Расселл Джонс - Выше головы!

— Администраторам положено иметь высокий допуск, — спокойно разъяснил я. — Но на самом деле это ничего не значит. Потому что если нет… контакта, если не умеешь понимать людей, но никакое знание ничего не даст. А для умения достаточно умения. Самое главное всё равно хранился здесь, — я опустил голову, чтобы было удобнее указать себе пальцем на висок.

Фиксаторы плотно прижимали мои локти к бокам. «Интересно, кто это придумал? Они что, всерьёз меня боятся?»

Видимо, да.

Что ж, это объяснимо. После того, что я сделал, меня следовало опасаться.

— И ты думаешь, что ты… умел? — спросил журналист. — Умел быть хорошим администратором?

Не сразу получилось подобрать правильный ответ.

— Наверное, я умел не очень хорошо, раз мне назначили испытательный срок.

— Но доступ всё-таки что-то давал, — никак не мог успокоиться Саласар, для которого тайны значили больше, чем люди, которые за ними скрывались.

В этом смысле он мне завидовал. И Прайсу он тоже завидовал — у покойного было больше привилегий. Он был почётным гражданином! И даже участвовал в судебных заседаниях и тайных спамерских экспериментах, куда Саласара не приглашали и никогда не пригласят.

Если бы он узнал, что у меня был первый ФИЛД, его бы, наверное, разорвало от зависти.

— Доступ ускорял время получения ответа, — снисходительно объяснил я, начиная чувствовать жалость к этому нелепому и несчастному человеку. — Но это не преимущество.

Он был заслонён более удачливым конкурентом — и будет до конца своих дней ютиться в тени покойника. Навсегда останется «вторым». А с его амбициями и самомнением это невыносимо.

— Понимаешь, — продолжал я, — чтобы задать вопрос, надо уже многое знать. Надо поставить задачу. Надо понять, что тебе надо. Без всего этого ФИЛД — просто груда информации. Логосы именно так к ней и относятся, да и камиллы. Они обращаются туда только тогда, когда возникает необходимость. Но они не могут сами придумать себе вопрос…

«Если они не ущербные одиночки», — мысленно продолжил я, вспомнив о И'сы. Теперь я понимал его одиночество. И понимал, почему он всё время просил рассказать ему о ребятах. Это действительно много значило — знать, что где-то там есть такие же, как ты. А если нет?..

Преступное бездействие

Их больше не было — вот что важно. Никого.

Нет Виктора, который ненавидел «идиотский» цвет наших антимаскировочных комбо.

Нет Цао, который мог прийти на обед весь обсыпанный кормом для рыб — Чарли как-то достал мотыля у него из волос. И, прежде чем я успел его остановить, съел, к восторгу самого Цао и к ужасу брезгливого Дэвида.

Девида тоже больше не было. Я никогда не узнаю, что он раскопал в своих изысканиях и научился ли готовить «реальный плов». И не увижу, как продвигается его борьба со страхами.

Нет Криса. Интересно, что они сделали с его барабанами? Просто утилизовали?

А грядки Заира? Он всё ждал, когда можно будет собрать урожай, и совсем по-детски огорчался, что я улетаю и не попробую…

Их нет.

Вся тринадцатая группа была уничтожена. Все оставшиеся андроиды А-класса. Все мои братья.

Проект был закрыт после того, как Чарли ДХ2-13-3-02 нарушил правило на ношение отличительного знака и был отключён. Сразу после этого профессор Нанда поднял вопрос о повторной комиссии, и даже день был назначен.

А через три часа после моего отлёта с «Дхавала» Дэвид ДХ2-13-1-03 воспользовался «традиционным способом», чтобы закончить свою жизнь. Повесился. На куске провода. Комнатный камилл не понял, что происходит, пока не стало поздно. Перелом шеи — быстро, очень быстро! Можно сказать, повезло.

Через три дня вся тринадцатая группа официально была признана нестабильной и потенциально опасной. Только один человек был против, но его голос уже ничего не мог изменить.

Забавно! Это было в тот же день, когда я отключил себя, чтобы не навлечь на «ашек» подозрение. Пока на «Тильде-1» я делал выбор между собственной жизнью и благополучием остальных, а на «Дхавале» решали, имеют ли эти остальные право на жизнь. И комиссия — та самая, что когда-то позволила нам остаться, но с кнопкой — решила не рисковать.

Тянуть не стали. Статус «ашек» и без того висел на волоске! И дело было не только в «Кальвисе». «Люди для людей». Нам не было места. Нас не должно было быть. Эксперимент по проверке матричного клонирования слишком затянулся. Поступок Чарли стал решающим — они просто получили законный повод сделать то, что давно хотели.

Через пять дней всё было кончено. Сначала кнопка, а потом милосердный укол. Двое попросили сразу укол, но им отказали. Не положено.

Утилизацию осуществлял — по личной просьбе — профессор Хофнер. Который ещё раньше, едва стало понятно, что приговор не отменить и не отсрочить, подал заявку на «выход», и это заявка была удовлетворена. Так что ненадолго пережил своих… сыновей.

Ему был 91 год. А я и не знал, что так много…

Что касается Рэя ДХ2-13-4-05, то при любом подозрительном поведении следовало немедленно прекратить эксперимент. То есть произвести отключение. Лучше не экспериментировать с адаптацией нестабильного андроида на автономной станции! Мало ли что может случиться!

Сообщение с информацией о произошедшем и рекомендациями относительно последнего андроида А-класса было отправлено уже после того, как не стало Проф-Хоффа.

Оно пришло в самом конце сеанса СубПортации — это означало, что обсуждать его можно будет только в следующий раз, через два года. А вот информация и, главное, требования, обозначенные в нём, требовали оперативного реагирования.

И Глава Станции отреагировала, предоставив всем, кому следовало, эти данные плюс своё предложение. Время было подходящее: Рэй ДХ2-13-4-05 только что помог разрешить проблему «А-М-112» и продолжал заниматься делом Мида. Относились к нему как герою, без кавычек. Но на всякий случай назначили месячный испытательный срок. За это время он сумел обнаружить уцелевшего «бэшку» и спас двух подростков — достаточно, чтобы поставить точку в этом деле.

Никто не был «против». Центр — это Центр, а на «Тильде-1» могли и предпочитали решать такие вопросы самостоятельно. Это и значило быть независимой станцией.

Вот только другое «дело» никуда не делось — и касалось оно Главы Станции, которая была готова на всё, чтобы не пустить Рэя ДХ2-13-4-05 к этому пресловутому сообщению. Она не хотела, чтобы андроид знал, что у него нет ответственности перед остальными, нет долга, нет обязательств. Не хотела, чтоб он знал: ему некуда возвращаться и некого ждать, не о ком скучать и не на кого рассчитывать. Он один — такой, какой есть. Но он не должен был знать об этом.