Колонисты Пандоры 3 - Александр Яманов

— Не знаю, — честно ответила девушка. — Я не раз видела его на трёхмерной схеме дредноута. И даже несколько раз спрашивала отца в детстве о челноке. Но он постоянно отмахивался, ссылаясь на то, что аппарат не в рабочем состоянии и его невозможно вывести на поверхность.

— Я тоже поначалу подумал, что будет сложно поднять такую махину с глубины в полкилометра, но у зарканской колонии имелось в запасе больше сотни лет на осуществление этого проекта. Кроме этого, я почти всё проверил. Челнок готов к работе и заправлен топливом. Энергонакопители полностью заряжены и даже арсенал вооружения с боезапасом на месте. Не кажется ли тебе, что за этим стоит какая-то загадка. И пока я не узнаю, почему челнок остался стоять здесь, эта будет меня напрягать.

— Теперь я тоже задумалась, — призналась Ветка. — Побывав на нижних уровнях, мы встретили много странного, и у меня в голове больше вопросов, нежели ответов. Отец, как все прежние магистры и члены совета мудрейших, слишком много от нас скрывали. А между тем этот челнок мог помочь справиться с тварями, прущими из каверны и другими опасностями, угрожающими колонии. А ещё он способен перемещаться не только над поверхностью материка, но и вылетать в космос, причём самостоятельно. А космос — это прямой контакт с федералами и выход совсем на другой уровень отношений и развития.

— Ладно, потом разберёмся, — указываю на начавшую открываться десантную аппарель челнока. — А сейчас нам надо навестить нашего имперского друга и задать ему пару интересных вопросов.

Внутри десантного отсека оказалось просторно. Над головой висели плотные ряды компрессионных сидений, где мог поместиться батальона десантников. Вдоль бортов располагались специальные держатели для боевых ботов и грузовые ниши с точками примагничивания, а на поверхности палубы магнитные фиксаторы для техники.

Было видно, что это всё здесь когда-то хранилось, причём долгое время. А потом ботов и бронетехнику отсюда забрали. В невесомости плавали неприкреплённые ящики с боеприпасами и прочая амуниция.

— Если бы я в десантном отсеке БТРа так всё раскидал и оставил, то мне бы сразу от замкомвзвода по шее прилетело, — проговорил сержант и указал на россыпь шестигранных цилиндров, разлетевшихся из открытого контейнера.

— Заряды для ранцевого ракетомёта, — тут же опознала боеприпасы Ветка и недовольно покачала головой. — А наши учёные, занимавшиеся наследием предков, уверяли, что такие боеприпасы закончились два поколения назад, как и кассеты для кинетических пушек боевых ботов.

Девушка указала на стопку одинаковых контейнеров, примагниченных в грузовой нише.

Я сразу вспомнил горы и вылетающие из туманной дымки пучки разрывной шрапнели. Видимо, в кассетах хранилось нечто подобное. Но сейчас мне было не до этого. Указав на летающее безобразие, я посмотрел на парочку бывших военных новгородской дружины.

— Это всё собрать и разместить в грузовых нишах. Найдёте что-то полезное, сразу сообщайте, а мы с Веткой пока отправимся в кабину и попробуем завести этого старичка.

Парни мне кивнули. А после того, как десантная аппарель закрылась, я поплыл вслед за Веткой, открывшей проход в отдельную бронекапсулу, предназначенную для размещения экипажа челнока.

Глава 4

Откровения

— Кажется, вывожу, — произнёс я, а челнок проскользнул внутрь шлюзового туннеля.

После этого бронестворка за ним закрылась. Началась откачка воздуха из переходной камеры.

— Может, надо подождать, пока бортовой вычислитель завершит перезагрузку, — с сомнением проговорила Ветка, сидевшая на месте второго пилота.

— Нет. Ждать нельзя. Необходимо срочно вылетать наружу, пока на работу шлюза хватает энергии в резервных накопителях. Ты же видела показания, насколько быстро она убывает, обеспечивая систему жизнедеятельности. Если у космотехов не получится запустить реактор, и мы просидим тут ещё пару часов, то боюсь, дредноут начнёт превращаться в кусок космического мусора.

Едва я договорил, как синие огни в камере шлюза перекрасились в оранжевые. После этого перед нами распахнулись толстенные бронеставни, выпуская межпланетный кораблик в черноту космоса.

Длина челнока, покрытого шестигранными бронеплитами, составляет всего семьдесят метров. Размах боковых плоскостей, оснащённый маршевыми двигателями и подвесами с вооружением, около пятидесяти метров.

Челнок с его выставленной вперёд кабиной экипажа и плоским рельефом, реально выглядел хищником, вылетевший из чрева дредноута для охоты. Как только мы выбрались наружу, я с помощью маневровых двигателей стабилизировал аппарат в пространстве, и, не дав отлететь от корабля матки дальше тридцати метров, синхронизировал их траектории полёта.

Пока вычислитель кораблика тестировал и перезагружал свои нейронные узлы, я решил не отлетать от дредноута далеко. Хотя мой внутренний космический компас работал нормально, имелось опасение, что имплант опять поймает глюк и уйдёт на перезагрузку. А без дальнобойных сканеров с системами наведения лететь практически вслепую, ещё и первый раз в жизни, было как-то боязно.

Как только вращение кораблей синхронизировалось, я разомкнул силовой пояс и оторвался от кресла пилота. Ветка сделала то же самое.

— Жаль, что челнок не оснащён прыжковым двигателем, — говорю девушке после того, как ещё раз просмотрел длинный список параметров летательного аппарата. — По возможностям передвижения внутри звёздной системы и вооружению, имеющемуся на борту, он скорее близок к малому имперскому корвету, а не к тем лоханкам, при помощи которых имперцы поднимают грузы с планеты.

Выслушав меня, Ветка кивнула.

— Согласна. Плохо, что у зарканцев не было технологий, позволяющих ставить прыжковые движки на такие небольшие корабли. Даже самые малые реакторы, работающие на антиматерии, помещается только в суда размером с малый крейсер. А их длина не меньше шестиста метров. Видимо, из-за этого мы и проиграли решающую битву.

— Расскажи поподробнее, — попросил я, несмотря на то что знаю, как всё произошло на самом деле.

Ветке явно нужно было выговориться и потому дважды просить не понадобилось.

— Зарканский флот воспользовался знанием каждого закутка в туманности, и разделился на части. Эскадры прыгали по заранее размеченным координатным секторам и смогли неплохо потрепать армаду вторжения имперцев. Однако, когда пришёл момент решающей битвы, наш флот не смог справиться с сотнями тысяч малых корветов и миноносцев. Они бросались настоящими