Пиво, эльфы, два стрельца - Виталий Святец

– Большой медведь, размером с дом!

– Да, я сама видела!

И это еще не все петухи пропели семь утра.

Когда же часы перешагнули восемь, гвардии капитан Эрн уже успел бегло ознакомиться с тем, что смогли накопать ночные патрули: поводов для радости не прибавилось. Еще меньше их стало к концу стопки документов: на последнем листе красовался приказ о повышении Иона Кота и присвоении ему звания офицера, без показателей, даты и подписи.

Капитан вздохнул. Он успел забыть, что сам же велел штаб-сержанту Безликинсу подготовить этот документ.

– Эх, младший офицер Кот… – грустно сказал Эрн и убрал бумагу в ящик стола. – Очень надеюсь, что это было в первый и последний раз.

Он в самом деле надеялся, что свой второй шанс Кот не проворонит.

В кабинет постучал Безликинс и сообщил, что гвардейцы явились на построение в полном составе и никто, кроме тех, кто в отпусках с выездом, не остался в стороне.

Это радовало. И означало, что Эрн в достаточной степени донес до них то, что гвардия – это те, на кого смотрят горожане, когда мир летит к чертям. Капитан поправил куртку и направился на задний двор штаба. В восемь тридцать в расписании была плановая утренняя разнарядка.

***

– За проявленную некомпетентность, – вещал капитан Эрн перед личным составом гвардии, – за умышленное уклонение от просьб о помощи горожан, находящихся в конфликтной ситуации, которая привела к причинению тяжкого вреда здоровью одному из них; за нахождение во время указанной выше конфликтной ситуации в состоянии алкогольного опьянения…

Капитан остановился, выдержал короткую паузу и повернулся к стоящему позади гвардейцу.

– Младшему офицеру Иону Коту, – с нажимом на имя сказал он, – объявляется предупреждение о неполном служебном соответствии.

Бравс, стоящий в ряду других младших офицеров, поежился.

– В дополнение, – продолжил Эрн, – с настоящего момента младший офицер Ион Кот на месяц отстранен от патрульной работы и переводится в штаб гвардии, в кабинет по работе с заявлениями граждан, то есть в непосредственное подчинение штаб-сержанта Яра Безликинса.

На сей раз Бравс в своих эмоциях был не одинок – по рядам гвардейцев прошла дрожь. Стремление Безликинса к идеальным, без сучка и задоринки, бумагам многим доставляло хлопот. Каково быть в подчинении безупречного документоведа – проверять на себе не хотел никто. Никогда. Совсем.

– Встать в строй, младший офицер Кот.

– Есть, – сдержанно ответил гвардеец и направился к товарищам.

– Господа гвардейцы, – обратился Эрн ко всем присутствующим. – Надеюсь это будет уроком для всех вас. Теперь о том, что произошло после. Для всех, у кого есть уши и кто уже слышал некоторые, кхм, искаженные факты, объясняю, чтобы не было недопонимания и разнотолков. Ситуация такова: вчера, поздним вечером, у стен трактира «Винный бочонок» было совершено убийство.

Некоторые гвардейцы так и ахнули. Многие начали переглядываться и шептаться между собой. Кот выпучил глаза. Едва он хотел спросить друга, что он пропустил, как Эрн поднял руку, призывая к тишине.

– Неизвестные выпустили несколько стрел, – продолжал капитан. – Убитый, некий Драго, тридцати восьми лет на человеческий возраст. Согласно миграционной карточке, проживал в Несеренити почти два года. При себе имел документы сотрудника городской пашни. Также пострадал господин Крато, глава эльфийской общины Несеренити, он находится в лазарете. На данный момент это все, что нам известно.

– Ты как вообще? – украдкой, не сводя глаз с командира гвардии и стараясь не пошевелить ни одной мышцей, спросил Бравс Кота.

– Отвратительно, – ответил Кот, едва двигая губами и не веря своим ушам.

– Все, кто дежурил ночью – на сегодня могут быть свободны. Всем, кто выходит в патруль и на места в городе, – Эрн остановил взгляд на рядах младших офицеров, – любой ценой сохранять порядок. Также требую сообщать о любой странности, особенно в поведении эльфов.

– Он сам, похоже, в шоке, – шепнул Кот, быстро проанализировав сказанное. – О любой странности, говорит. Не знает, за что хвататься.

– Явно не за пиво, – сказал кто-то из стоящих позади младшего офицера, и с разных сторон посыпались сдавленные смешки.

– Господа младшие офицеры, – рыкнул капитан, услышав перешептывания. – Кому-то из вас есть, что добавить?

В наступившей тишине никто не осмелился сказать ни слова. Капитан Эрн кивнул.

– Караулы на всех городских воротах и в порту переходят на усиленный режим. Досматривать каждого. Разойтись, – велел он.

– Что вообще такое вчера произошло, Род? – Ион Кот растерянно потер лоб.

***

В одном младший офицер Кот был прав – Эрн действительно не знал, за что хвататься. Капитан как раз обдумывал это по дороге в свой кабинет, но на пороге его прервал заливистый, глубокий и бархатный, и такой милый сердцу смех.

– Господин Хольм! – обрадовался он.

Краг Хольм, глава гномьей общины Несеренити, обменивался последними новостями с Безликинсом. Большой добродушный гном, хоть и был ниже капитана на две головы, обладал недюжинной силой и залихватским чувством юмора, поэтому во время своих визитов регулярно уточнял у Яра, не ущемляет ли гвардии капитан Эрн его прав и свобод, а затем обнимал капитана за ноги и поднимал вверх, приговаривая «Не то я его!». Этот раз не стал исключением.

– Ну полно Вам, Краг, – Эрн похлопал гнома по плечам. – Был бы повод радоваться.

– Вы в добром здравии, капитан, как тут не порадоваться? – Хольм поставил Эрна на землю. – Тут в городе такие слухи ходят – Вы бы слышали!

– Ничуть не сомневаюсь.

Капитан велел Безликинсу вызвать младшего офицера Бравса, а сам пригласил Хольма в свой кабинет.

– Как себя чувствуют господа Аффект и Глазомер? – Эрн уселся в кресло, предварительно усадив гостя.

– Бывало и лучше, чего греха таить, – ответил гном и погладил пышную бороду. – Аффект до сих пор не пришел в сознание. Такой шок пережить! Чтобы его пиво – и дерьмом назвали, вот уж! Я бы сам того остроухого убил, будь это законно!

– Убили другого, – поправил Эрн.

– Разве? Пресвятая горнодобытчица, они все на одно лицо!

– Тот, что назвал пиво… – капитан сделал рукой неопределенный жест, указывая куда-то на пол. – Вот этим вот, кхм, он в камере. Выясняем, как он связан с убитым.

– Живой! – обрадовался Хольм. – Так это же хорошо! Уж мы с него взыщем! И ущерб трактиру Аффекта, и господину Глазомеру за страдания!

– Это вряд ли, Краг, – Эрн выудил со стола документ, пробежал его глазами и поморщился. – Нигде не работает, с последнего места уволен за… – он ухмыльнулся. – Пьянство и драки.

– Еще лучше! – Хольм прямо-таки засиял. – Мы его на работу возьмем!

Эрн оторвался от бумаги и посмотрел на гнома широко раскрытыми глазами. Это было не