Василий Шахов - Тень Уробороса.Фарс

— И как вы все это объясните, капитан? — за этим спокойствием притаился назревающий тайфун.

— Пока — никак. Я хотел испросить у вас пару часов времени, чтобы встретиться с журналистом Вейнфлеттом и выяснить, откуда он взял всю эту информацию…

— Да о чем вы говорите, Калиостро?! — миссис Сендз швырнула окурок в пепельницу. — О том, что произошло в Детройте, знали только трое — вы, я и лейтенант Маркус!

— И еще несколько человек из комиссии, которую вы сзывали…

— Это не в счет, капитан. Это проверенные люди.

— А мы с Питом — не проверенные люди?

— По этой газете выходит, что нет. Получается, что кто-то из вас оказался несдержан на язык. И если это Пит, с вас, Риккардо, это вины не снимет. Он ваш подотчетный! Вы поставили под удар авторитетность профессора Слэйтера, высветили в порочном свете наших коллег из ОКИ и, наконец, будучи совершенно некомпетентным в вопросах науки, сами предстали в… в…

— Совершенно с вами согласен, госпожа майор, — перебил я тираду миссис Сендз. — Весь смысл моего прихода к вам заключается в том, что я хочу с вами договориться о моем двухчасовом отсутствии по служебной надобности. За это время я разыщу Вейнфлетта и узнаю, кто сливал ему эту информацию и почему ссылка была именно на меня. Питер Маркус, профессор Реджинальд Слэйтер и педиатр Дайана Грейт, если понадобится, могут засвидетельствовать, что за время пребывания в Детройте я переступил порог инкубатора лишь дважды — войдя и выйдя. Я не покидал его стен три дня — у меня просто не было на это времени. Равно как и на интервью.

Говорил я спокойно, и моя уверенность начала убеждать начальницу в том, что я, возможно, прав.

— Здесь нет моих снимков. Моим именем журналисту мог представиться любой. Когда я встречусь с ним, хотя бы половина или часть вопроса решится. Ведь и в самом деле, этим можно заставить его написать опровержение…

— Он может и упереться, Риккардо… — вздохнув, покачала головой миссис Сендз. — Опровержение не приносит журналисту ничего, кроме служебного порицания либо увольнения. Этот ваш Вейнфлетт — штучка еще та. Он прежде частенько мелькал в изданиях скандального толка…

— Ну, мне уже тоже, допустим, терять нечего, — возразил я. — Лично мне служебное порицание или даже увольнение обеспечено, так что я — в свободном полете…

— Кто это вам сказал, капитан?! Садитесь, сейчас я вам кое-что объясню… Так вот, когда вы дослужитесь до моей должности, вы поймете, что я не просто так здесь сижу и гоняю комаров…

Я усмехнулся. Миссис Сендз — гонять комаров? Хотелось бы на это взглянуть…

— Вы увидите, что шеф спецотдела — это хлопотно. Вы ведь все, по сути, как дети, капитан. Мало того, шефу спецотдела приходится быть своеобразным «фильтром» между вами и вышестоящим начальством. Вы думаете, что получаете все нагоняи, которые посылают в вас «оттуда»? — она показала наверх. — Даже третьей части не получаете. Вы думаете, «туда» уходят сведения обо всех безобразиях, которые вы иногда учиняете на местах? И о сотой части не уходят. И получается, что моя главная задача — прикрывать все ваши… Другими словами, не торопитесь лезть в пекло.

К чему это она? Я на ее место никогда не стремился. Вот что они мне уготовили, оказывается…

— Так вот, — продолжала шеф. — Если вам, Риккардо, удастся доказать, что все это — дезинформация, а также добиться опровержения, «там» об этом узнают лишь в позитивном ключе. Если нет — что ж, мне придется доложить по форме… Возможно, вам придется объясниться и самому… У вас есть два часа. На эти два часа куратором назначается «провокатор» Збигнев Стршибрич… Ступайте.

4. Беседа с журналистом

Нью-Йорк, редакция газеты «Сенсации», 25 ноября 1000 года.

В редакции этой злосчастной газеты я оказался довольно быстро, несмотря на дорожные пробки. Сложнее было отыскать Люка Вейнфлетта, но мне опять повезло. Этого парня я, как и предполагалось, видел впервые в жизни. Маленький, кругленький, маневренный, с неприятной улыбкой и наглыми кошачьими глазищами. А вот он меня, по всей видимости, узнал и заулыбался:

— А, мистер Калиостро! Вы снова к нам? Добро пожаловать!

Часть моих планов, если не все, рухнула тут же. Он не притворялся, его узнавание было искренним. К тому же он меня как будто ждал…

— Здесь можно потолковать с глазу на глаз? — спросил я, и Вейнфлетт насторожился, явно прислушиваясь к моим словам. Странно, потому что ничего угрожающего в моем тоне не было.

— Пойдемте, тут есть отдельный кабинет, сэр… Что-то не так? Вы в порядке, сэр?

— Что — не так? — я перенес на него тяжелый взгляд.

Вейнфлетт затараторил еще быстрее. Он говорил по-английски примерно с той же скоростью, с какой Джоконда Бароччи говорит по-итальянски. И при этом умудрялся не коверкать слоги.

— У вас есть для меня что-то новенькое об атомии, не так ли, господин капитан?

При упоминании этого проклятого вещества у меня отчетливо зачесался кулак. Правый. Как давно я мечтаю стукнуть им кого-нибудь, кто произнесет в моем присутствии слово «атомий», не будучи женского пола!

— Найдем что-нибудь… — пообещал я и первым вошел в кабинет.

Люк усадил меня в удобное мягкое кресло, сам плюхнулся в такое же напротив.

— Вы не будете возражать, если я включу запись, сэр?

— Буду. Это касается только меня и вас.

— О'кей, о'кей! — согласился журналист и опустил уже потянувшуюся было к информнакопителю руку на колено.

— Когда и где состоялся «наш» первый разговор, господин журналист?

Он растерянно посмотрел на меня. Давненько, видимо, ему не задавали таких странных вопросов.

— Вчера… в Детройте…

— Где в Детройте?

— В пресс-центре Детройта…

— Замечательно. У вас, конечно, сохранились какие-нибудь материалы нашей с вами встречи?

— О! Конечно!

— То есть, вы вели съемку, стереографирование?..

— Да… Но главный редактор велел не печатать вашу фотографию… Кажется, из-за того, что вы «оперативник» СО или что-то в этом роде… Вы недовольны?

— Нет, что вы, я в восторге…

Его суетливая скороговорка порядком раздражала меня, и приходилось сдерживаться.

— Но у вас… что-то с голосом, сэр… Я чувствую: что-то не так… — Люк изобразил заботливость, налил мне воды, но я отодвинул от себя стакан.

— Могу я увидеть эти материалы, мистер Вейнфлетт?

— О! Конечно! Мы уже сделали нужное количество копий…

Хитрая уловка-дополнение. «Сделали нужное количество копий»… С видом «как ни в чем не бывало, к слову пришлось»…