Кефир, Гаврош и Рикошет. Рубин, колдунья и кексы со шпротами - Евгений Фронтикович Гаглоев
– Думали, я просто так вам помогала? – выгнула спину дугой Матильда. – Э нет, я сама хочу всем завладеть. Разве я могу отказаться от армии послушных крыс? Ну вот мы и проследили за вами.
– Как подло с твоей стороны! – возмутился Кефир, пролетая над площадкой.
– Спасибо, я старалась. – Матильда поклонилась, будто снова выступала на сцене. – А теперь отвлеките толстушку, пока мы займёмся статуэткой!
– Вот уж нет! – крикнул Рикошет и бросился за подручными Матильды.
Он почти настиг Рыбьего Глаза, но тут кошка прыгнула на него сверху. Рикошет и Матильда покатились по полу. А тем временем болонка Джозефина потянулась к золотой крысе.
В тот же миг перед её носом сверкнула красная молния.
– Это что за меховые клочья вмешались в мои планы? – грозно осведомилась Елена. – Да я вас всех пущу на котлеты!
Гаврош и Кефир бросились на Дрона и Рыбьего Глаза, и все четверо проворно увернулись от россыпи молний. Тут же Дрон прыгнул на Гавроша, но тот увернулся. Ящерица грохнулась на пол.
– Ох, – страдальчески закатил глаза Дрон. – Отомсти за меня, Рыбий Глаз! А я пока притворюсь мёртвым, чтобы меня больше никто не трогал…
– Кийя! – крикнул Рыбий Глаз, принимая боевую стойку.
Гаврош и Кефир застыли напротив.
– Не советую со мной связываться. Я знаю айкидо, – сказал Рыбий Глаз.
– Так зови его сюда, – рявкнул Кефир. – Мы и ему наваляем!
В этот момент сзади на него прыгнул осмелевший Дрон. Енот стремительно пригнулся, и ящерица пролетела над ним. Кефир поймал Дрона за хвост и, раскрутив над головой, метнул в кота, который готовился напасть на Гавроша. Оба жулика отлетели прочь и плюхнулись в воду.
Рикошет отшвырнул в сторону Матильду и кинулся к золотой крысе, но её уже схватила зубами Джозефина.
– Ура! – завизжала Матильда. – Крыса моя!
– Как бы не так, – проворчала болонка. – Не думаешь же ты, что я поделюсь с тобой властью?
– Что? – возмутилась Матильда. – Бунт? Да я тебя в порошок сотру!
Тут в Джозефину ударила молния, а под потолком расхохоталась Елена.
– Какой меткий выстрел!
Болонка подлетела в воздух с выпученными глазами и разжала челюсти. Гаврош поймал золотую крысу на лету.
– Мамочки, – выдохнула Джозефина и со стуком брякнулась на пол. – Вот тебе раз, такого я точно не ожидала…
– Не-е-ет! – хором завопили Елена и Матильда. – Моя крыса! Ах ты, гадкий скунс!
Рикошет запрыгнул в катер и завёл двигатель.
– Пора рвать когти! – крикнул он.
Гаврош и Кефир тут же заскочили следом, уронив в воду парочку замешкавшихся крыс.
Матильда быстро огляделась. Рыбий Глаз и Дрон, дрожа и отплёвываясь, выбирались из воды. Джозефина валялась на полу, почёсывая синяки.
– Ни на что не годные болваны, – прошипела кошка. – Опять придётся всё делать самой!
– Эй, крысы! – раздался вдруг крик Елены. – А ну, схватите этих пушистых поганцев. Они уносят мою статуэтку!
Катерок рванул прочь.
За ним бросились в погоню загипнотизированные крысы. Толстобрюх – впереди всех. Но и Крысиная королева сдаваться не собиралась. Пылесос уже набирал скорость, когда Матильда изловчилась и запрыгнула на него сзади.
– Вы все пожалеете, что связались со мной! – грозно прошипела она.
Глава 20
Погром на кондитерской фабрике
Едва золотую крысу вытащили из устройства, красные лучи погасли и действие гипнотической машины прекратилось, но крысы ещё не очнулись от транса и не осознавали, что делают.
Катер мчался мимо полчищ зачарованных крыс, которые горохом сыпались в канал, чтобы плыть за енотами. К счастью, очутившись в ледяной воде, хвостатые зомби тут же приходили в себя и начинали испуганно пищать, не понимая, что происходит.
Зато пылесос с двумя рыжими наездницами быстро нагонял беглецов. Катер едва успел заплыть под арку, когда Елена снова пальнула молнией. Дворец с треском разлетелся на куски, и во все стороны полетели его обломки вместе с крысами, сидевшими на балконах и лесенках.
– Моё поместье! – донёсся жалобный писк Толстобрюха.
Крысиная королева довольно рассмеялась, глядя, как крысы градом сыплются на катер енотов. Расстояние между лодкой и пылесосом неумолимо сокращалось.
Рикошет и Кефир не придумали ничего лучше, как хватать крыс и швыряться ими в преследовательниц. Крысы ударялись о пылесос, цеплялись зубами и когтями за одежду Елены и хвост Матильды. Обе преступницы вопили от боли и ярости, но погоню не прекращали.
Крысиная королева палила молниями почти безостановочно, Гаврош едва успевал поворачивать катер.
– Отдавайте золотую крысу! – крикнула злодейка. – Мой гипноз без статуэтки долго не продержится!
– А тебе ещё мало крыс? – спросил Рикошет. – Можем добавить!
Тоннель впереди раздваивался. Катер енотов скользнул в правую трубу. В этот момент Когтезуб впился зубами в палец Елены, и та громко завизжала, а её пылесос скользнул в левое ответвление. Закрутившись волчком, он вознёсся вверх по трубе, выбил крышку люка и вылетел из подвала.
– Тупик! – завопил Гаврош, увидев, что катер несётся прямо на толстую решётку, перегородившую тоннель. – Мы заблудились!
Развернуться они уже не успевали. Кефир ударил по кнопке ранца и взлетел вверх, схватив приятелей за шкирку. Еноты взмыли к потолку, а их катер врезался в решётку и треснул пополам. Обломки тут же пошли на дно.
– Моя лодочка! – всхлипнул Рикошет. – На чём теперь рыбачить будем?
– Сначала надо выжить, – ответил Кефир, взлетая всё выше.
Тут он ударился в крышку люка, выбил её и тоже вылетел из канализации.
Еноты плюхнулись на пол в большом цехе кондитерской фабрики «Сладкая жизнь». Пылесос Елены висел у самого стеклянного потолка.
– Вы сорвали мой план, противные еноты! – крикнула злодейка. – Ну ничего! Я сумею всё исправить! Отдавайте золотую крысу!
Гаврош, державший статуэтку в левой лапе, тут же спрятал её за спину. Пылесос Елены, стреляя во все стороны молниями, понёсся прямо на енотов.
Кефир, Гаврош и Рикошет принялись как бешеные носиться по залу, перекидывая друг другу золотую крысу, а Елена гонялась за ними. Она потянулась к Кефиру, но статуэтка оказалась уже у Гавроша. Матильда спрыгнула с пылесоса на Гавроша, но золотую крысу уже подхватил Рикошет. Вокруг всё грохотало и взрывалось.
От ударов молний несколько больших котлов опрокинулось, и тесто вытекло на пол. Матильда, истошно мяукая, заскользила по нему, как фигуристка, и с размаху врезалась в пластиковый бак. Тот опрокинулся, и перемазанную тестом кошку завалило кондитерской присыпкой. Бедняжка стала похожа на большой взъерошенный кекс.
– Проклятие! – жалобно взвыла Матильда. – Замучаюсь теперь умываться!
Очередная молния Елены
