Дело влюблённого инкуба - Валентина Ильинична Елисеева

Тем временем упомянутая мисс Мэнс звонила своему личному помощнику:

– Передай ещё одно задание Шепарду: мне срочно требуется подробная раскладка перемещений Брин Стоун в последние дни перед убийством! Номер её мобильного есть в материалах, что я ему отправила, полиция проследила передвижения её телефона лишь в последний день, а мне нужно знать, где она бывала наиболее часто в последний месяц и пошагово – в три дня до преступления. Если сделает сводный отчёт сегодня – заплачу вдвойне.

– При таком обещании он ужом завьётся, но всё успеет до полуночи, – рассмеялся Тони. Меркантильность Дона Шепарда давно вошла в поговорку среди Иных Атланты. Несмотря на то, что словосочетание «щедрый эльф» абсурдней, чем «покладистая ведьма», и скаредности самовлюблённых ушастых давно никто не удивляется!

.

Кафе на берегу океана было переполнено: люди толпами бродили в тени необъятной террасы, отыскивая свободные места, взмыленные официантки бегали с подносами, выкрикивая номера заказов и высматривая поднимающиеся вверх руки посетителей. Человеку трудно представить себе менее подходящее место для ведения доверительных бесед, но в обществе аж семерых вампиров тихое уединение можно обеспечить себе и в пекле массовых протестов. Вокруг столика, за которым Вэл общалась с двумя подругами Брин Стоун, царила зона отчуждения с чётко очерченным радиусом в десяток шагов. Условную границу не пересекали клиенты общепита, сюда не заглядывали официанты. По периметру круга невидимыми статуями замерли пятеро телохранителей, зорко следя за набившейся в кафе публикой.

Повествование подруг подзащитной пока лишь дополняло незначительными штрихами ранее собранные сведения и подтверждало гипотезу Вэл. С одной стороны это было неплохо, но с другой – в адвокатском деле предпочтительней иметь много версий событий, чем одну, хоть и хорошо подтверждённую. Одну линию прокладывает обвинение и все улики подгоняет под центральный мотив, а ремесло адвоката заключается в том, чтобы указать присяжным на наличие окольных тропок, по которым их клиент вполне мог пройти так, чтобы не совершить того, в чём его обвиняют. «Создание обоснованного сомнения в виновности» – один из ключевых приёмов работы успешного адвоката.

– Вы нашли в её шкафу один из белых платков? Принесли его? – спросила Вэл в конце беседы, и ей протянули клочок кружевной ткани с памятной монограммой «БС» – платок, являвшийся полной копией того, что она когда-то подобрала у ограды влюблённого (и убитого) демона. – Брин и раньше заказывала такие аксессуары с вензелем?

– Нет, за ней впервые обнаружилась тяга штамповать буквы своего имени на эксклюзивных платках, раньше она пользовалась обычными платками. Не дешёвыми, конечно.

– Ясно. Вы не старались отговорить подругу от разрушительных отношений с инкубом? – спросила Вэл напоследок, и две молодые вампирши горестно махнули руками:

– Брин рассорилась со всеми, кто пытался протестовать против её возлюбленного! Нам пришлось смириться с условием, что имя Харриса в наших беседах вообще не упоминается. Вы не представляете, как мы ненавидели этого гада! Да его весь клан ненавидел! Мы с Брин болтали обо всём на свете, кроме того, что действительно имело значение!!! Если бы мы проявили настойчивость...

– ...то она и с вами прекратила бы общаться. У правды мало поклонников, и мало кто готов честно и без прикрас оценить реалии собственной жизни. Многие люди по самым разным причинам сохраняют отношения, в которых для них нет ничего хорошего, если судить объективно.

– Если Брин осудят, то-то Пол порадуется, – прошипела одна из вампирш, и Вэл аж подпрыгнула на стуле:

– Что за Пол?!

– Её брат по отцу. Картер по молодости лет закрутил роман с эльфийкой, но вскоре после рождения сына их брак дал трещину и распался. Вампиры очень замкнутое сообщество, мы предпочитаем держаться своих и полукровки с нашей кровью появляются нечасто, а смешанные браки редко длятся долгое время. – Вэл согласно кивнула: эти факты были ей давно известны. В прошлом против их брака с бывшим супругом резко высказался буквально каждый член клана Нового Орлеана. – Первенец Картера долгое время оставался его единственным наследником и до рождения Брин он полвека единолично курировал все финансовые дела отца – Пол экономист по образованию, играет на бирже и занимается инвестициями. Благодаря усилиям сына Картер из вампира среднеобеспеченного превратился в вампира весьма состоятельного, а когда на свет появилась Брин, он половину всех денег перевёл на банковский вклад на её имя.

– То есть, изъял крупную сумму из-под управления сына?

– Да. Пол был против, уговаривал отца оставить все капиталы под его началом – он тогда как раз планировал какое-то крупное и очень прибыльное дело. Однако Картер ответил, что банковский вклад надёжнее всего остального и он не хочет рисковать финансовым благополучием своей дочери. С той поры его отношения с сыном так и не наладились: Пол отсудил себе значительную долю оставшегося капитала, доказав, что тот образовался благодаря его долгому труду, за который он не получал комиссионного вознаграждения. Возможно, я не совсем точно передаю юридическую формулировку того дела, но после суда у Картера осталось совсем немного наличных средств.

– Пол воспользовался пунктом закона об изменении в правах наследования, – постукивая пальчиками по столу, пояснила Вэл. – Прежде он вёл дела отца предполагая, что ему достанется всё, а раз ситуация изменилась – он вправе был требовать, чтобы его работа была вознаграждена как работа любого брокера или учредителя трастового фонда.

Вот эти новости были интересными: хоть единокровный брат Брин финансово ничего не выигрывал от её смерти по приговору суда, но эльфы не обделены мстительностью. Собственно, степенью развитости этого чувства они уступали разве что ведьмам, а нельзя было отрицать, что казнь Брин явится расплатой не только ей, но и её отцу. Кроме того, между «Детьми солнца», как именовали себя эльфы, и «Тенями ночи», как издавна нарекли вампиров, в древности шла непрекращающаяся война, остановленная лишь подписанием всеми Иными мирного соглашения и принятием Кодекса Иных. Однако и спустя века полукровки вампиров и эльфов встречались исключительно редко.

«Примечательно, что при первом разговоре с Картером я ни слова не услышала о наличии у него сына от предыдущего брака: вампир с тоской заявлял, что дочка – это всё, что осталось от его семьи. Похоже, затяжной конфликт с сыном начисто оборвал все родственные связи между ними». – Размышляя об открывшейся новой грани дела своей подзащитной, Вэл попрощалась с вампиршами и вышла на причал.

Небо уже расцветили звёзды, океанский прилив бился о волнорезы, вздымая фонтаны брызг.