Чудак из Города Луны (СИ) - Володарский Вадим

Если убийца действительно преследует какие-то связанные с нами цели… Мы должны сейчас сосредоточиться на том, чтобы обнаружить его и обезвредить. Речь идёт о выживании организации в целом, и каждого из её членов в частности. Причём, если убийцу возьмут полицейские, он может выдать организацию, раз уж каким-то образом о ней узнал. Для нас это тоже ничем хорошим не закончится.

Во всяком случае, таких совпадений не бывает, и ситуация, на мой взгляд, требует немедленных действий.

Она отправила сообщение, прекрасно понимая, какое недовольство вызовет оно у адресата. И с угрюмой улыбкой подумала, что у них, точно так же, как и в полиции, нижестоящие «выскочки» не приветствуются. Но она стала заниматься этим именно потому, что ей было не всё равно, и, в какой-то мере, плевать на последствия для себя лично. Или, точнее говоря, невыносимо смотреть на то, что окружало её…

Ян подумал, что всё его время делится между работой и собственной квартирой. Ну, с недавних пор ещё и Лаурой… Но больше ему и заняться-то нечем, и побывать негде. Завсегдатаем дискотек он никогда не был. А фильм из прошлой жизни, до основания Города Луны и других подобных городов, можно посмотреть и дома. А книгу почитать — тем более.

Сейчас он снова находился на той же работе. И, если бы не тот факт, что человек, которому можно было задать нужный вопрос, был его подчинённым, — ему пришлось бы нелегко. Где бы он искал того, кто разбирается в радиоантеннах? У них в тепличном хозяйстве ничего подобного не применялось. Весь опыт Яна в обращении с ради сводился к использованию смартфона. А если искать того, кто в этом разбирается, — это может привлечь внимание. В том числе и того самого таинственного контрольного отдела (интересно, что же они, всё-таки, контролируют?)

К счастью, он вспомнил, как Донни рассказывал, что делал радиоуправляемые модели самолётов со своими сыновьями. Разумеется, с электрическими двигателями, — много раз он рассказывал, сколько радости дают мальчикам такие игрушки. Кстати, купить их было нельзя. И вообще, моделирование техники прошлого не поощрялось, хотя и запрета на это не было.

— И что тебя интересует? — Донни был только рад помочь, когда кто-то проявлял интерес к тому, что он делал. Тем более, когда это был начальник.

— Радиопередатчик. И приёмник. Точнее, антенны… — И он описал размеры той, которую нашёл в туннеле. И получил обрадовавший его ответ:

— Мы почти что такими и пользуемся.

— Так вот, на какой дальности она обеспечивает приём и передачу? Ты должен знать, — улыбнулся Ян. — тебе же нужно, чтобы самолётик не улетел дальше, не потерял управление и не разбился.

— Такое уже пару раз бывало. Дети расстраиваются…

— Тогда тем более… Впрочем, не совсем так. Меня интересует даже не расстояние. А то, может ли передатчик «достать» за препятствие.

— Нет, конечно. — Донни даже удивился такому вопросу. — Только в зоне прямой видимости. Если за угол залетит, — считай, потеряли, всё время мальчикам говорю…

Яна, разумеется, мало интересовали проблемы управления игрушечным самолётом. Но он продолжал задавать уточняющие вопросы. Впрочем, главное было понятно: таким образом сигнал не мог передаваться далеко. Второй конец канала должен был быть там же, в туннеле. Но … куда информация передаётся оттуда? Определить это было невозможно.

И что вообще всё это означало? Этот одновременный интерес к нему контрольного отдела и … кого-то таинственного, кто нелегально подключился к компьютерной сети?

Посоветоваться не с кем. Кроме, разве что, Лауры. Она, конечно, — офицер полиции. Но… Может быть, именно поэтому что-то подскажет… Ян подумал, что она его не выдаст. Впрочем, — так уж работал его мозг, — он сразу просчитал варианты. Если выдаст… Намного хуже не будет, контрольный отдел и так собирает о нём информацию. А ничего противозаконного Ян не сделал. К тому же, он ведь тоже кое-что о ней знает … хотя бы насчёт мяса…

А если не выдаст, — они станут только ближе друг для друга. Тоже неплохо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

10

10.

Однако Лаура, — на этот раз одетая более … буднично, — встретила его без улыбки. Хотя обняла, как обычно. Кажется, её отношение ко мне не изменилось, подумал Ян. Так в чём же дело?

Она рассказала. Про убийцу и о том, что теперь исчезла её подруга. И как это похоже на то, что произошло с убитым соседом…

— Раньше, когда были войны… Говорили, что снаряд дважды в одну воронку не попадает, — заметил Ян. Она, накрывая на стол, и раскладывая по тарелкам очередное запрещённое блюдо (на этот раз — котлеты, объяснила Лаура), ответила:

— Да, я знаю. Но у меня, скорее, чувство, что … я сижу в каком-то окопе, а эти самые снаряды рвутся всё ближе.

— Я тебя понимаю: ты под впечатлением того, что случилось с этим Легри, а теперь беспокоишься за подругу… Но опасности для тебя я не вижу. — Он пожал плечами. — За исключением той, которая … является частью твоей работы.

— Хорошо бы ты был прав, — вздохнула девушка. Но что-то в её взгляде… Тут же в голове промелькнули ещё несколько мыслей. Но тут прозвучал вопрос: — А у тебя как дела?

— Представь себе, тоже проблемы. Только я пока не очень знаю, что они означают. Мною как-то … стали сильно интересоваться. Сразу с двух сторон. — И он рассказал сначала про контрольный отдел, а потом — про кого-то таинственного, кто действовал через незаконное подключение к компьютерной сети, и кого найти не представлялось возможным. По крайней мере, пока.

Лаура внимательно слушала, — на её плече сидел, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, серый попугай, и, казалось, тоже прислушивался к разговору. Очень умная птица. А его хозяйка, наконец, сказала:

— Тех, неизвестных, я бы на твоём месте не очень боялась… Что они тебе сделают? Если сами … действуют вне закона. А вот контрольный отдел — это серьёзно…

— Что же это такое всё-таки? Ты должна знать. Вы, наверняка, работаете с ними.

— Как бы тебе объяснить… Я, кстати, с ними не сталкивалась напрямую. Понимаешь, это не мой уровень. Не патрульного. С ними может говорить капитан Дэвис, наш начальник. Ну, по каким-то вопросам, связанным с расследованием, может быть, лейтенант Лекар…

— Так что же они, всё-таки, контролируют?

— То, ради чего … основан наш город. Чтобы все придерживались этого, чтобы никто даже не подумал о чём-то другом. Они … следят за благонадёжностью, и чтобы никто даже не задумался … над причинением вреда.

— Но я никогда не думал причинять никому вред.

— Скорее, чему… Это ты так думаешь. А они могут считать иначе.

— Короче, контроль за мыслями. И осуществляют они этот контроль через компьютер, — сделал вывод Ян. И получил в ответ уточнение:

— В основном. Но не только. Как я уже говорила, наше начальство тоже говорит с ними…

Ян испытующе посмотрел на подругу, — не прекращая при этом есть. Он уже понял, что мясо даёт его телу такой заряд энергии, которого не обеспечивает привычная раньше пища. А ловко Лаура «привязала» его к себе… Но, тем не менее, решился:

— Ну, не хочешь — не рассказывай. Только не нужно считать меня таким уж глупым…

— Что ты имеешь в виду?

— Ты знаешь, что такое этот самый контрольный отдел, хотя сама сказала, что не имеешь с ним дела по службе. И рисуешь его как … организацию, которая следит за тем, чтобы люди правильно, с её точки зрения, думали. Если знать историю… То это что-то среднее между идеологическим управлением какой-нибудь партии, вроде коммунистической или нацистской, и политической полицией. Так? Но по твоему тону я вижу, что тебе эта организация … сильно не нравится. Неудивительно. — Он показал вилкой на остатки содержимого своей тарелки. — Это им не понравится… Не только потому, что идёт вразрез с идеями. Тут что-то ещё. Ты говорила о чёрном рынке. Но … какой может быть в нашем городе чёрный рынок? И откуда, собственно, это возьмётся? Если животных ради мяса не разводят, не выращивают, здесь этого просто нет. И не было за всё время существования Города Луны. Не было, как раз благодаря этим идеям. Тем, которые, как ты говоришь, защищает от инакомыслящих контрольный отдел. Но мясо на тарелке — это не мысли. Это материально, и, чтобы оно здесь появилось, кто-то должен был что-то предпринять. И это не один человек. Это … какая-то организация, и ты в неё входишь. Не знаю, чем она занимается, какие цели преследует. — Он усмехнулся. — Кроме поддержания сил своих членов… И тех, кто оказался близок к ним. Не хочешь — не рассказывай, я тебя в любом случае не выдам. — Вот тут выражение лица Яна стало серьёзным. — И ещё, мне кажется, эта организация должна существовать уже давно. Но теперь … появился этот убийца, о котором ты рассказывала. Которого вы в полиции зовёте «наш друг». Ты бы не чувствовала себя, как ты сказала, солдатом в окопе. К которому всё ближе рвутся снаряды, если бы … этот убийца не имел какого-то отношения к тому, чем ты занимаешься. Не к полиции… — Они закончили есть, и теперь Ян медленно отхлёбывал сладкий чай. Оказалось, что оба питают пристрастие к этому напитку. — Этот убийца — не из ваших. И уж точно не имеет отношения ни к полиции, ни к контрольному отделу. Чем бы ты ни занималась… Он — кто-то третий. Не знаю, на вашей он стороне или наоборот. Но с его методами… Полиция будет искать его, и может выйти на вас. Не знаю, что тогда будет, поскольку понятия не имею, что это такое… Но после такого интереса ко мне контрольного отдела … и кого-то ещё, — мы так или иначе в одной лодке.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})