Ольф. Книга третья - Петр Ингвин

Ознакомительный фрагмент

уровень? Тот, у кого власть. А власть у того, кому должны. Испокон веков известно: за посул списать должок люди пойдут на любые преступления. А с обратной стороны в ту же стену стучат и проламывают ее распухшими лбами полки дрожащих Раскольниковых, присвоивших себе право…

Не так ли погибла прежняя, допотопная цивилизация? У одних было все, у других постепенно не осталось ничего, кроме долгов. Напряжение выросло до взаимоуничтожения, теперь не осталось ничего (не считая чертога, о котором я по-прежнему ничего не знаю, несмотря на кладезь информации за стенкой). Потоп, говорят. А мне кажется – очередной виток самомнения человечества, считавшего, что теперь-то идет в правильном направлении. Идет-то оно, конечно, идет, не обращая внимания, что дорожка проторена к обрыву. Не за то ли Господь когда-то покарал всех скопом, что забыли о главном? Золотой телец – вместо Храма Божьего, банкир – вместо святого отца, прибыль – вместо любви… Но глас вопиющего в пустыне там – в пустыне – и останется, инструкции по выживанию ныне читаются как биографии эффективных менеджеров, нетрадиционными путями поднявшихся на вершину карьеры. Формула «"Успех" равно "Счастье"» оставила слагаемое «Любовь» за бортом, не найдя ей подходящего места, и такое неправильное хромое уравнение принято сегодня за аксиому – страшную и в своей сути человеконенавистническую. А по-моему, «Возлюби ближнего своего» – не просто слова, сказанные много веков назад, а путь. Путь к счастью. Он на Земле только один, через любовь, а кто думает, что знает другой, тот может встретиться на пути, но он будет идти навстречу.

Третий путь Альфалиэля – это он и есть, путь навстречу тем, кто ищет света. Красивые слова, явление чудес и яркая харизматичность – признаки библейского Антихриста, того, кто похоронит мир в его нынешнем виде. Альфалиэль мог стать Антихристом, но из-за стремления получать максимум удовольствий утерял сверхспособности. Будущее мира упало мне в руки. Надеюсь, я распоряжусь им верно.

Так любой подумает на моем месте, ибо каждый знает, как было бы лучше для всех.

Глава 5

Утром Альф обратил внимание на выращенные мной рукоятки управления.

– Покидая чертог, я включал режим «Защита от дурака». Переведи в «Безопасный режим для хозяина пульта, который отдал эту команду сейчас». Если пульт попадет к чужаку, случайного гостя в первом же полете размажет по стенке. Впрочем, если он сумеет наладить с чертогом контакт… Ты же как-то сумел. Нужно придумать более строгие ограничения. Позже займемся, если хочешь.

– Меня пока устраивают нынешние настройки.

– Дело привычки. Кто не ездил в автомобиле, тот в восторге от самоката. – Альф помолчал. – Можно кое о чем попросить? Отвези меня в теплые страны, если не сложно, я соскучился по солнцу.

– Я больше поверю, если скажешь, что соскучился по женщинам.

– Это тоже, но в первую очередь – тепло и солнце. И, кстати, да, женщины тоже. Чудесный комплект. Можно совместить.

– Не надо совмещать.

– Почему? Ты же любишь женщин, у тебя есть любимая девушка.

– Именно, – перебил я. – Любимая. Раньше я много чего не понимал в жизни…

– Тут ты абсолютно прав, присоединяюсь, я тоже много чего не понимал в жизни, – в свою очередь перебил Альф. – Обретение чертога перевернуло мировоззрение, глаза открылись. Оказалось, что «Человек – звучит гордо» – не просто фраза. Каждый из нас немножко бог, изначально. Но мы давим это в себе. Проживаем отпущенное жалко, серо и приниженно. Каждый. Чертог показал мне, насколько люди забыли, что «Человек – звучит гордо». Сначала я сумел возвыситься над толпой, а теперь, после долгих размышлений… Ольф, вдвоем с тобой мы почти всемогущи, мы сможем то, чего ни я, ни ты не сделали бы в одиночку. Представляешь: Ольф и Альф, бог и человек, Отец и Сын. Звучит? Когда чертог со всеми его возможностями оказался в моей собственности, я придумывал всякие штуки, чтобы сделать жизнь интереснее. Ты читал «Мастера и Маргариту» Булгакова? Тебе не хотелось оказаться в веселой компании Воланда, Фагота, Азазелло, Бегемота и Геллы? Компанию собрать несложно, если не в полном составе, а по возможности. Можно, конечно, и в полном, но возникнут проблемы – каждый «потянет одеяло» на себя. Меньше народа – больше удовольствия. Любое жилье на верхних этажах легко станет такой же, как у Булгакова, «нехорошей квартирой», если припарковать чертог к окну или балкону. Появится описанный в книге эффект раздвигаемого пространства. Хоть бал внутри проводи, чертог это позволит. Кстати – тоже идея на будущее. Когда я думал об этом, мне, понятно, мечталось быть на месте Воланда, но те времена прошли. У нас Воландом будешь ты, а мои роли будут меняться. Надо повеселиться – значит, я Бегемот или Коровьев, надо кого-то вразумить или наказать – я превращусь в Азазелло.

Неким шестым чувством я понимал, что Альф «закидывает удочку» – прощупывает на гнильцу, ловит на крючок. Даже если он делал это несознательно, направление мысли видно невооруженным глазом: Альф искал возможность вернуться на борт чертога в любом качестве.

Я слушал молча. Пусть Альф делится сокровенным. Ход его мыслей интересен, мне в голову тоже приходили дикие идеи, и ассоциации с Воландом бывали, где спутником всемогущего путешественника (меня, любимого) оказывалась моя собственная «ведьмочка Гелла, любительница стиля "ню"». Конечно, я говорю о Челесте. Сыграть вдвоем роли известных персонажей и навести шороху в той же Москве с новым представлением в современном аналоге «Варьете» и выяснением, по-прежнему ли квартирный вопрос портит столичных жителей… Это было бы весело. Весело, да, но не больше. Дух зла и ведьма – не те роли, в которых хочется видеть себя и свою женщину. Особенно сейчас, после пережитого. Мне ближе образ волшебника из детской песенки – в голубом вертолете, где «в подарок пятьсот эскимо». Кстати, можно воплотить на досуге. Пятьсот эскимо, миллион алых роз из другой песни, прочие непрактичные мечты вроде алых парусов Ассоли – такие чудеса мне по силам. Хочу быть добрым волшебником.

Альф продолжал воодушевленно:

– На роль Геллы у меня есть чудесная кандидатура. Даже не одна. Сопровождать могущественного мага и стать ему опорой днем и ночью – мечта любой женщины, тебе останется только выбрать. Когда наскучит одна Гелла, на ее место возьмешь другую.

– В том, что ты предлагаешь, я не вижу твоего интереса, кроме желания закрепиться в чертоге надолго.

– Разве закрепиться надолго – не интерес?

– Геллу ты сватаешь мне, а как же, в таком случае, сам представляешь свое житье-бытье, если в соседней половине чертога Гелла будет услаждать Воланда? Или предлагаешь взять одну Геллу на двоих?

– Можно взять нескольких Гелл, а