Звезданутый Технарь. Том 2 - Гизум Герко
— Мири, у нас есть хоть какой-то шанс подавить их огнем?
— Только если ты вдруг вспомнишь, где спрятал турель, которую мы пропили на прошлой неделе. Как понимаешь, тактика с ослепление тоже теперь уже не сработает, кто-то начал пались слишком рано.
Кира, всё это время сидевшая рядом со мной в тени массивного ящика, выглядела так, будто мы не в центре перестрелки, а на скучной лекции по истории древних цивилизаций. Она легким движением поправила челку и посмотрела на меня своими светящимися глазами, в которых не было ни капли страха — только легкое, почти девичье любопытство. Было в этом что-то глубоко неправильное. Я тут потею и борюсь за жизнь, а она словно ждет, пока я закончу свои «мальчишеские игры».
— Роджер, эти субъекты ведут себя крайне недружелюбно, — заметила она голосом, в котором сквозила вежливая скука. — Могу ли я оказать тебе содействие?
— Сиди тихо! — рявкнул я, когда над головой пролетел разряд, опалив мне волосы. — Тут серьезные дяди стреляют, тебе тут делать нечего! Береги свою красивую голову, она нам еще пригодится для разгадки тайн вселенной.
— Но мои расчеты показывают, что твоя точность попадания составляет всего четыре процента, — она наклонила голову набок, игнорируя летящие искры. — Это крайне неэффективно с точки зрения расхода энергии.
— Да что ты понимаешь в тактике! — я в очередной раз высунулся и выпустил очередь в сторону пирата, который неосторожно выставил локоть. — Я их деморализую! И вообще, у них тоже меткость как у имперских штурмовиков в плохой день, так что мы в равных условиях!
Кира вздохнула, и этот звук был настолько человеческим, что я на мгновение даже забыл, что она — фурия, недавно разнесшая мне весь трюм.
— Как пожелаешь, капитан, — она снова уселась на пол, рассматривая свои ногти.
Мири же, не теряла времени даром и вывела прямо перед моим взором огромную таблицу со статистикой моих промахов, которая росла с каждой секундой, как госдолг старой Земли. Она подсвечивала каждого пирата красным контуром, но из-за дыма и постоянного движения я все равно мазал, чувствуя себя героем комедии, а не космическим волком. Искин явно наслаждалась моментом, сопровождая каждый мой неудачный выстрел едкими комментариями, от которых у меня уши сворачивались в трубочку.
— О, поздравляю! Ты только что героически уничтожил пустоту в трех метрах от цели! — съязвила Мири. — Может, мне включить тебе режим стрельбы для консольщиков?
— Заткнись и делай что-нибудь полезное! — прошипел я, вытирая пот со лба.
— Ладно, ладно, не кипятись. Активирую систему пожаротушения в секторе Б-4. Попробуем сыграть в прятки в тумане.
Через мгновение из потолочных форсунок вырвались густые струи белой пены и пара, мгновенно превращая трюм в мрачный грот на болотах, во время тумана. Видимость упала до нуля, и звуки стрельбы на мгновение стихли — пираты тоже не ожидали такого поворота событий и теперь судорожно переключали свои визоры. Я замер, прислушиваясь к каждому шороху, чувствуя, как сердце колотится о ребра, словно пойманная птица в клетке.
— Где они, Мири? Я ни черта не вижу!
— Включи тепловизор, гений. Они прямо перед тобой, топчутся как стадо слонов.
Я щелкнул тумблером на маске, и мир окрасился в сине-зеленые тона, в которых ярко пылали три оранжевых пятна — наши гости пытались сориентироваться в этой каше.
— Теперь моя очередь, — прошептал я, прицеливаясь в самое крупное пятно.
Но Стервятники оказались ребятами тертыми и быстро сообразили, что стоять на месте в тумане — плохая идея для долгой и счастливой жизни. Они начали применять тактику, которую в старых стратегиях называли «Zerg Rush», решив просто задавить нас массой и наглостью, не считаясь с потерями. Двое двинулись по центру, поливая всё вокруг огнем, а третий, судя по всему, самый хитрый, начал обходить нас с фланга, пробираясь через завалы из старых двигателей.
— Роджер, один обходит слева! — голос Мири стал тревожным. — Если он зайдет в тыл, нам крышка!
— Вижу его! — я попытался развернуться, но зацепился штаниной за какой-то крюк и едва не пропахал носом пол.
Кира снова оказалась рядом, мягко подхватив меня за рукав, и в её взгляде появилось нечто, что я бы назвал «терпением святой великомученицы». Она явно видела в этом тумане гораздо лучше меня, даже без всяких тепловизоров, а её рука на моем плече была твердой, как титановый сплав. Она снова наклонилась к моему уху, и её дыхание, если это вообще было дыхание, показалось мне странно холодным.
— Мое предложение о помощи все еще в силе, — произнесла она, и в её голосе прорезались властные нотки. — Я фиксирую критическое повышение уровня адреналина в твоем организме. Это мешает логическому мышлению.
— Да сиди ты уже, помощь пришла! — я отмахнулся от неё, лихорадочно перезаряжая бластер новой батареей, которая никак не хотела вставать в паз. — Я сам справлюсь! Я капитан этого корыта или кто⁈
— Судя по текущей ситуации, скорее «или кто», — Мири явно была на стороне Киры.
— Сиди тихо, Кира, и береги голову от случайных рикошетов! Это приказ! — я наконец загнал батарею на место и дал очередь в сторону приближающихся теней.
Противники подходили слишком близко, и я уже слышал их тяжелое дыхание и лязг подкованных ботинок по металлическому полу, что не предвещало ничего хорошего. Ситуация становилась по-настоящему критической. Мой «Z-план» по быстрому уничтожению врага провалился, а «план Б», убежать, требовал наличия работающих двигателей и отсутствия противника в трюме. В воздухе так густо пахло озоном и жженой пластмассой, что казалось, будто мы находимся внутри работающего тостера, который вот-вот взорвется.
— Патроны! То есть, заряд! Он заканчивается! — я в панике посмотрел на индикатор бластера, который мигал последним красным делением.
— Роджер, у тебя осталось три выстрела, — бесстрастно сообщила Мири. — Я бы посоветовала начать отращивать вторую голову, потому что первую тебе сейчас точно отстрелят.
— Очень смешно! Может, у тебя есть в запасе какой-нибудь супер-секретный лазер?
— Нет, зато у меня есть отличная подборка похоронных маршей в формате лосслесс.
Я прижался спиной к ящику, чувствуя, как холодный металл холодит кожу сквозь тонкую ткань
