Космические приключения Василия. В поисках кошкодевочек - Ален Маккей

— Кстати, мы ведь ещё не весь френдблю доели, — вспомнила Яблочко.

— Вы купили френдблю? — удивилась Клубничка. — Это тот огромный голубой фрукт с розовой мякотью?

— А ты про него откуда знаешь?

— Я слышала про него в магазине. Говорят, если страстно облизать его, то он на тебя кончит.

— Что за пошлости⁈

— Так в магазине говорили. Я хочу попробовать!

— Да без проблем! — произнесла Яблочко и на пару с Морошкой достала вторую половину фрукта, которую мы оставили на нашем шезлонге.

— О нет, только не это! Вы ведь опять все перепачка…

— Ой, я опять вся липкая! — перебила меня Морошка.

— И я тоже! — произнесла Малинка.

— Из него и правда вытекает белый сок, когда его лижешь! — восторгалась Клубничка.

— Ай, Клубничка, ты меня забрызгала!

— Прости, давай оближу. Ммм, он ещё и такой вкусный! Капитан, попробуйте!

— Нет, спасибо, я уже наелся.

Пока девочки, весело болтая, доедали это экзотическое угощение, я просто сидел в стороне, любуясь происходящим. Да уж, и правда, когда ещё удастся посмотреть на такую красоту. Я, кстати, сейчас о закате, а то мало ли что вы могли подумать. Хотя кого я обманываю… Но закат и правда был восхитительный.

— Смотрите, начинается! — закричала Вишенка, указывая на горизонт.

Небо озарилось яркой вспышкой, будто от выстрелов салюта, и на горизонте появилось сразу несколько планет. Будто танцуя, они двигались по небосводу, озаряя его разными красками. А главное, вся эта картина отражалась в лазурной глади воды, которая теперь утопала в бесконечном множестве блестящих звёзд.

— Это же звездопад! — крикнул кто-то из девочек.

Вот только падали не звёзды, а сияющие песчинки поднимались из воды в небо, оставляя на нём длинные белоснежные полосы. Появившаяся из-за горизонта планета притягивала их к себе, вместе с каплями воды. Но поднявшись достаточно высоко, вода разлеталась на множество разноцветных крупиц, и песчинки вновь летели в море.

— Как же это красиво! — произнесла Клубничка, подсев ко мне поближе.

— Ага, — кивнул я.

Мы просидели на пляже до наступления темноты. И ещё долго оставались под впечатлением от прекрасного зрелища. Даже после захода местных солнц и смены планет на горизонте, мы ещё некоторое время сидели на песке, оставаясь под впечатлением от увиденного.

Таких хороших дней у меня уже давно не было. Совсем не хотелось покидать эту планету, но всё же нужно было улетать. Девочки на корабле нас уже заждались, а мне хотелось как можно скорее найти того подонка, что обидел этих милашек.

Глава 11

Идеальное утро

Когда мы вернулись на корабль, нас уже ждал горячий ужин от Землянички. И это было лучшее завершение этого чудесного дня.

Доев все угощения, я сразу отправился спать. При этом стоило коснуться подушки, как я мгновенно вырубился и проспал всю ночь как младенец, наслаждаясь прекрасными снами о сладком райском острове, на который попал с двенадцатью красотками, готовыми на всё, чтобы ублажить своего господина, то есть меня.

Но под утро столь сладкий сон сменился совершенно другим. Девушки во сне вдруг начали соревноваться, у кого из них грудь больше, зажимая своими буферами моё тело. И вот уже я из человека превратился в сосиску в хот-доге, плотно зажатую между двух пышных, горячих булочек.

Проснувшись, я почувствовал странную, непривычную зажатость, будто сон не отпускал меня. Попытался повернуться, но не смог даже пошевелиться. С обеих сторон меня зажимало что-то мягкое и тёплое, и это явно было не сном.

Открыв глаза, я увидел, что справа и слева от меня лежат Вишенка и Черешенка. При этом обе девушки были абсолютно голые и плотно прижимались ко мне своими телами так, что я даже руки не мог поднять.

Попытался высвободиться, но тут Черешенка закинула на меня руку и ногу, ещё сильнее зажав меня, явно дав понять, что не хочет, чтобы я уходил.

— Доброе утро, Капитан, — сонно произнесла она, слегка приоткрыв глаза. — Как вам спалось?

— Спалось хорошо. Но что вы здесь делаете?

— Как что? Спим, — спокойно ответила она, ещё сильнее прижавшись ко мне, будто я был её большой подушкой.

— Это я вижу. Но почему вы спите у меня в кровати?

— Не ругайтесь, Капитан, — произнесла Вишенка. — Просто после того, что вчера рассказала Сливка, нам стало очень страшно и только с вами мы смогли почувствовать себя в безопасности.

— Сливка? — переспросил я, не сразу поняв, о чём идёт речь.

— Все те нападения…. Это так страшно, — произнесла Вишенка и, укрывшись с головой, прижалась ко мне.

Я попытался вспомнить вчерашний разговор.

Точно! За ужином Сливка сказала, что пока мы были на южном пляже Плармы, она просмотрела все газеты за последние пару лет и нашла ещё несколько заметок про похищения зверодевушек. Вот только все они произошли ещё до событий, случившихся с ними, и во всех похищали по одной-две девушки, не прибегая ни к каким разрушениям. А в последнем нападении вроде даже удалось поймать виновника, правда, его вскоре выпустили из-за недостатка улик.

— И чем же вас так напугала эта история?

— А вдруг за всеми этими нападениями стоит один и тот же ненавистник зверодевушек?

Хоть, на первый взгляд, все эти случаи совершенно разные, но всё же между ними и правда могла быть связь. Попозже, нужно будет подробнее разузнать про каждый из них, а также, что стало с теми девушками, про которых в них говорится. Но сперва разберусь с моими «ночными гостями».

— Значит, вы пришли потому, что вам стало страшно?

Обе девушки согласно закивали.

— Мы испугались, что теперь он может вернуться за нами, — добавила Вишенка, показавшись из-под одеяла.

— Ясно, — произнёс я, глядя на них. — Но почему вы голые?

— Мы всегда так спим, — ответила Вишенка.

— Да и вам ведь это нравится, — добавила Черешенка, нащупав рукой мой член.

После чего заползла под одеяло и, вынув его из трусов, начала облизывать, будто это кусочек френдблю.

Что ж, признаться, сестрёнки выглядели очень сексуально, и от такого пробуждения я и правда возбудился. К тому же у меня ещё никогда не было секса сразу с двумя девушками, да ещё и с двойняшками, и эта мысль заводила. Но тот факт, что они без разрешения завалились в мою спальню, так ещё и залезли в мою постель, пока я спал, раздражал.

— Я вам что, игрушка какая-то? — возмутился я про себя и отодвинулся в сторону.

— Вам не нравится? — растерянно спросила Черешенка, высунувшись из-под одеяла.

— Вы сердитесь? — подхватила её сестра.

— Конечно, сержусь!

— Но почему?

— Нельзя без разрешения врываться в чужую спальню и залезать к мужчине в кровать! — строго произнёс я.

— Так мы хотели спросить, — как ни в чём не бывало ответила Черешенка. — Но вы ведь уже спали. Вот мы и не стали вас будить, а решили подождать до утра, когда вы проснётесь.

— Можно, мы теперь всегда будем спать с вами? — с блеском в глазах спросила Вишенка.

Они что реально не понимают? Или просто издеваются надо мной?

— Конечно, нет! Как вам вообще такое в голову пришло? — выпалил я и уселся на край кровати.

Девушки растерянно смотрели на меня, явно не понимая, что сделали не так.

— Простите нас, ня, мы не хотели вас обидеть, — после паузы ответила Черешенка.

— Мы не думали, что вы разозлитесь. У нас дома мы всегда спали все вместе, — продолжила её сестра.

Чего? Перед глазами сразу всплыла картина, как на большой кровати спят, прижавшись друг к другу, в разных позах сразу несколько обнажённых кошкодевочек. Ну и что теперь делать? Я по-прежнему был возбуждён и держался из последних сил, чтобы не овладеть ими обеими. Но сперва я хотел объяснить им, что так делать нельзя. Чтобы впредь таких глупостей не делали, а то мало ли в чью спальню они ещё могут вот так завалиться.

— Но сейчас вы не дома и должны понимать, что без спроса нельзя приходить в чужие спальни. Особенно в мужские.

— Накажите нас, Капитан, но только не выгоняйте с корабля, ня! — чуть ли не плача, взмолилась Черешенка.

— Мы готовы к любому наказанию, ня! — добавила Вишенка.

Обе тут же спрыгнули с кровати и, наклонившись, выставили передо мной свои оголённые попки.

Их слова разозлили меня. Поднявшись, я смачно шлёпнул обеих по заднице.

— Что за глупости! Как вы могли подумать, что я выгоню вас с корабля? За кого вы меня держите? Я бы никогда так не поступил.

— Значит, вы больше на нас не сердитесь? — обернувшись, спросили они.