Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев
Почти достигнув алтаря, увидела Линетта и еще одно знакомое лицо в толпе. Почему-то показалось ей, что в ореховых глазах хеленда Бранда отражается печаль и сожаление. Из-за того, что она выходит замуж? Из-за того, ЗА КОГО она выходит замуж? Или просто потому что в последний раз они расстались на такой неприятной ноте, и больше уже никогда не смогут объясниться и все исправить?
Неважно. Ничто не важно.
Принцесса перевела взгляд на своего жениха.
Перевела — и тут же почувствовала, как холод страха сковывает её тело. Синие глаза едва заметно мерцали, воскрешая в памяти кошмарную ночь возле замка Мозаль.
«Это не человек!» — стучала в голове паническая мысль.
«Чудовище! Демон! Нечисть лесная! Гость холодный!»
Кесер Ар’Ингвар не уступал ростом брату, но в отличие от него, был жилистым и поджарым, как гончая. Острые скулы оттеняли выбритые до синевы щеки. Синевой же отливала и вороная распущенная грива до лопаток, и каким-то шестым чувством Линетта поняла, что это не краска.
Одет он был, как и подобало жениху в традициях Аскании, в белый камзол, который ему совершенно не шел. Даже более того, казалось, что сама идея одеть в белое этого человека отдавала насмешкой на грани святотатства.
— Вы обворожительны, миледи, — заверил кесер, и глубокий голос его как будто гипнотизировал, обволакивая и сковывая волю.
Как в кошмарном сне Линетта смотрела, как он берет её руку в свою и чувственно прикасается губами к запястью.
Выдавить из себя поощрительную улыбку, подобающую леди, ей не удалось.
— Отец Бернар, — не отрывая взгляда от принцессы, сказал кесер, — Обвенчайте нас.
Он даже не пытался сделать вид, что говорит с почтительности, какую подобает проявлять перед человеком бога. Он не пытался делать вид, что просит.
Он приказывал.
Первосвященник, крепкий старик лет шестидесяти, одетый в алую мантию и округлую шапочку, не стал возражать по поводу обращения. Спокойным голосом со сдержанной торжественностью он объявил:
— Да будет явлен знак всем людям и богам! В этот час, под небесами Божьими и на земле Людской, мы собрались, чтобы свидетельствовать союз двух сердец.
По его знаку один из служителей вложил в его руку серебряный скипетр с навершием в виде треугольника. Линетта знала, что по традиции эормингов в церемониях должно использоваться копье, символизирующее любимое оружие самого Эормуна. Но высшее духовенство понятие копья трактует очень вольно, и им достаточно, чтобы у церемониального оружия были древко и наконечник.
— Милостью Эормуна эти мужчина и женщина разделят отныне единый путь — на этом свете и за его гранью.
Вместе со взглядом жутких глаз кесера эти слова прозвучали как-то зловеще.
— И если кто-то из присутствующих желает оспорить этот союз, он вправе сделать это до того, как копье Эормуна опустится на землю в третий раз.
И сразу после этих слов скипетр гулко ударил в пол храма.
Отвернувшись от гипнотизирующе-страшных синих глаз, Линетта кинула исполненный безумной надежды взгляд в толпу. Посмотрела она на хеленда Бранда. На короля.
Но никто из них не сказал ни слова.
Скипетр ударил во второй раз.
Принцесса вновь перевела взгляд на жениха, смиряясь с неизбежным. Сознавая, что из клетки, куда загнала её Судьбоносная, выхода просто нет.
Скипетр ударил в третий раз, и первосвященник продолжил:
— Небеса и люди дают дозволение на этот брак. И потому теперь я спрашиваю вас. Принцесса Вин’Линетта из Данаана. Третья Дочь. Готова ли ты стать женой кесера Ар’Игнвара, быть солнцем, что освещает его жизнь? Готова ли ты принять эту судьбу перед лицом Эормуна?
Как будто у неё был выбор.
— Ради мира между нашими странами, — медленно ответила Линетта, — Я готова. Перед Эормуном и перед Шестью Богами.
Эти слова вызвали в толпе сперва настороженное молчание, а потом недовольный гул. Скривился священник, готовясь сказать что-то резкое.
Но не успел.
— Продолжайте церемонию, отец Бернар, — сказал кесер Ингвар.
И криво ухмыльнулся.
Первосвященник явно был недоволен, но возражать не посмел. Едва уловимо он коснулся скипетром лба девушки и поспешил отдернуть его, будто боялся испачкать.
— Кесер Ар’Ингвар из Аскании. Первый Сын. Готов ли ты стать мужем принцессы Вин’Линетты, быть ей путеводной звездой, что ведет её через тьму мира? Готов ли ты принять эту судьбу перед лицом Эормуна?
— С превеликим удовольствием, — улыбнулся кесер.
И все свое мужество пришлось призвать Линетте, чтобы улыбнуться в ответ.
Против своей воли она закрыла глаза, чтобы не видеть страшного синего взгляда кесера, когда тот склонился к ней для поцелуя. Легонько коснулся он губами её губ, скрепляя и свидетельствуя их клятву. Удержал прикосновение на несколько секунд.
И отстранился.
— Сим свидетельствую, что беру в жены эту женщину, — провозгласил кесер Ингвар, — Отныне она — часть моего рода.
Ответом ему были весьма жидкие, вымученные аплодисменты собравшейся толпы. Оглянувшись, Линетта увидела, как торопится отойти подальше выполнивший свою роль священник. Зато вместо него к ним неторопливо, величественной походкой подошел король Этельберт. Те, мимо кого он проходил, склонялись ниц, но жених и невеста, оба будучи королевский кровей, ограничились шейным поклоном.
— Поздравляю со свадьбой, брат, — сказал король и переведя взгляд на Линетту, добавил:
— За столь очаровательную невесту следует благодарить Небо.
«Настолько очаровательную, что сам ты от неё отказался», — обиженно подумала девушка.
Но озвучить это в глаза правящему монарху ей не хватило смелости.
— Не думаю, что Небо к этому причастно, Ваше Величество, — криво усмехнулся Ингвар, — Как ваша рана? Снадобье, что я послал вам, помогло?
Этельберт неловко пошевелил плечом.
— Она уже практически не ощущается, — заверил он, — Когда о ней не напоминают.
Он снова посмотрел на Вин’Линетту.
— Я лишь надеюсь, что со своей супругой ты будешь обращаться бережнее, чем со своим королем.
Ингвар улыбнулся холодной улыбкой, и в глазах отразилось адово пламя.
— Не беспокойся, брат. Я позабочусь, чтобы ей не пришлось мучиться.
Король, кажется, был чем-то недоволен в этом ответе, но возражать не стал. Жестом подозвав к себе Эддифа, он что-то прошептал ему на ухо, отходя прочь.
Линетта
