Битва драконов. Том 1 - Валерий Михайлович Гуминский

Его тяжелая рука нашла тонкое запястье девушки и погладила бархатистую кожу, словно успокаивая. И в самом деле, лихорадочная дрожь, затаившаяся где-то под сердцем, куда-то исчезла, уступив место умиротворенности.* * *

— Яна, Роман, пожалуй, начнем с вас, — Никита посмотрел на своих волхвов, уютно расположившихся на диване, ободряюще кивнул. — Что заметили? Какие выводы?

— Остаточные следы магии, примененной Аней, довольно сильные, — переглянувшись с Возницыным, Яна взяла на себя доклад. — Девочка использовала несколько связанных между собой плетений, направленных на мгновенное поражение цели. Хорошо, сил оказалось недостаточно, иначе бы вместо двух трупов мы имели бы развалины жилых домов.

— Она испугалась, — напомнил Никита. — Я бы тоже на ее месте первым делом сплел мощную магоформу. Аня действовала на инстинктах, вбитых в ее голову Фархадом. И это хороший знак, несмотря на побочные проблемы. Так что пока не будем касаться вопроса, какие именно заклинания использовались при защите. Вопрос в другом: что за цилиндр кинули в машину?

— Похоже, использовали артефакт «паутину», или нечто, аналогичный ему, — добавил Роман, перебирая пальцами витой шнурок, на котором висела сосулька защитного амулета. — Мгновенно сковывает движение и усыпляет любой организм на маленькой площади. Эффект достиг своей цели. Салон машины как раз подошел под эту категорию. У Игоря оказалось слабое сердце, не выдержало изменений физического поля. Его аурный контур просто снесло ударной волной. Остальным повезло.

— Вырисовывается картина похищения, — мрачно заметил Ильяс, сидевший на низкой банкетке возле журнального столика; он внимательно слушал говоривших и что-то быстро черкал в блокноте. — Аня сама говорила, что ее пытались вытащить из машины. Кто это был?

— Я не знаю, — откликнулась Анора, примостившись рядом с Никитой. — Лица не видела. А вот остальные — китайцы.

— Ты уверена, что они китайцы? Тебе не показалось? — волхв не удивился такому выводу. — Заметила ли ты какие-нибудь татуировки или опознавательные знаки на одеждах?

— Сначала я колебалась, то ли маньчжуры, то ли китайцы, — задумалась Анона, — но потом еще раз прокрутила в памяти то, что произошло…. Это китайцы, точно. Татуировок не заметила. Одежда обычная, уличная. Куртки кожаные, штаны из джинсовой ткани.

— Получается, за акцией стоит «Лотос»? — нахмурился Ильяс.

— Большая вероятность, — кивнул Никита, потерев подбородок. — Очень большая. Эх, сейчас бы найти беглецов, да потрясти их как следует. Кое-какие детали хочется прояснить. Подозреваю, это был намек на события, произошедшие в Верхотурье. Предупреждение от Большого брата клана «Лотоса». Аня оказалась самым незащищенным звеном, вот и ударили по нему. Не предполагали, что нарвутся на боевую чародейку.

— Молодец, не сплоховала, — Яна подмигнула девушке, и Анора покраснела от удовольствия, хотя впору было ругаться себя за грязную работу. Выбитые стекла, разрушенный фасад трех жилых домов, поврежденные деревья вылились в приличную сумму, которую должен был заплатить Никита. И ей было очень стыдно. Подвела дедушку Фархада, подвела своего господина, грязно сработала магоформы. Подспудно ожидая наказания, уже готова была принять любое из них.

— Никита Анатольевич, — Фадеев, тоже участвовавший в экстренном совещании в доме на Обводном, до сих пор не пришел в себя от происшествия, случившегося пару часов назад. Гибель Игоря и не состоявшееся — к счастью — похищение вверенной ему для охраны девушки серьезно било по его репутации. Начальник охраны подозревал, что «разбор полетов» еще предстоит, и честно, не находил для себя слов оправдания. Это существенный прокол. — Как же теперь быть с Аней и Ольгой Викторовной? У меня не хватит людей сопровождать каждую к месту учебы и работы.

— Сколько у тебя людей, обученных для сопровождения? — холодно посмотрел на него Никита.

— Осталось трое, — выдержал его взгляд Фадеев. — И еще четверо на постоянном дежурстве в особняке. Ладно, что молодые, несемейные. Живут здесь же.

— На днях пришлю к тебе пять человек для усиления охраны, — подумав, обрадовал Семена Назаров. — Схему сопровождения изменишь. Девушек садишь в одну машину, которую я полностью закрою рунической защитой, и по очереди развозишь по местам. Охрану вооружить. Я не думаю, что «Лотос» захочет еще раз провести подобную атаку. Триада добилась своего: предупредила меня. Недовольны, что я лишил их права мыть золото на моей земле и обтяпывать еще какие-то делишки. Но это не война, поэтому призываю всех успокоиться.

В гостиной, где Никита обсуждал ситуацию с сегодняшним нападением на Анору, вошла Ольга. Она плотно закрыла двери, отсекая звуки из гостиной, проскользнула к Никите и шутливо потрепала его по затылку, взъерошив волосы, и весело объявила:

— Ужин готов, гости дорогие. Прошу к столу на кухню….

Вечернее солнце спряталось за высокими крышами домов, и окружающий мир мгновенно утратил все краски сентября. Промозглый ветер, в котором чувствовалось приближение ненастья, раскачивал кроны деревьев, гонял по земле опавшие листья, швырял их на бетонные парапеты и скидывал в свинцовую воду. Расшалившись, он со всего размаха бился в окна, а потом, озорно посвистывая, налетал на топчущихся возле массивного внедорожника людей в теплых свитерах.

Поеживаясь от нахального ветра, Ильяс с неотрывным интересом смотрел на Никиту. Он еще никогда воочию не видел, как работает с магией его хозяин, особенно с рунной. Сначала волхв легкими движениями указательного пальца расчерчивал на блестящей поверхности дверей, капота и крыши нужные руны; на мгновение проявляясь в сгущающихся сумерках багрово-красными, лимонно-зелеными или фиолетовыми линиями, они тут же исчезали, намертво вплетаясь в структуру металла. Воздух охлаждался до такой степени, что изо рта Ильяса стали вырываться морозные пары.

Закончив с внешними рунами, Никита распахнул двери салона и начал колдовать внутри. На стеклах то и дело появлялись разноцветные разводы, медленно тающие в сумерках.

— Гляжу я на тебя, Никита Анатольевич, и завидно становится, — негромко произнес Бекешев. — Почему меня мать-природа обошла стороной? Я бы не отказался от капельки искры.

— Ильяс, — посмотрел на бравого усача Никита снизу вверх, — поверь моему опыту: капелька — это издевательство. Ты не сможешь поднять уровень своей одаренности даже на средний уровень. Зачем тебе кастрированный Дар? Сам будешь мучиться и близких своих изводить, какой ты, якобы, никчемный. На самом деле Сила — она есть или ее нет. Все. Третьего не дано.

— А как у тебя было? — жадно спросил Ильяс. — Когда ты впервые почувствовал себя одаренным?

— Да не знаю, — пожал плечами Никита и хмыкнул, рисуя на лобовом стекле руны