Корона пепла - Мара Вульф

спит. Повсюду видны огни, слышен смех людей и шум мотоциклов. Раньше я часто здесь бывал. Видел, как императоры сменяют друг друга. Видел, как город разрушали и отстраивали заново. Люди – поразительные существа. За столь короткую жизнь они постоянно падают и снова поднимаются. По крайней мере, большинство. Они зализывают раны и идут дальше, ведь у них нет времени вечно горевать над тем, что им не досталось.

Раздается тихий и робкий стук в дверь. У меня ускоряется пульс. Я знаю, что это Нефертари. Приняла решение? Если да, то много времени ей не понадобилось. Медленно подойдя к двери, я открываю.

– Корона, – она избегает моего взгляда. – Я знаю, куда Адриан спрятал Корону пепла.

А я заставляю себя медленно выдохнуть. Нефертари пришла не для того, чтобы тоже признаться мне в любви.

– Ты слышал? – Наморщив лоб, она шепотом выпаливает: – Я знаю, где корона.

– Где?

Она заталкивает меня вглубь комнаты, и я отшатываюсь, поскольку теперь эта девушка далеко не хрупкая, как раньше, а довольно сильная. Останавливаюсь возле кровати, которую вчера ночью она разделила со мной. Там по-прежнему лежит ее тонкая простыня и мои теплые одеяла. Нефертари тихонько закрывает дверь и идет ко мне.

– Присядешь? – указываю на постель, но она, увы, качает головой.

– Корона сегодня была прямо у нас под носом. Сет просто не сумел ее почувствовать, – заявляет Нефертари. – Это чем-то похоже на то, как спрятали скипетр в Абу-Симбеле. Тогда мешал камень.

– Где она? – обрываю ее монолог. Возможно ли это? С момента нашего знакомства с Нефертари мы с каждым днем понемногу приближаемся к своей мечте о возвращении в Атлантиду. Если сегодня найдем корону… – Где? – настойчивей повторяю я.

– В Морском театре.

– С чего ты взяла? – Как по мне, это всего лишь руины, одни из множества. – Почему именно там?

– Я еще раз проверила всю имеющуюся информацию о вилле. Не могла уснуть, после того как… – У нее на лице появляется виноватая улыбка.

После того как я сказал, что люблю ее.

– Я тоже не мог уснуть.

– Да, хорошо. – Она однозначно смущена. – Итак, Морской театр расположен на искусственно созданном острове, окруженном широким каналом. Попасть туда можно было только по двум разводным мостам, которые управлялись исключительно с острова, чтобы Адриана там никто не беспокоил. Остров и канал окружала цилиндрическая стена около ста пятидесяти футов в диаметре. Над входом перед кольцевой стеной находился фриз[18] с морскими обитателями, отсюда и название. Готова поспорить, где-нибудь там имелась и скульптура или изображение Посейдона.

Я скрещиваю руки на груди, чтобы она не заметила, как они трясутся, и на всякий случай переспрашиваю еще раз:

– Круглая постройка, окруженная стеной?

С торжествующей улыбкой Нефертари кивает.

– Совершенно верно. Ты не помнишь? – Потом, не дожидаясь ответа, продолжает: – Сначала идет стена в форме цилиндра, а за ней – круглый внутренний двор с колоннадой. До наших времен сохранилось всего несколько из них. Уверена, там было невероятно красиво. Так или иначе, дальше следует круглый канал. По сравнению с основным дворцом островная вилла совсем крохотная, но у Адриана там имелись все удобства. Считается, что он очень любил туда удаляться и даже сам ее спроектировал.

– И где конкретно он, по-твоему, спрятал ковчег?

– Да подожди же.

Эта улыбка пробуждает во мне желание поцеловать Нефертари, такую взволнованную, спешащую проверить свою теорию. Если все подтвердится и регалии обратят ее превращение, то скоро Нефертари снова станет человеком и покинет меня. Мое сердце пропускает удар. Я не сомневаюсь, что артефакты исполнят ее желание. А вот вернут ли они нам Атлантиду, еще неизвестно.

– Ты меня еще слушаешь? – нахмурившись, спрашивает она.

– Конечно.

– Мне еще не до конца ясно, где именно лежит ковчег, – признается Нефертари. – На вилле много разных водоемов. Адриан обустроил даже фригидарий – бассейн с холодной водой, – который ступенями соединялся с каналом. Думаю, он утопил ковчег. В канале или одном из водоемов.

– Сегодня там уже нет водоемов. – Жаль сдерживать ее эйфорию, и я сам удивлен своему облегчению, но мне нужно больше времени, чтобы убедить Нефертари остаться со мной.

– Знаю, но в канале по-прежнему течет вода.

– Если я правильно тебя понял, ты считаешь, что это строение Адриан создал в виде уменьшенного подобия Атлантиды.

– Ровно так я и считаю. – Она тыкает меня пальцем в грудь. Холод обжигает даже сквозь рубашку, и я сцепляю зубы.

– А кто-то явно не страдал от отсутствия чувства юмора.

– Мне кажется, он, скорее, стремился показать, какими идиотами вас считает. Повесил морковку прямо перед носом, а вы ее не заметили. Сколько раз ты летал мимо этого комплекса? Наверняка сверху сходство с Атлантидой еще заметнее.

Что ж, тут она права. Я прочищаю горло.

– Скажем остальным?

К моему удивлению, Нефертари мотает головой:

– Я хочу, чтобы ты отнес меня туда. Сейчас же.

Тарис

Мы молча летим над спящей страной. На Азраэле кожаная боевая форма, как и на мне. Это несколько облегчает задачу, и тем не менее мой холод не может не доставлять ему неудобств. Его жар смягчается холодным ночным воздухом, зато у меня возникает другая проблема. Мой рот слишком близко к незащищенному горлу – настоящее испытание для самоконтроля. Но нельзя во время полета кусать ангела. Его безграничное доверие меня убивает. Если бы я попросила, он даже разрешил бы мне выпить его крови. Я это знаю. От него так заманчиво пахнет, и я заставляю себя отвернуться и думать о чем-нибудь другом. Азраэль сказал, что любит меня. Но вместо того, чтобы признаться в ответ, я его прогнала. После всего, что для меня сделал этот мужчина. Разум подсказывает, что так будет легче, если нам придется расстаться, однако душа ему не верит. Если я опять стану смертной, а он вернется в Атлантиду, буду тосковать по нему до конца жизни. Я никогда не найду человека, который сравнится с Азраэлем. Вот так все у нас просто и немыслимо. Да и разве можно заставить какого-нибудь парня пройти через подобное? Значит, останусь одна. Как тогда будет выглядеть моя жизнь? Несмотря на то, что для меня это пытка, я снова вдыхаю его аромат. Хочу хорошо запомнить ангела, пока он не ушел. Смесь специй, нотка сандалового дерева и запах его теплой кожи будут преследовать меня вечно.

– Осталось немного, – сообщает он.

Я отчетливо ощущаю его напряжение: стальные мышцы у моего бока, давление рук у меня на спине и под коленками.

– Тебе больно из-за меня? – спрашиваю тихо. – Можешь поставить меня на