Слыхал наверное?

Никита молча кивнул.

— Наш Наблюдатель, работал по этому делу. Но, к сожалению, непостижимым пока для нас образом, сам попал в орбиту действий этих…э-э…сил. Очевидно, он что-то почувствовал, может даже знал, что за ним слежка. Он собрал самые дорогие для него вещи вот в эту сумку и отнес ее на вокзал, в камеру хранения, которую мы используем для обмена. Как мы видим, от слежки оторваться он не сумел и на обратном пути погиб. Поскольку лишних Наблюдателей у нас нет, нам срочно… почему узнаешь позже… нам срочно понадобился новый Наблюдатель. Где его взять в такой короткий срок? Мы использовали интернет… сейчас это практикуется.

— Сайт знакомств… — выдохнул Никита, — Вы залезли на сайт знакомств.

— Почему бы и нет, — кивнула ему Мила, — У вас, кстати, довольно представительный сайт знакомств — тридцать тысяч мужских анкет. В основном конечно разные извращенцы, но все равно покопаться есть в чем. Самое главное быстро! После того как были отсеяны все малолетки, семейные любители промискуитета и просто тупые дебилы, осталось что-то около пары сотен анкет, им и были разосланы письма с предложением знакомства. Предпочтение, понятное дело, оказывалось тем анкетам, где были указаны номера ICQ. Оперативность, сам понимаешь. Кто-то не прореагировал на предложение, кто-то отреагировал не так… в нашем распоряжении остались пятеро. Далее право выбора было предоставлено мне…

— Ты что, со всеми спала?! — окрысился Никита.

— Нет, малыш! — кокетливо улыбнулась ему Мила, — Только с тобой. Ты, кстати, был последним, пятым… я уже начала отчаиваться… Короче, ты наверное уже понял, к чему я все это рассказываю? Ты прошел предварительную проверку. Тесты показали, что ты подходишь. Поэтому, я уполномочена предложить тебе вакансию Наблюдателя… и вот это, — она показала на черную сумку.

— Что там? — голос у Никиты от волнения осип.

— Согласие, малыш, согласие!

— Что я должен буду делать? И на фиг мне все это надо?

— Делать ты будешь то же, что и предыдущий Наблюдатель, то есть наблюдать! Следить чтоб в городе не размножались… Короче за порядком следить. А для чего это тебе нужно? А нужно тебе это, вот для чего: во-первых, ты получишь куда большие финансовые возможности по сравнению с теми, что ты имеешь сейчас. Значительные. Ты попросту не будешь нуждаться в деньгах! Как тебе? Оклад ведь у ученых небольшой, правда? А во-вторых, ты получишь и другие возможности, о которых ты и мечтать не мог в самых смелых мечтах! Ну как, согласен?

— Ты что, меня вербуешь? — Никита яростно потер подбородок, — А если я не справлюсь? Да я же не знаю об этом ничего… этому где-то учиться, наверное, надо?

— Ну, мясо, как ты выражаешься, у тебя в голове есть… парень не глупый! Чему-то тебя научат… в крайнем случае помогут. Да и возможности, которые ты получишь, позволят тебе решить любую задачу. Так как?

— И что? Мне что-то подписать кровью?

— На хрена мне твоя кровь? Я тебе дам ручку. Не так уж это и важно, скорее дань традиции, но для порядка надо. Вот этот документик подпиши, — она протянула ему свернутый вдвое лист. Прочитай, конечно, если желаешь…

Никита развернул лист на столе. Вверху бумаги в золотом круге стилизованную белую латинскую букву Р (почему-то он сразу понял, что это именно латинская П, а не русская Р) перечеркивали два серпа, один черный, другой красный. По внешней окружности золотого круга шли какие-то мелкие иероглифы. Молотков только со звездочками не хватает. Что это за китайский герб? Ниже эмблемы шла крупная надпись на латыни, под ней, помельче, опять же иероглифы и ниже еще мельче, по-русски значилось: «СЛУЖБА КАРАНТИНА».

«Что за бред! — подумал Никита, — Какая еще Служба карантина? Может это сон? Я сплю?». Он начал читать текст под эмблемой, там оказывается уже было впечатано его ФИО, и от его имени написано, что становясь Наблюдателем (именно так, с большой буквы), он обязуется исполнять… не разглашать… и прочая бюрократическая писанина. Довольно малоосмысленной была эта бумажка. В тексте присутствовали лишь общие фразы, а о том что именно он должен исполнять и чего ни в коем случае нельзя разглашать, не говорилось не слова. Внимание Никиты привлек последний абзац, в котором он предупреждался, что: «Измена делу организации, либо выдача доверенных указанному выше лицу тайн, повлекут за собой справедливое и неизбежное наказание». О самом наказании, в духе всего документа, ничего не сообщалось.

— А что за наказание такое мне тут предусмотрено? — обернулся он к терпеливо ожидающей его Миле.

— Да, собственно, наказание состоит в лишении всего того, что дадут. Но знаешь, на моей памяти никогда такого не было… это скорее так… формальность.

— Лишат и на счетчик поставят? Странный какой-то договор, — пожал плечами Никита, — Обязуюсь делать то, не знаю что… Накажут тем не знаю чем. А может меня заставят пожирать христианских младенцев? Что вы на это выразите, госпожа китайский шпион?

— Китайский… Грамотей — это японские иероглифы. Сюда смотри! — ноготь Милы уперся во вторую строчку текста, которую Никита упустил из внимания, там говорилось, что договор сохраняет силу в течение семи дней с момента подписания.

— Понял? Семь дней! За этот срок ты полностью войдешь в курс дел. Если что-то не будет устраивать, откажешься. Тебя всего лишат, но это будет не страшно, так как привыкнуть не успеешь. Ясно?

— А если не откажусь?

— Тогда договор станет бессрочным.

— Что, до пенсии? — пошутил Никита.

— До смерти! — голос Милы остался серьезным.

Никита еще раз пожал плечами.

— Ладно, давай свою ручку. Подпишу! Только я все равно ничего не понимаю… Китайский… э-э, пардон, японский? цирк на выезде, какой-то…

Он взял протянутую ему Милой ручку, задумчиво покрутил ее в руках, потом решился, снял колпачок и поставил свою подпись.

— Вот и чудненько! — Мила приняла у него листок, — Теперь можешь отдыхать до завтра. Сейчас я отвезу тебя домой, а завтра произведем прием в организацию.

— Прими-ите меня в партию… — проблеял Никита и поинтересовался. — Отвезешь? На машине, что ли?