Расселл Джонс - Выше головы!

Погладила — кончиками пальцев. Будто не веря, что я тут стою.

И всё стало на свои места. В реакциях влюблённых женщин я теперь разбирался! Лишь для проформы спросил, почему она не обратилась к Утенбаевой — и вообще не поступила так, как поступали другие. Ведь можно было и на приём записаться, и в студию походить…

Именно поэтому: не хотела быть как другие. Не хотела беспокоить меня. Не хотела злоупотреблять моей вежливостью и терпением.

— Они тебя все используют, — сказала она. — Я так не хочу!

Не хотела. Хотя могла увидеть, вместе попить чайку и поболтать. Пусть она вышла из подросткового возраста, Утенбаева наверняка бы отнеслась к её чувствам с пониманием… Но Бидди это не устраивало. Взамен она скопила бонусы, обратилась к знакомому модельеру — и получила желанный комбо. И обрела возможность «стать немножко андроидом».

— Теперь я как ты. Как будто мы стали родственниками…

…Я едва не пропустил передачу и даже споткнулся, вспоминая её признания — прозрачные, хрустальные, абсолютно невинные! Для неё антимаскировочный комбинезон значил совсем не то, что для меня, и предупреждающий знак был «просто знаком».

Она не знала про Чарли — мало кто на станции был в курсе этого. Она была уверена, что мне никто не причинит вреда, а значит, и смысла особого в таком одеянии нет. Просто такая своеобразная расцветка. Просто такой символ. А если так, то через этот символ можно установить связь.

Никак не получалось её винить! Я мог злиться только на себя — запутался в заговорах, заигрался. Жизнь оказалась проще и сложнее. Каждый справляется со своими жизненными «невозможностями» так, как может. Бидди носила спецкостюм адроидов А-класса. Не самый худший вариант, если вдуматься!

Если бы не Ядвига, я бы так ничего и не узнал, потому что Бидди была здесь своя в доску. Один её брат был строителем и баскетболистом, другой — ремонтником и футболистом, третий трудился инженером, одна сестра, заработав себе статус, улетела на планету, другая занялась воспитанием детишек. А родители были профэкспертами. Почти династия! Поэтому чудачества малышки Бидди окружающие принимали с пониманием. Хочет таскаться в комбо жутких цветов и «играть» в андороида? Пожалуйста! Как говорится, на здоровье. А когда чужачка с очень грязным прошлым начала поднимать бучу, все сделали вид, что ничего такого нет.

Бидди ходила так три месяца кряду. Начала лишь за пару дней до моего перевода в Западный сектор. Впрочем, то, что я стал ближе, не означало, что я приблизился. Напротив, стало ещё больнее. Пришлось выбирать маршруты, чтобы случайно не столкнуться.

— Хорошо, что у меня нет подруг, и никто про тебя не рассказывал! — подобное признание многое о ней раскрывало.

Добрая замкнутая девочка, которой было «очень жаль, что так получилось», и, разумеется, она «ничего не хотела». А вот её брат…

Не составило труда сложить два и два: другого объяснения тому, почему в команду пригласили малоопытного игрока, не находилось. Он хотел дать шанс сестре. И вряд ли она просила его об этом! Я был уверен, что не просила. Она даже не знала, что мы с Андрэ знакомы. Возможно, узнает сегодня: «Приходи к нам в зал — будет сюрприз!» И он обязательно добавит: «Только оденься по нормальному».

И что дальше? Заставить ведущего центрфорварда признаться в «умысле»? А потом уйти? И пусть выкручиваются, как умеют… Со мной или без меня они всё равно пролетят! Леон только выздоровел, Ганеша выбыл — им не на что рассчитывать!

Вот только если я уйду, это будет выглядеть так, как будто я не хочу быть среди проигравших. Если я уйду, это будет трусливым бегством. И во имя чего? Собственного ощущения правоты?

Я бросил мяч Андрэ — вместе с красноречивым взглядом.

— Что-то случилось? — переспросил он, но я лишь отрицательно покачал головой.

Лучше было отложить это до раздевалки, когда мы все, вымотанные после тренировочной игры и расслабленные после душа, неторопливо застёгивали комбо. Ребятам предстоял инструктаж и сон, мне — спецотдел. И девочки.

— Мы уже познакомились.

Я застал Андрэ врасплох, так что он по-детски растерялся, и — явно по привычке — обернулся к Францу Когоуту. Помощи просил…

— Мы познакомились, поэтому идея пригласить меня в команду и так свести, уже не сработает.

Он молчал — и лишь нервно крутил ручку своего шкафчика.

— Ты видишь, как я играю, — продолжал я. — Я тоже это вижу. Могу сравнить.

— Нечего тут сравнивать, — Леон подошёл к нам и убрал спортивные туфли в свою ячейку. — Опыта мало, зато силы…

— Дело не в силе, — перебил я.

— А в чём? — Ганеша Зотов задержался в спортивной секции, хотя должен был после тренировки отправиться в палату. — Что тут у нас? — и он подъехал в своём кресле ближе.

— У нас… — начал я, но Франц перебил меня.

— Рэй узнал, что Анда пригласил его из-за Бидди.

— Это была моя идея, — пробормотал смущённый великан.

— Мы все голосовали, — сказала Зотов. — Я не знал, кто и что на тебя имел.

— А что имел ты?

Медшлем искажал его лицо. И оно совсем не менялось — видимо, из-за последствий операции. Поэтому на мгновение мне показалось, что я разговариваю с «бэшкой».

Но это был человек.

— Ханна сказала, что ты крут, — признался он. — Она редко о ком так говорит!

«Опять сестра!» — вздохнув, подумал я.

— У меня тоже! — признался Отто.

— Сестра? — уточнил я.

— Брат. Я же тебе говорил! Ну, Ирма тоже… рекомендовала.

— Мы долго выбирали, — объяснил Зотов. — Целый час сидели!

— Хочешь уйти? — как бы случайно спросил Эрик, поигрывая мускулами — конечно же, не всерьёз.

— Хочу понять, зачем мне оставаться, — просто объяснил я. — Из-за сестёр или…

— А это что-то меняет? — Франц наклонился ко мне. — Нам нужен хотя бы ещё один человек. Вообще нам нужно два. А лучше три. Но и один — лучше, чем ничего!

— Даже с такими навыками…

— Да нормальные у тебя навыки, кончай стрематься! — фыркнул он. — Мы в таком положении, что я бы и за Рейнера голосовал, если бы он играл!

Я посмотрел на некрасивый нос плеймейкера, на его расплющенную переносицу — и как воочию увидел злобно-весёлую ухмылку знаменитого тэфера.

— Мы сначала Киу хотели пригласить, — сказал Леон. — Киа Медина — не слышал? Но она перевелась. А так бы взяли её…

— Она всё время ходит грустная, ну я же вижу, — невпопад пробормотал Андрэ. — И комбо этот! Что я могу сделать?..

— Всё нормально, — Франц покровительственно похлопал его по плечу. — Бидди как что в голову себе втемяшит — пиши пропало… Помнишь пушистиков?