Марс, Сириус и Лис - Виктория Лукьянова

Дважды объяснять не требовалось, я готов был согласиться на любые условия, лишь бы это создание больше не «тащило» меня. Потерев запястье, я легонько кивнул, и Рогатый сразу пошел по откуда-то прямо под нашими ногами взявшейся тропинке. Идти по ней за ним было гораздо удобнее, чем до этого за зайцем.

Я следил за его размеренно качающимися от ходьбы плечами и старался держаться на пару шагов в отдалении, хотя после того, как меня откинуло к дереву, это казалось глупостью. Что это могло быть? Какая-то магия, как из древних сказок? Меня просто распирало от количества вопросов, которые мне хотелось ему задать, а еще, возможно, взять его за полы подранного халата или накидки (я так и не понял, что это была за одежда: ни в столице, ни здесь, в деревне округа Кайсли, я такой не видел) и спросить, где, черт возьми, Сириус? И какое отношение он имеет ко всему этому? Что это была за магия? Почему у зайца змеиный язык? Почему, в конце концов, у него на голове рога и кто он вообще такой? Но я все шел и шел за ним молча.

Когда лес вокруг окончательно потемнел и я уже в десятый раз споткнулся о какую-то корягу, Рогатый повернулся и в злобном прищуре поводил пальцами, закручивая воздух в маленький смерч. От этого его движения словно судороги пробежали по моим ребрам, а вокруг из-под каждого кустика или травинки вылезли светлячки. Они все загорались и загорались, пока весь подлесок вдоль тропы, по которой мы шли, не начал светиться зеленым светом. Идти стало легче.

От невозможности задавать вопросы я вглядывался в спину незнакомца в надежде хоть что-то понять или выяснить. Его одежда была грязной и потрепанной, вся левая пола халата в бурых пятнах, очень напоминающих засохшую кровь. Судя по большой дыре в этом же месте, может, кровь была и его. Присмотревшись, я заметил, что, кроме сломанного рога, он еще и немного прихрамывал на левую ногу. Если бы не осознание, что он владеет какой-то сильной магией, я бы, наверное, предпринял еще одну попытку повалить его на землю, схватить кольцо и убежать. Хотя лес был уже совсем темным, а места незнакомыми – в детстве мы никогда не ходили гулять так далеко. Но вид засохшей крови придал мне немного уверенности. Значит, ранить его все-таки возможно.

– Мы пришли.

Задумавшись, я чуть не врезался в резко остановившегося незнакомца. Он отошел в сторону, пропуская меня вперед, и мы вышли на песчаный берег небольшой, но очень бурной реки. Я помнил рассказы тетушки про нее, но никак не мог припомнить название – мы не купались в ней из-за сильного течения и порогов, а еще из-за того, что даже в самый жаркий летний день вода в ней была ледяная, словно ранней весной.

– Если пришли, то отвечай: откуда у тебя кольцо Сириуса? Где он? Что ты с ним сделал? – спросил я незнакомца.

И в этот момент его когтистая рука впилась мне прямо в горло. Мы за секунду преодолели весь пляж, и, когда я успел схватиться руками за его запястье, он уже прижимал меня ко дну. Мои ноги все еще были у кромки воды, и я дергался и отбивался. «Боги! Утопил! Сириуса он тоже утопил!»

От ледяной воды начало сводить кости, в ушах словно лопались барабанные перепонки. Тут вода вокруг меня забурлила, в вихре мути песка и пузырьков я увидел очертания Рогатого и вдруг услышал в голове его голос.

– Что ты ей пообещал? – кричал он мне, но этот крик раздавался будто между моими ушами, почти пробивая затылок. – Что ты ей пообещал? Вспоминай! Что?! Что пообещал?

Я не мог понять, о чем он вообще, воздух закончился, а он все кричал и кричал. Глаза начали закрываться, ноги перестали дергаться, только непрекращающийся крик внутри головы и пузырьки, обжигающие щеки и плечи.

…Леди Лана взяла с блюдечка какие-то травы и нежно кинула их в пламя, засиявшее всеми переливами зеленого цвета. Я не мог отвести от него взгляд. Зеленый огонь был так прекрасен, ночь тепла, а звезды словно перешептывались и жужжали пчелами. Или это пламя что-то говорило мне?

– Марс!

– А?

– Так ты согласен?

– На что?

– Глупенький, я же уже тебе все объяснила: ты должен принести мне дневник Сириуса, он точно где-то в его вещах, но вот Люсильда, старая ведьма, никогда мне его не отдаст, а потому это должен сделать ты.

– Ведьма?

– Да, Марс, ведьма, но мы сейчас не об этом. Так ты согласен?

Пламя плясало, разбрасывая изумруды искр, и они превращались в звездную пыль и кружились вокруг меня и леди Ланы. Я еще никогда не видел ничего более красивого. Они пахли как сладкий дым жженого сена на сильном морозе. Словно гипнотизируя меня. Или это была она?

– Марс! Ты так и не ответил – ты согласен?

– Да-да, конечно. Я принесу вам дневник.

– Только пообещай

– Что пообещать?

– Что ты не будешь его читать и никому не расскажешь об этом обещании, хорошо?

…Дневник! Я пообещал ей дневник! О боги, я совсем об этом забыл. Пузырьки кипящей вокруг меня воды начали обжигать – я не утону, я сварюсь заживо!

– Дневник! – захлебываясь, попытался крикнуть я под водой, а из горла вырвался сгусток черной слизи.

Рогатый рванул меня из воды и швырнул на берег. Кажется, я кашлял и плевался водой не менее получаса, хотя наверняка мне показалось. Все то время, пока я пытался отдышаться, незнакомец сидел напротив меня на песке, поджав ноги, и раскуривал длинную тонкую трубку, спокойно и безучастно.

– Кто ты такой? Зачем ты это сделал?! Ты… ты меня чуть не утопил!

– Ты был проклят, а священная река вымывает такие проклятия довольно легко. Так что теперь ты можешь уехать.

– Где Сириус? Что ты с ним сделал? Кто ты такой?

– Я спас тебе жизнь. Почему люди всегда задают столько вопросов?

– Ты сказал, что ответишь на мои вопросы, если я буду идти молча, и я шел. Но если ты не собираешься отвечать, то и ладно, просто отдай мне кольцо – оно мое!

То ли от злости, то ли от прохлады летней ночи и мокрой одежды меня начала колотить крупная дрожь. Я попытался сесть и чуть не взвыл от боли. Судорога пробежала по горлу в том месте, где когти этого чудовища впивались в шею.

Рогатый недовольно фыркнул и пробубнил что-то на языке, который был совершенно непонятен моему уху. Спустя мгновение на песок между нами начали сбегаться мелкие животные и слетаться птицы. Кажется, я распознал выдру, тушканчика и еще какого-то мелкого грызуна – может, заяц? Сова, несколько воронов… У каждого