Как завести дракона (СИ) - Вознесенская Дарья

А потом у меня запульсировал браслет на руке.

— Эльвин!

— Я вижу, — кивнул он энергично и начал еще быстрее пробивать нам дорогу, используя и заклинания, и собственные руки.

Кажется, навстречу нам тоже кто-то пробивался.

Браслет пульсировал все сильнее. Получается, наставники не врали — он не только ограничивал меня в правах и передвижении в течение двух лет, но и действовал как маячок.

Дело пошло веселее. Нет, мне не было страшно и прежде, что мы задохнемся или еще что — не с Эльвином точно. Но сам факт, что нам помогают, что нас не бросили, а очень даже желают видеть на свежем воздухе придавал мне сил.

Хм… много народу желают.

Потому что когда, наконец, я выползла в раскопанный проем, подталкиваемая другом сзади, то увидела целую толпу.

Понятно, что в связи с таким событием здесь должны были собраться и стражники, и какое-никакое руководство цирка, и даже праздная публика, но то, что их будет столько, а место будет оцеплено, и во главе я увижу чуть ли не все руководство управления, в том числе коммандера Констанса Лондона, моего коллеги Мэтью и хмурого яра Декстера Кингсмана — этого я точно не ожидала.

И вряд ли они появились здесь ради простой попаданки…

Даже забыв отдать честь — или в этой ситуации надо присесть в реверансе? Вечно путаю — я резко повернулась к другу и прищурилась:

— Ты что… переодетый принц в гриме?

Четверо на месте происшествия, не считая попаданки

Эльвин не успел отреагировать на мой вопрос. Ему помешал чужой голос с прохладной ленцой:

— Разве попаданкам не показывают портреты членов правящей семьи?

У меня аж кудряшки распрямились от этого тона и слов. Растянула губы в нарочитой улыбке и повернулась:

— Яр Декстер Кингсман… Уверена, вы и об этом знаете со стопроцентной точностью.

Хмуро уставилась в льдистые глаза, явно давая понять, что его «любезность» по отношению к попаданкам как-то слишком нелюбезна. Но сухарь в твидовом костюме даже бровью не повел. Лишь наклонил немного голову и изучил внимательно — от кудрявой макушки до грязных пяток, будто по одному только внешнему виду был готов поставить и диагноз, и мотив.

Черт, меня же не подозревают ни в чем?

— Ирэн, как я рад, что с тобой все в порядке! — подскочивший Мэтью прервал наше противостояние взглядов и накинул мне на плечи форменный китель, а в руки сунул фляжку с водой, из которой я жадно попила.

— Вы очень любезны, — с некоторым удивлением прокомментировал действия рыжего Эльвин, а потом наклонился ко мне и сказал очень мягко, — Нет, Ири, не принц.

— Не принц, но сойдешь… — пробормотала едва слышно и снова глянула на него испытующе, — Тогда ты…

— Но мой род достаточно древний, чтобы нас берегли, — поморщился, как-будто сам факт бережного отношения вызывал у него антипатию.

— Спасибо за отличную работу, мири! — раздался новый глас, и тут уж я не стала думать — отдала честь. Дагерротипный портрет коммандера Лондона висел у нас на первом этаже, так что его принадлежность к драконам, древним родам и сильным мира сего у меня не вызывала сомнений.

Чуть отступила — все-таки одна маленькая, чумазая и лохматая попаданка на четырех нависающих над ней сильных драконов это слишком — и пробормотала:

— Это не работа была, я друга спасала.

— В нашем деле каждая минута — работа. А в вашем случае так точно…

Вздохнула. Понятно, что мой дар находить приключения даже там, где их не должно быть, и спасаться даже в том месте, где спастись вроде и не возможно, не должен был оставаться секретом для руководства и коллег, но… Но как бы в связи с этим кто чего не придумал.

— Расскажете, что именно произошло? — спросил коммандер на удивление мягко. А ведь мог и приказать, если чего не хуже — например, надеть наручники и отправить в управление по подозрению в покушении на представителя славного рода. У меня не было ложных ожиданий по его поводу — при всей евнешней мягкости, благородстве и привлекательности коммандера, Управление он держал в железном кулаке. Или, как здесь говорили, «в серебряном».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Хочу уведомить вас, яр Лондон, что я здесь не только как пострадавший, но и как защитник этой мири… — вмешался вдруг Эльвин, подумавший, скорее всего, о том же.

Прелесть какая.

— Хочу уведомить вас, яр Томас, что Управление никогда не дозволяло вашей Коллегии вмешиваться в свои дела, — коммандер подобрался, — Мири Джонс в данный момент при исполнении, так что отвечать будет по форме и в защитниках не нуждается.

Ой-ой-ой, как смерили друг друга взглядом два дракона!

Так что я поторопилась со своим рассказом, стараясь не упустить ни детали и отвечая на вопросы со всеми возможными подробностями.

А их было не мало.

И от коммандера, и от Мэтью, которого, как выяснилось, приставили к этому району на дежурство, и даже Эльвин, поняв, что никто меня ни в чем не обвинит, не только рассуждал, но и спрашивал. К нам то и дело подходили стражники и инспекторы — рассказывали, как продвигаются «раскопки» и что там обнаружено, несколько раз почти прорвались репортеры, с требованием пояснить ситуацию — но были отогнаны — дважды обращался очень бледный директор цирка…

Молчал лишь стоявший рядом со мной Декстер Кингсман. Вот только я была уверена, что молчал не потому, что не знал что спросить — его скучающее лицо ясно говорило, что он и так все понял.

И про меня, и про происшествие, и кто был тому причиной…Бр-р.

В какой-то момент я выдохлась.

Раз — и выключили. Погода испортилась, накрапывал дождь, а замерзшая и голодная попаданка при исполнении очень хотела вернуть, наконец, свой законный выходной.

Глаза закрывались уже от усталости… Но я моментально встрепенулась, когда услышала от коммандера:

— Странно, но никаких взрывчатых веществ или следов заклинания не обнаружили. Впору поверить в проклятие Томасов…

Проклятие Томасов

Судя по лицам окружающих что имелось в виду поняли все, а не только Декстер — я знаю все лучше тебя — Кингсман.

— Какое такое проклятие Баскер… Томасов? — всплеснула руками.

Я-то не поняла.

Драконокомандующий замолчал, противнодраконистый хмыкнул, коллега по драконам насупился, а мой светловолосый друг вздохнул:

— Существует убеждение… что мой род преследует проклятие. Что ни один из прямых наследников рода не доживет до тридцати. Мой прадед — и вынужденный глава рода — был из соседней ветви. Их с прабабкой первенец еще маленьким погиб при пожаре. Мой дед тоже младший сын, отец — племянник, да еще и по дальней линии. А я… ну, пока еще прямой наследник. И все еще жив.

Последнее прозвучало свирепо и не мне. Самому пространству, похоже.

— Пи…ц, — только и смогла сказать. А потом спохватилась, — Я имела в виду, что это просто ужас.

— А что там за слово вы использовали первым? — заинтересовался коммандер, но я сжала губы и помотала головой. Типа, хоть пытайте меня — не скажу. — И вы… верите? — уточнила вместо этого.

И как-то не понравилось мне, что этот вопрос вызвал у каждого из присутствующих то ли уныние, то ли смирение. Я аж задохнулась от ужаса — неужели мой друг…

— Большинство склонно теоретизировать до того, как появляются факты, — помощь пришла откуда и не ждали, и я с надеждой уставилась на яра Кингсмана, — Нельзя сначала построить теорию — тогда любые факты будешь под эту теорию подгонять и весьма успешно.

— Но все мои предки погибли… — вспыхнул Эльвин.

— И вы тоже стремитесь на небо побыстрее? — поднял одну бровь брюнет.

Я поспешила прервать зарождающуюся перепалку:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Скажите, так что вы сами думаете по этому поводу?

— Я не занимался расследованиями в те времена, когда наследники рода Томасов сгорали в пламени, — сыщик-всея-Блэтфорта даже тоном дал понять, что если бы он занимался — точно бы всё-всё раскрыл, и я вдруг испытала к нему острую приязнь за подаренную мне надежду, — Возможно, магические заклятия имели место быть, но сегодняшнее происшествие не имеет отношение ни к родовым проклятиям, ни к тому подобным пережиткам старины и ископаемых магических верований.