Дело о молочной реке (СИ) - Владимир Анатольевич Васильев

и дуру Гелилу успеют выпороть, пока все бумажки пройдут по инстанциям. А я никому такого счастья не желаю. Но если я, как твоя уполномоченная рабыня, отслежу, то не посмеют. Пять минут! Сменю бальный наряд и буду готова!

Ну не через пять минут, но через четверть часа мы вышли и двинулись к окраине, где находится тюрьма. Причем ни я, ни, конечно же, Ариста не знали где точно, поэтому перед нами бежал какой-то закутанный в тряпки подросток, проводник.

— Насколько я помню, — вещал по дороге я, — тюрьма не напрямую подчинена страже.

— Ага, — отвечала мне моя красавица. — Отдельный департамент городского управления. Там заправляют клерки, хотя охрану несут по сути те же стражники. Или стражницы в женском корпусе. Но да, говорить нам придется с обычными клерками.

Глава 6

Я удовлетворенно кивнул. Со стражей ссориться не хотелось, а тюремщики… Непонятно, зачем они написали такое письмо. Почему сначала порка, а потом уже разбирательство?

И тут меня настигло озарение. Взятка! С меня хотят взятку! Нет, я понимаю местные реалии… Но все-таки одно дело, когда к тебе подкатывают вежливо, прося внести пожертвования на развитие… и все такое. А совсем другое, когда просто ставят перед фактом. Ну да. Увидели лоснящихся рабов и решили, что хозяин их слишком любит, а значит можно его немного обезжирить… Или много.

Я поделился с моей красавицей соображениями, а также своими видениями методов преодоления, и она серьезно кивнула:

— Пожалуй, ты прав. И так будет даже лучше. Они пройдут стадию боязни, потом осознания, и в итоге будут рады дружить с тобой, причем не с позиции силы. Мелкие клерки, они такие.

Для большего устрашения я снял с пояса обтянутую кожей дубинку и боевой топор, после чего скрутил их вместе на резьбовое соединение, получив короткую, но вполне опасную алебарду. Особенно на вид, да в руках орка в тяжелой броне. Такое разборное оружие сделал мне Грогрегир, опять же по моей идее. Все время ходить с алебардой неудобно, а иметь длинное оружие иногда может оказаться полезно, вот например как сейчас.

Тут мы и дошли. Уже при входе в пустынный по дневному времени холл, я с грохотом стукнул по покрытому полированной каменной плиткой полу окованным сталью хвостовиком алебарды и рыкнул:

— Кто тут моих рабов обижает?

Затем подошел к столу благоразумно молчавшего клерка и швырнул письмо, сопроводив жест вопросом:

— Что они натворили? Почему их решили пороть без моего разрешения?

— Э… А… — начал забыв слова тот и пошуршал протоколом. — Они разгромили концерт «Музыкальное утро для хорошо воспитанных молодых элингов» в храме Светлых Мыслей. И инструменты пострадали. Два барабана, два клавесина, три дудки, контрабас и четыре скрипки.

— Какой ущерб?

— Э… пять золотых с четвертью.

— Они одни?

— Нет, милорд… Там было много молодежи.

— Какова их доля? — рыкнул я, скосив глаза на Аристу и думая только о том, чтобы моя красавица не расхохоталась.

— Но мессир, — поднял мой титул до монархических кровей несчастный клерк, который сообразил, что прямо здесь и сейчас он совсем не так и надежно защищен законом. — Но остальные… хулиганы совершенно безденежны.

— А меня это волнует? — я и вправду был удивлен, и мое возмущение прозвучало совсем натурально.

— Но мессир! Кто-то же должен возместить… А еще они ударили стражника ногой по… заду… И это точно ваша рабыня. Одно это стоит двадцать серебряных монет.

— Так, стоп! — очень недобро усмехнулся я. — А сколько стоит дать в морду клерку вроде тебя?

— Э… — что-то заподозрил рогатый дрищ. — Штраф десять серебряных монет.

Я удовлетворенно подбросил золотой и зажал в покрытой латной перчаткой руке. Затем резко припечатал его к столу с грохотом, достойным удара тарана в ворота, и медленно произнес.

— В твою морду. На всё! Без сдачи.

Уже через пять минут клерк, который не хотел к нам поворачиваться спиной, кажется из-за намоченных штанишек, выписал две бумаги на получение Ауна в мужской тюрьме и Гелилы в женской. И всего-то ползолотого штрафов. Эх! Хорошо быть страшным орком!

Я кивнул Аристе, которая подхватила свою бумажку и в сопровождении нервно оглядывающейся стражницы двинулась к женскому корпусу, и пошел к мужским, так сказать пенатам.

Там я просидел почти час, пока ко мне не привели изрядно потрепанного Ауна, и мы вдвоем вышли ждать наших дам. По пути принц заикаясь рассказал мне про досадное происшествие, когда перебравшая пива молодежь расшумелась на концерте, по моему представлению, классической музыки. Нет! Ну я понимаю на рок-концерте буянить, но возбуждаться на скрипки с клавесином… Я только качал головой, не зная что и ответить. Ну да ладно. Как там говорят? О темпора, о морес? О времена, о нравы?

Но вскоре явились Ариста с Гелилой, и я понял, что все, что я услышал ранее, это еще цветочки. Дело в том, что за моей красавицей, которую я узнал даже под капюшоном и маской, и совсем не потому, что запомнил одежду, шагала не только шарообразная рабыня, но еще и стайка девушек в оборванных зеленых плащах с так же натянутыми на нос капюшонами, сквозь прорези которых проглядывали короткие почти у всех рожки. Их было четырнадцать, и я точно понял, что они не просто случайно идут вслед.

А еще и Ариста. Нет, с ней все было нормально, если не считать обнаженного меча в руке, по сути шпаги, последние десяток сантиметров клинка которого были окровавлены.

— Ой, милый, — кинулась мне на шею красавица, только в последний момент отведя меч, чтобы не испачкать мои доспехи. — Когда я пришла забирать Гелилу, ее как раз привязали к лавке, чтобы пороть. Я отдала бумажку, но тюремщица с розгами сказала, что должна завершить начатое. Так что я проткнула ей жо… заднюю часть. Это недорого. Всего ползолотого. Там же и оплатила.

Я ошалело посмотрел на боевитую демоницу, а та кокетливо продолжила, потеребив пальчиком тот самый парадно-выходной, украшенный драгоценными камнями ошейник:

— Они сразу согласились, когда узнали, кто мой хозяин. Ну да… Дома их семьи ждут.

Я посмотрел поверх головы моей эльфийки-демоницы, и та виновато сказала:

— Там сидели в камере с Гелилой эти девчонки. И вина их крошечная, но их никто не забирал, а еще их били розгами… И знаешь… Мое сердце не выдержало. Штраф… или выкуп… всего-то пять золотых. Это за всех. В общем… Я их спасла.

Я пока молчал, но в принципе понимал, хотя и не до конца. Мир здесь жесткий… Всех не спасешь. Но я же сам как-то укрыл от неприятностей чужих мне тогда и Грогрегира, и Гелилу,