Темные сестры - Ольга Олеговна Пашнина

– Мы уйдем вместе.

– Папа никогда не отпустит меня. Он говорит, мне еще нельзя. Сначала нужно закончить ритуал.

– Я тебя заберу. Я найду и заберу, обещаю.

Жизель улыбается, но так, что мне сразу становится понятно: она не верит.

– Вот!

Я беру старый гвоздь – понятия не имею, откуда он здесь взялся, – и царапаю на стене, возле которой мы сидим, два имени.

КИМ + ЖИЗЕЛЬ

Буквы кривые, гвоздь то и дело срывается, и я режу пальцы. А Жизель смотрит внимательно, склонив голову, изучая меня.

– Видишь? Я обязательно вернусь.

– Я вернулась… – вслед за воспоминаниями повторила я. – Прости, что так поздно.

Райан не отрываясь смотрел на имя сестры.

– Она говорила о мертвом мальчике. А я не понял. – Он устало опустил голову. – Никогда не понимал. Если бы я хоть раз прислушался к ней, задумался, что же случилось с Жизель… Может, смог бы ей помочь.

– Мертвый мальчик?

Значит, и у Жизель были собственные призраки. Только она, в отличие от меня, вряд ли была причиной их смерти. Какая ирония: мне повезло, что боги наградили ментальным даром, а моим жертвам – нет. Интересно, кем был этот мальчик? Настоящим Мэнфордом, лишенным шанса повзрослеть, потому что его отцу понадобилось тело?

Я выпрямилась. Стряхнула наваждение вместе с накатившим чувством вины за то, что Жизель так и не увидела меня снова. За то, что я не сдержала слово. Помнила ли она девочку Ким, что провела в ее подвале несколько дней?

– Зачем отец тебя сюда приводил? – спросил Герберт.

– Чтобы ценила то, что имею. Чтобы всегда знала: со мной случится то же, что и с Жизель. Если я не буду… хорошей девочкой.

Я снова посмотрела на кресло. В подобном я провела много часов, снова и снова выдерживая попытки отца уничтожить мое сознание, превратить в пустую куклу. Десятки зелий, ритуалов, заклинаний. Его отчаяние и злоба – я впитала их как губка, сама превратившись в подобие отца.

– Сожгите здесь все, – глухо произнесла я.

– С удовольствием, – поморщился Герберт.

– Нет! – Хантер преградил мне дорогу. – Ким, это доказательства…

– И что? – Я подняла на него взгляд. – Предъявишь их управлению? Посадишь Конрада?

– Его жертвы заслуживают правосудия. Их близкие заслуживают знать правду.

– Там, – я указала на шкафы и столы, – лежит то, ради чего тысячи магов готовы убить без колебаний. Это лишь малая часть того, что умеет Конрад Кордеро. Но даже она навсегда изменит наш мир и нашу магию. Знаешь, к чему это приведет? К тому, что бессмертие можно будет купить, выменять или забрать. К тому, что богачи начнут выращивать себе детей для новых жизней. К тому, что проблему с переселением души в неродственное тело решат. И однажды… а этот момент обязательно наступит! – кому-то захочется большего. Власти. Денег. Вечной жизни и вечной молодости. И Конрад восстанет в новом теле. Чтобы окончательно ввергнуть в хаос наш мир. Это, по-твоему, справедливость? Это то, чего наш мир заслуживает?

Снаружи послышались звуки дождя. Запахло сыростью, откуда-то с потолка начало капать.

– Но эта лаборатория доказывает, что в твоем состоянии виновен Конрад. Что ты не могла контролировать себя. И тебя смогут освободить, Ким. Все закончится. Ты больше не будешь платить за его преступления.

– Я плачу за свои. И смогу жить, только если никто на свете больше не сотворит подобное тому, что сделал мой отец. Пусть даже это будет жизнь в палате с мягкими стенами. Ты говорил, что хочешь меня спасти. Тогда реши, что важнее: справедливость или моя душа.

Не дожидаясь ответа, я вышла. Поняла, что не могу находиться здесь, где каждый предмет пропитался грязью, болью и безумием. Больше всего мне хотелось сделать глоток свежего воздуха и подставить лицо каплям дождя – чтобы они смыли все, что так не хотелось вспоминать.

Не знаю, сколько прошло времени, когда Герберт, Райан и Хантер вышли из дома.

За их спинами разгорался огонь.

Из груди вырвалось сдавленное рыдание, я подтянула колени к груди и опустила голову. Вместе с пламенем, пожиравшим старый дом, словно горело все внутри. Я никогда еще не чувствовала такой невыносимой боли, как будто кто-то заменил мне сердце тлеющей головешкой.

Мужчины ушли. Я сидела на крыльце до тех пор, пока спиной не ощутила тепло от пожара. Вытерла слезы, поднялась, немного пошатываясь, и в последний раз окинула взглядом отцовское пристанище.

Теперь у него нет укрытия.

А скоро не останется и свободы.

Они заслужили отмщение. Жизель, Кристина, жертвы, имен которых я не знала.

Их души будут смеяться, когда Конрад Кордеро окажется в аду внутри самого себя.

Глава 9

– Почему мне лучше? – спросила я, когда мы возвращались обратно в дом. – Почему меня больше не тянет убивать?

– А тебя не тянет? – спросил Хантер.

Пришлось прислушаться к себе, что я делать не любила. Боялась, что тот огонь, который горел во мне так долго, жаждущий крови и мести, до сих пор не потух.

– Не тянет. Я… не знаю почему. Когда ты выпустил меня, я натворила много дел. Подожгла дом, ранила Тая. Но я не хотела, чтобы кто-то пострадал. А Тая убил бы отец. Он не удержался бы, я знаю. Я пыталась ударить так, чтобы у него остался шанс, не хотела убивать его. Впрочем, я даже не уверена, что видела отца, а не свой кошмар, но… Мне не хотелось, чтобы кто-то погиб. И я спрашиваю тебя как моего целителя: почему?

– Ты выздоравливаешь. Это значит, мои методы работают. Тебе становится легче.

– Но ведь нет гарантии, что однажды я снова не превращусь в ту Ким, которая задушила Хейвен?

– Нет, гарантии нет.

– Тогда почему ты уверен, что этого не случится?

– Я и не уверен. Но надеюсь, быть здоровой тебе понравится больше и ты приложишь усилия, чтобы остаться такой.

Экипаж остановился. Но прежде чем я вышла, Хантер накрыл мою руку своей.

– Я сделал выбор, Ким. Я на твоей стороне. И постараюсь помочь.

– Спасибо.

Сейчас я надеялась поесть, немного поспать – и думать дальше. Лишившись убежища, отец или заляжет на дно – или перейдет к активным действиям. Скрываться у него нет времени, каждая минута промедления уносит с собой драгоценное здоровье. Значит, он будет действовать. Но как?

В доме нас встретила взволнованная Кайла.

– Ну?! – Она бросилась к Райану, явно не зная, то ли обнять его, то ли отругать за то, что так долго. – Вы нашли его?!

Герберт покачал головой.

– Только лабораторию. Мы ее уничтожили, но