Деньги правят миром - Яна Мазай-Красовская
Наконец, когда Волдеморт собрался было вести своих Пожирателей на Министерство, он понял: аристократы для него потеряны. А наемники, стоило один раз задержать деньги, начали утекать, как песок сквозь пальцы. И даже арест Министерством ряда счетов (как только гоблины пошли на это — недоумевал Том), не смог собрать их хозяев для мести, даже его Метка…
Что-то с ней было не так. Точно. Лорд несколько раз подробнейшим образом рассмотрел метки Лестрейнджей и Мальсибера-старшего, но изменений не заметил. Нужно было новое испытание.
— Почту за честь, мой лорд, — рявкнул младший Мальсибер, закатывая рукав.
Через несколько минут мальчишка с интересом смотрел на свое предплечье, что-то тихо бормоча.
— Круцио, — ласково добавил Лорд, распознавший Замораживающее заклятье, и мальчишка упал, собравшись в комок, на дощатый пол. Хозяин дома скрипнул зубами, и через секунду корчился вместе с сыном.
— Не желаете ли, леди? — обратился Лорд к женщине, стоявшей позади, но увидел лишь летящую в лицо — заколку, кажется?
Он легко отбил ее, но в это время не сдержал крик, почувствовав дико болезненный укус в ягодицу, попробовал развернуться, но тут его достала вторая заколка, и Темный Лорд упал рядом со своими жертвами. Уплывающее сознание успело зафиксировать только огромного шикарного мохнатого кота, усевшегося прямо ему на грудь и придавившего лапой так, что он не мог вдохнуть достаточно, чтобы произнести хоть слово. «Вот это фамильяр», — пронеслась последняя мысль. А потом все исчезло.
43. О заколках, кладах и метках[6]
За два дня до последнего события…
Когда Темный Лорд, изволивший все-таки поселиться в садовом домике Мальсиберов, отбыл по делам, между отцом и сыном состоялся слегка напряженный диалог.
— Он у нас живет, понимаешь?! И что будет, когда Лорд увидит «свою» метку там, где ее не ставил?
— Не увидит. Вот, смотри… — Мальсибер-младший что-то тихо шепнул собственной левой руке, и его отец с изумлением увидел, как знакомый рисунок исчезает, растворяется, уступая место совершенно чистой коже.
— Сколько ты можешь так удержать? — скептически спросил он.
— Да сколько угодно. Метка ушла на самый нижний слой, в эту, как ее… гиподерму, кажется. На Фините и другие заклинания она не реагирует, не беспокойся.
— Потрясающе, — пробормотал себе под нос глава семьи и вдруг, по-мальчишечьи сверкнув глазами, попросил: — Дашь посмотреть, как они будут взаимодействовать?
— А ты пойдешь со мной в Тайный отдел? — ответил вопросом на вопрос сын.
— Пойду, — вздохнул отец.
— Все будет хорошо, вот увидишь!
— Мне бы твой оптимизм… Ты бы лучше помог уговорить мать отправиться к ее родителям.
— Можете не мечтать, — отрезала леди Мальсибер, появляясь на пороге, — чтобы я оставила двоих таких олухов, — она неожиданно всхлипнула.
— Мама…
— Дорогая…
Муж и сын были сейчас так похожи друг на друга, и ладно бы фамильным носом и подбородком, но выражения лиц! Она собралась и сжала губы, неосознанно скрещивая руки на животе.
— И даже не пытайтесь меня уговаривать, ясно?
Дружный разочарованный вздох был ей ответом.
Ну уж нет. У нее есть двое самых родных в мире людей и, пока она жива, она будет с ними. И сделает все от нее зависящее, чтобы они жили дальше. Она поправила фамильные, передававшиеся в ее роду от матери к дочери заколки. Хоть секрет их изготовления был давно утрачен, женщины ее рода всегда носили их в опасное время. Такое, как сейчас. И недаром в детстве у нее любимой игрой было метание дротиков… как и у всех дочерей ее рода.
* * *
— Добби плохо-о-ой!!!
Домовик в золотистой и богатой, но ужасно расхристанной ливрее со всей дури влепился головой в каменный пол и застонал. Вот он привстал, перевел глаза на ребро шестигранной ножки стола, размахнулся, но был перехвачен твердой хозяйской рукой.
— Прек-ра-ти, — устало, но четко, по слогам произнес Люциус, глядя в лицо домовику.
Тот тихо всхлипнул, дернул лапкой и притих.
— Рассказывай все, что знаешь.
— Добби не знает, как строили этот замок… Добби пло… — домовик посмотрел на лицо хозяина и прикусил язык. А потом начал уже нормально. — Добби родился на три века позже. Но все записи должны быть в библиотеке благородного хозяина, в самой старой части, Добби может показать!
Он слабо дернулся, но за шиворот его держали крепко.
— Ты правда можешь перенести меня в самый старый раздел библиотеки?
— Да! Да, Добби с радостью…
Через несколько секунд Люциус сидел в кресле, выковыривая из спутанных волос попавшие в них ветки и листья — продираться через заросли, пусть даже способом домовиков, оказалось еще тем удовольствием.
Выковыривалось плохо, доверять свою драгоценную шевелюру Добби он бы и под страхом смерти не стал, фигурально выражаясь, конечно же, но… Руки уже сами тянулись к заветным полкам. Подумать только, он тут вообще еще ни разу не был!
Записей было много.
— Добби, выбери самое важное о постройке замка. Фундамент не надо, только стены и перепланировки, я помню, что их было несколько.
Через полчаса Люциус едва не проклял сам себя: его макушка скрылась за горой свитков, бОльшая часть которых была столь ветхой, что касаться было страшно. Однако он быстро сообразил, что раз эльф их как-то перенес, то что-то он может.
— А теперь сделай так, чтобы ни один из них не рассыпался и не треснул при разворачивании.
По помещению прошла легкая волна, запахло свежестью и Люциус непроизвольно вытаращил глаза. Домовик силен настолько?!
— Готово, хозяин! — глазенки эльфа довольно сверкнули. — Что еще Добби сделать для хозяина?
— Начни уборку всей зелени в библиотеке. Только смотри, делай все не торопясь и тщательно, здесь становится слишком влажно, а рукописи этого не любят. Потом закрепишь все пергаменты и книги, чтобы не разрушались. И впредь будешь следить… пожалуй, за всеми книгами и свитками рода Малфой.
— Хозяин дает Добби вечную работу?! Хозяин так добр! Добби счастлив! Добби будет самым-самым лучшим хранителем библиотеки! Навсегда! Добби будет всегда!
«Вот тебе раз, — подумал Люциус. — Похоже, продление срока службы становится продлением жизни этих существ?»
— Еще бы ты читать умел…
— Добби… — чуть замялся домовик, — хозяин, сэр, Добби умеет читать,
