Сергей Жилин - Иоанниты

- Мрачное у Вас представление о соперничестве, - я чуть развернул стул, чтобы проще было подняться. Видит бог, я достаточно терпел этого чудака.

- Будто Вы верите, что кто-то при мысли о соперничестве вспомнит про честность. Никогда - люди так устроены. Поэтому я выбираю белых, которые не желают пачкаться, хоть и не рвут жилы ради победы. Ещё по стаканчику?

Но в следующую секунду я чуть не подскочил, заметив здесь знакомое лицо. Хотя правильным будет сказать, что я заметил знакомую фигуру. В трактир вошёл коротышка Рассел и сосредоточенно обвёл посетителей взглядом. На мне его глаза даже не запнулись - я остался им не замечен, хоть и пялился точно на него.

Думал уже махнуть рукой и окликнуть товарища, но тот вдруг спешными шагами двинул меж столиков. Так и не обнаружив себя, я обернулся и через плечо увидел, как иоаннит подсаживается к подозрительной личности.

Незнакомец одет богато, роскошно, однако внешность его наводит на мысли, что он всю жизнь был бездомным, пил дешёвый алкоголь и дрался со всем Фанеком. Плутоватое лицо, обязательный сплюснутый нос - тип явно недавно в высшем обществе, причём попал туда нечестивыми путями. Если активно лизать нужные сапоги, то и дворнягу пустят на королевскую псарню...

- За братски протянутые руки! - взорвался мой собутыльник очередным тостом.

Я поспешил отвернуться, чтобы Рассел меня не заметил. Меня заинтриговал его знакомый, захотелось проследить за ними. Нутро подсказывает, что парочка собралась не шоколадки детям раздавать.

Пришлось осушить очередной стакан вина и продолжить партию. Я сразу же развернул стул, чтобы оказаться к столику с Расселом и неизвестным чёртом вполоборота. Так не выглядит подозрительным мои взгляды как бы невзначай.

Мой собутыльник продолжает что-то вещать - мне остаётся лишь кивать время от времени да бездумно переставлять фигуры. Рассел с неизвестным о чём-то переговариваются. Оба спокойны, словно предметом разговора выступает унылая обыденность. Меня-то не обманешь, я убеждён, что это не так.

Они даже ничего не заказали. Вяло жестикулируя, они понемногу склоняются над столом. В какой-то момент коротышка тыкает двумя сложенными пальцами в столешницу. Его собеседник отрицательно качает головой, но Рассел настаивает на своём, ударяя ещё и ещё раз с нарастающей силой. В конце концов, он начинает озираться, проверяя, не привлёк ли яростный стук внимания к нему - я поднял руку к виску и спрятал лицо.

Всё заканчивается тем, что собеседник иоаннита вынужден недовольно закатить глаза и лезть во внутренний карман. На секунду на столешнице мелькает конверт, но Рассел жадно его хватает, прижимает к себе и загораживает полученное всем своим небольшим телом. По ритмичному движению локтей понятно, чем он там занят - считает купюры.

Это мне совсем не понравилось.

У меня не успело созреть ни одной идеи, за какие такие дела Рассел получил деньги от этого мерзавца, как коротышка спрятал конверт в кармане и протянул что-то собеседнику. Я не поверил глазам, еле удержался от того, чтобы вскочить и кинуться к клятому столику. Выронил ферзя, пришлось подбирать и шлёпать абы куда на доску. По правилам ли ход - не имеет значения.

Рассел положил на столешницу вазу. С виду простая, украшенная нехитрыми узорами, спиралями вьющимися на глине. Однако это не банальная поделка с гончарного круга - чёртов карлик передал гнусному ублюдку самый настоящий артефакт. Налить воды, поставить цветы, и они никогда не завянут, болезни не тронут растения.

Если Рассел нашёл себе способ подзаработать распродажей артефактов, то он совсем обнаглел!

Коротышка холодно распрощался с покупателем, встал и направился к двери. Только он вышел, я схватил шляпу и вскочил из-за стола.

- Прошу прощения, но мне срочно нужно идти, - бросил я, неожиданно покидая джентльмена.

Что-то он сказал в ответ, но мне было уже неинтересно. Чуть не натыкаясь на посетителей, я таранным ходом добежал до двери и выскочил на улицу. Слева, справа... вот он, перебирает коротенькими ножками. Раздувая ноздри, словно паруса, наполняемые гневным ветром, я ринулся следом.

Спина Рассела приближается. Захотелось с разбегу прыгнуть вперёд ногой и повалить ублюдка, но ограничился тем, что схватил наглеца за плечи и швырнул в ближайший переулок. Вытанцовывая в попытке поймать равновесие, он-таки сшиб мусорный бак и повалился в грязь.

- Ох, дерьмо! - закричал, поднимаясь, Рассел. - Ты не представляешь с кем связа... Август? Поганец, ты чего творишь?

Коротышка как иоаннит сильнее меня в разы. Если ему совесть дозволит размазать меня по стенке, в честном бою я ничем ему в этом помешать не смогу. В эту секунду мне на это плевать. Я сцапал гадёныша за грудки, легко оторвал от земли и припечатал лопатками к кирпичам. Ножки у карлика задрыгались в воздухе.

- Совсем мозги потерял? - выпучивая глаза и багровея, пропищал донельзя возмущённый Рассел.

- Это я-то мозги потерял?

- Пусти!

С этими словами он выбросил руку вперёд - меня ударила тонкая веточка молнии. Несмертельный, но весомый разряд пробежал по моему телу, заставляя дёрнуться, как марионетка у пьяного кукловода. Я разжал руки и отшатнулся к противоположной стене, хватаясь за кирпичи, чтобы не упасть.

Коротышка, второй уже раз побывавший на грязи, поднялся и загомонил, переполняемый едкой яростью:

- Сукин сын! Вы посмотрите на этого сукина сына! От тебя пасёт! Все твои достижения в Ордене свелись к тому, что нашёл способ нажраться? Уж это даже магистрам было не под силу.

- Я видел тебя в трактире, Рассел! - борясь с непроизвольным подёргиванием конечностей, попытался я выпрямиться.

Низкорослому иоанниту тут же расхотелось тягаться со мной в искусстве брани. Испуганно округлив глаза, он некоторое время пялился на меня, после чего отвёл взгляд и отмахнулся:

- Да что ты там видел...

- Ты продал Вазу Флоры! Я это, чёрт меня подери, видел!

- Ерунду мели... Твою ж мать, убери руки!

Я накинулся на коротышку, легко добрался до его внутреннего кармана, где притаился пухлый конверт. Выдернув его, я оттолкнул Рассела, после чего вскрыл улику, вытащил две пачки денег и швырнул их в морду коротконогому.

- Это тебе мама подарила? Подонок!

Рассел понимает, как глубоко он вляпался, ещё бы ему не понимать. Не по колени, а по самый пояс, пусть и не такой высокий. Глаза, в которых воплотился сам Сатана, пытаются сжечь меня. Не исключено, что коротышка подумывает разделаться со мной, пока я не сообщил другим.

В итоге он вновь отвёл взгляд, чмокнул губами и наклонился поднять свои грязные во всех смыслах деньги.