Явная угроза (СИ) - Сугралинов Данияр

Тем временем демон упаковал легатов в компактные гниющие мясокостные «снежки» и начал закидывать их в широко распахнутую пасть. Он проглотил Бьянканову и Критошибку, потом Айлин и Ронана, закончил Креем.

— Что задумал чертов демон? — задумчиво произнес снайпер. — Они же бессмертные? Прикончат его изнутри!

— Нам лучше прижаться к стене, Хелл, — глухо ответил я, заметив, как беззвучно рвутся сосуды, тянувшиеся от стен к пасти демона. — Приготовься бежать так быстро, как умеешь, когда путь откроется.

Деспот помотал башкой, как пес, ломающий хребет жертве, и рванул в тенях наверх, крикнув:

— Прорывайся к Ядру, соратник! — Эхом разнеслось его прощальное: — Грог-х-р!

В глазах защипало. Что же ты наделал, рогатый? Сдерживая ком в горле, я ушел в Ясность и устремился вперед. К Ядру. Где-то в тенях Деспот, чья метка исчезла с мини-карты уровня, продолжал получать урон от Чумных аур и Ярости легатов.

Я больше не мог тянуть и, скрежетнув зубами, выкинул его из группы. Кроваво-красная шкала моей жизни ясно говорила, что пережить я смогу один-два тика смертоносной ауры.

В доли секунды реального времени я преодолел весь тоннель и достиг поворота, уходящего налево и вниз. До логова Ядра оставалось всего ничего, я как-то чувствовал это, но далеко не улетел. За поворотом на моем пути выросла массивная фигура на четырех лапах, и меня выбило из убыстрения Чумной аурой. Магвай! Чертов высший легат, видимо, воскрес где-то неподалеку и сразу же вернулся.

Паникуя, я инстинктивно отпрянул в Полете, и мне в спину врезался Хеллфиш. Указав назад, он заорал:

— Смотри!

Обернувшись, я выпучил глаза: с той стороны коридора заливалась бурая масса неживой плоти, как вскипевшая пена из огромного Чумного зародыша. Теперь точно путь к отступлению отрезан! В любой момент могла появиться Ланейран, место воскрешения легатов где-то рядом… или Ядро призывает их сразу сюда… но нет, ее не будет. Это ее вторая смерть за сегодня, а значит, Магвай — последнее препятствие перед логовом Ядра.

Отпихнув меня, снайпер выбежал вперед с ружьем наизготовку, грязно обругал Магвая и крикнул:

— Стреляю Замораживающим!

Грянул выстрел, но Магвай урона не получил, его лишь чуть посеребрило инеем. Еще раз ругнувшись, снайпер покинул группу и, убрав ружье, бросился гигантским волком на легата, вцепился в горло, повис на нем, замолотил лапами по глазам, перекрывая обзор… Что он делает? Хеллфиш, раздвинув лапами пасть медведя, склонился над ним так, словно хотел поцеловать и… выплюнул туда что-то блестящее. Магвай рефлекторно сжал челюсти, и в его пасти раздался хлопок, разворотивший челюсть… и вселивший в него протодемона!

Огромный одержимый медведь-нежить вертелся на месте, клокотал и булькал, но не полыхнул Яростью, а повалил Хеллфиша и принялся рвать его зубами и когтями, рыча утробно, как оголодавший за зиму шатун. Это был мой шанс, может быть, даже последний.

Я решил было привязать Магвая Духовным капканом, когда из-под неживого медведя донеслось приглушенное ворчание:

— У него нет Бессмертия… — выдавил Хеллфиш и, бросив сопротивляться, продублировал то же самое в чат.

Фокус на врага, точно! Мои губы невольно растянулись в злорадной улыбке, когда я, воткнув возле друга Духовные оковы, выкрикнул название исполняемого приема, приправленного возмездием:

— Духовный сокрушающий кулак-молот справедливости!

Призрачные очертания моего кулака, ощетинившегося Косами Жнеца, ударили в бок Магвая. Хеллфиш уже погиб, но и медведь издох. Протодемон выскочил из него мглистой каплей, но не сбежал, растворился под натиском частиц Упорядоченного.

Столкнув тушу медведя ногой со снайпера, я воскресил Хеллфиша, вернул его в группу и протянул кулак:

— У вас пять секунд, чтобы изгнать «угрозу», мистер Пейнтер.

Хеллфиш, правая рука лидера топового клана превентивов, коснулся своим кулаком моего и успел за две. «Угроза» B-класса была ликвидирована.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Полутав труп и получив по Радужному кристаллу, мы двинули дальше, опережая быстро разрастающуюся массу мегазародыша метров на двадцать. Пробежали до конца тоннель, идущий под уклон, свернули в другой и оказались перед каменной стеной.

— Оно там, — раздалось у нас за спиной. — Почти развоплощенный Старый бог смерти, вкусивший энергии Бездны и обратившийся в Ядро Чумного мора.

— Учитель? — Я глянул назад, убеждаясь, что тоннель был перекрыт бурлящей массой Чумного зародыша. — Где вы были? Как добрались через… — Я указал на неживую плоть позади.

— Извини, ученик, что задержался, враги попались очень изощренные, а мне не хотелось пополнять их ряды. Пришлось попрыгать по измерениям. — Ояма позволил себя увидеть, хмуро указал на стену: — Нам ни за что ее не преодолеть. Она из Инертного камня укрепления.

— «Если использовать этот камень в строительстве, ни один смертный не сможет разрушить построенное», — процитировал я. — Находил такой в пустыне, мы использовали его при строительстве храма Бегемота… Учитель, и вы не сможете? Через измерения? Если не разбить стену, то хотя бы попасть внутрь и залить…

— Даже я, — оборвал Ояма. — Суть Инертного камня в том, что он существует во всех планах. Но я попытаюсь найти другой путь.

Мастер исчез, а Хеллфиш, нервно поглядывая на приближающуюся массу Чумного зародыша, простонал:

— Значит, все было зря? Или можно сделать подкоп? Обойти как-то? Скиф, у тебя пет-копатель откатился? Может, твоя телепортация поможет? Вытаскивай нас отсюда!

Я попробовал активировать глубинку, но каст оборвался, едва начавшись. Среда была агрессивной и сбивала его, пусть и не могла нанести урон. Свирепость Спящих могла уничтожить любого противника, но стену таковым она не посчитала — способность работала только на живой цели. Зов… все еще был неактивен.

Ояма вернулся и покачал головой:

— Это не стена, а яйцо. Неразрушимое. Последний барьер, за которым прячется Ядро…

Его голос начал затихать, отдаляться, и он, и Хеллфиш растаяли во тьме, брызнувшей мне в глаза тысячей осколков…

Спонтанная активация Божественного озарения!

…а когда зрение вернулось, мир кувыркнулся, и я оказался в тоннеле перед семью легатами, они что-то говорили, но речь их была пока невнятной. Я пошатнулся, от неожиданности потеряв равновесие, но не упал — поддержал Хеллфиш.

— Ты в порядке, малой? — снайпер обеспокоенно заглянул мне в глаза.

Я кивнул, прислушиваясь к тому, что синхронно говорят легаты, транслируя речь Ядра:

— …скажи, и я верну тебя в лоно Чумного мора.

— Зачем мне это? — на автомате задал я тот же вопрос, собираясь с мыслями.

Значит, до этого момента все было не по-настоящему! Ояма жив, просто занят наверху. Деспот… Вот он, тоже рядом, таится в тенях. За спиной переминается с ноги на ногу Хеллфиш, строча мне сообщение в чат… Ага, смысл почти тот же, только слова иные: «Время тянешь? Хороший ход, парень, может и сработает. Какой план?» И Чумной зародыш позади еще не разросся, так что время есть.

Первым делом я открыл инвентарь, нашел там Умноженную эссенцию жизни и облегченно вздохнул. Здесь, в настоящем, их было ровно столько, сколько и должно, тринадцать. Одиннадцать потрачено, значит, итого двадцать четыре чемпиона Демонических игр, баста. Меня захлестнула радость, я невольно заулыбался и все же задумался: почему в предвидении эссенций было меньше? Может, чтобы научить чему-то, объяснить, что они не единственный путь к победе?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ядро продолжало вещать и агитировать, а я, медленно отступая, заговорил с демоном:

— Деспот, сможешь проглотить всех сразу?

— Конечно, — ответил он, не размышляя. — Что потом? Утащить их подальше от вас?

— Видишь те вонючие кишки, что тянутся от них к стенам? Они сверхпрочные, тебе не рассечь их даже адамантитовым резаком. — Услышав это, демон хмыкнул, но промолчал. — Однако, если ты спрессуешь гадов и заглотишь, «кишки» ослабнут, пересохнут, ты сможешь оборвать их, и тогда…