Тени двойного солнца - А. Л. Легат

дважды, и то на большом расстоянии. Редкая птица в городе – отпрыск Его Величества.

Гвардеец отстал от меня, даже не извинившись. Следом появился и Джереми – с извинениями, которые мне уж были ни к чему: его самого оттеснили от лестницы в южное крыло.

– Я просила помолчать.

Кронпринц поднялся к самому небу и расселся там за широким столом, уже заваленным таким количеством снеди, которой хватило бы на всю свиту, да осталось бы соседям с нижнего яруса.

– Что они себе позволяют, – едва слышно буркнул Джереми, не в силах соблюсти простого указа. – Что за наглость…

Я не стала корить его невежество.

– Это кронпринц Джерон. Его Высочество пожаловало лично в Оксол.

Джереми вылупился на свиту и громко вдохнул ртом.

– Что-то грядет, – довольно сказала я, хоть и не знала, стоит ли мне радоваться или уезжать из города как можно скорее.

Бряц-бряц. Зашумел безупречный доспех первого мечника. Его сопровождал гвардеец с проседью в усах. Он нес перчатку – сам Тахари хмурился и поправлял повязку на ладони. Хоть та и выглядела свежей, на ней уже проступили темные пятна. Да и вся эта походка, скованные движения – я не узнавала первого мечника Крига. Не похоже на ранения, полученные на турнире. Выходит, мертвец не солгал?

– Первый мечник, – я вышла навстречу быстрым шагом. – Какая встреча!

Он явно меня расслышал, но даже не поднял взгляд, продолжая идти к ристалищу. Я перегородила ему дорогу.

– Не делайте вид, будто не узнали меня. Снова!

Тахари остановился, поднял на меня усталые глаза. Я широко улыбнулась:

– Нас свела сама судьба!

– Судьба? – Он покачал головой. – Всегда знал, что я не по душе этой мерзавке.

И попытался обойти меня справа. Я выпалила:

– На вас напали в «Милой Грешнице».

Это заняло его внимание, пусть и на короткий миг. Я не упустила возможность:

– Хотите знать, почему мне об этом известно?

Тахари повозился с повязкой и резко ответил:

– Нет.

– …потому что я поймала пятого. Он у меня.

С пару мгновений мы смотрели друг на друга.

– Да помогут ему боги, – отозвался мечник.

– Послушайте…

– Я спешу.

Вцепившись пальцами в ремешок на его доспехе, под оханье седого пса, я придвинулась:

– Один вопрос, и я исчезну. Оставлю вас, как вы и желаете. – Он посмотрел на манеж, где еще даже не объявился соперник, и с неохотой кивнул. – Что им было нужно от вас? Чего они искали? Или, вернее, кого…

– Миледи, – подал голос седой пес, – это уже три вопроса…

Тахари поднял перемотанную ладонь. Я быстро взглянула – никакой метки там не было, а может, ее ставили выше, под рукав?..

– Я прикончил Варда, – сказал он, недолго подумав. – Они пришли следом. Конец истории.

Ремень выскользнул из пальцев. Тахари развернулся и пошел на манеж, даже не попрощавшись. При всем желании я не смогла бы его удержать.

– Эй, постойте! Вард? Тот самый Вард из Крига?

Джереми отправился за мечником, но на дороге встал седой пес.

– Господин Тахари занят боем, – сказал он, все еще удерживая перчатку в руке. А потом посмотрел на меня и чуть склонил голову. – Миледи, вы можете подождать – турнир не займет больше часа. Уверен, госпожа Малор с удовольствием примет вас после полудня.

И где дрессируют таких псов? Эта выучка, это спокойствие. Должно быть, Тахари и впрямь нашел себе крепкую руку. Хозяйку, что оценила его выше, чем он стоил.

– Непременно, – я посмотрела на смрадную госпожу: та была занята соседкой. – Передайте графине, что я загляну.

Бандиты пришли за бандитом, у которого могла быть метка? Я пристально всмотрелась в доспех мечника. Там, в Криге, я видела его нагишом, и уж точно ничего, кроме синяков, мальчик с Излома на себе не приносил. То было несколько лет назад. Все могло измениться.

Трибуны галдели так, что раскалывалась голова. В промокшей карете, в глуши – я чувствовала себя куда уютнее. Но разве же бывает, что все идет в лучшем виде? Растолкав дворян, что так и не сообразили, что на трибунах положено сидеть, а не мешаться, я двинулась к верхним рядам.

– Миледи? – голос Джереми тонул в чужой болтовне.

Я поднялась выше самой графини, и та удостоила меня коротким удивленным взглядом. Затем преодолела верхний ряд, где изредка показывался герцог с дюжиной гвардейцев. И наткнулась на личную гвардию кронпринца.

– Занято все, миледи, – не моргнув, сказал высоченный латник. Позади него можно было насчитать еще десяток свободных мест.

Я заглянула ему за плечо. Кронпринц Джерон страдальчески зевнул в подставленную ладонь. Если бы его интересовал бой, ему бы стоило расположиться ближе, на возвышенности в первых рядах.

– Как видно, свободных мест в достатке, – с вызовом ответила я.

Кронпринц лениво повернул голову. Смотритель боя начал представлять соперников. Высоченный латник приценился к свободным сиденьям и поморщился.

– Вам сюда нельзя, миледи, – сменил он песню.

Джереми только нагнал меня и громко сопел. Явно от испуга – чего взять с пса? Неловкую тишину между нами заполнял галдеж трибун и крик смотрителя.

– Нельзя, – на всякий случай повторил латник.

Я не встречалась взглядом с Джероном, хоть и целиком привлекла его внимание. Он отряхнул темную бородку, потом пошлепал ладонями по ногам, явно стряхивая крошки.

Еще было не поздно уйти, не вляпываться, остаться благоразумной. Но к чему привела моя осторожность? Кронпринц приложил ладонь ко рту:

– Неужели я вижу миледи Коул?

Латник помялся.

Когда в целом городе не осталось друзей, прибивайся к врагам. Я подарила кронпринцу самую нежную улыбку из арсенала – полную благодарности, легкого смущения и заинтересованности. Не нужно знать, отчего этот набор так кружит мужчинам головы, чтобы им пользоваться.

– Ваше Высочество, как радостно, что вы помните мое имя, – я слегка поклонилась.

Джерон окружил себя целым гарнизоном, но так и не выучился защите от женской слабости. Если бы темные кудри на его голове могли порозоветь – они бы тоже порозовели.

– Как можно вас забыть, миледи. Прошу, составьте мне компанию! – он постучал по сиденью рядом с собой. Для удобства благородных чресл скамью застелили шкурами. – Я так заскучал, признаться…

Латник проворчал что-то столь неслышимое, что я не разобрала ни слова.

– Вы очень щедры, Ваше Высочество, – я тут же обошла латника, вытерев плечо о нагрудник.

Пес хотел последовать за мной, точно полоумный, но латник встал на его пути.

– Мест нету, – повторил он.

Я поправила юбку и, изобразив смущение, присела рядом с кронпринцем: дальше, чем было предложено, но ближе, чем позволит себе сесть какая-нибудь дочь графа. Не меньше десятка знатных дам вылупились на нас, ничего