Позор царства (СИ) - Владимир Анатольевич Васильев

религиозное движение на стыке христианства и буддизма. Кстати, признается и Римом, и частью буддистов.

— Дальше… — проворчал я, не желая вникать в религиозные заморочки. Там же чёрт ногу сломает!

— Этот тип сидит тоже на Тибете, но редко. Все больше по миру шляется. Но с комфортом, не с котомкой. Несет свет праведной жизни. Причем, зачастую лично. У него, кроме серьезных массовых окормлений, есть правило. Даже два правила. Первое — он один раз в день медитирует часа так три на виду у грешников.

— Спит? — усмехнулся я.

— Некоторые так думают, и ты так считал.

Я задумался было, что тут что-то не так с временами в утверждении. С чего это я что-то там «считал», да еще в прошлом времени? И непонятно, почему я что-то там вообще думал про далай-кардинала, если про этого святошу первый раз слышу? Ну да ладно. Дальше по ходу рассказа ясно станет, а если нет, то потом спрошу.

— Правило второе — он тра тит три часа в день на вразумление одного еще не совсем конченного грешника. Или грешницы. И со стороны выглядят эти процессы похоже. Сидит этот далай-кардинал на специальном пуфике в позе лотоса, натянув капюшон. Если рядом никого, то медитирует. А если рядом сидит ещё кто-то, то они беседуют. Тихо и без свидетелей. И этот второй, если не против, то накидывает себе на голову специальное полосатое покрывало, в знак согласия принимать какую-то нереальную мудрость. Иногда не сразу накидывают, но потом, по мере беседы, почти все накрываются.

Я пока ни черта не понимал, поэтому предпочел дослушать пояснения.

— Ты заметил, что этот далай-кардинал сел медитировать в зимнем саду, и смекнул, что у тебя есть три часа. Подошел к ниппонской стервочке, когда она бродила по залу со скуки, и прямо предложил ей выпить… ну и оттянуться, по-взрослому. Та, как она любит это делать, выдала невыполнимое требование. Сказала, что если ты найдешь способ избавить её от надзора папаши, то так и быть согласится выпить с тобой.

Я вспомнил, что в этом казино были и зал просто обеденный, и зимний сад. Не только помещения, где играли, и где кабаре выступало. Я изначально сидел, кстати в зале для игры, где никакой концертной программы не предлагали. Но главное не это. А что главное, я как-то понять не мог. Поэтому предпочёл слушать.

— Ты сказал ей подойти к далай-кардиналу и сесть на стул. И накинуть это покрывало. А она и согласилась. Ну да, сама же тебе предложила что-то придумывать, так зачем отступать. Ей там жутко скучно было, потому что в зал со стриптизом папаша с ней идти и не собирался, конечно же.

— Так! Стоп! — наконец дошло до меня первое несоответствие. — Что далай-кардинал делал в казино?

— Как что? — удивилась Ива. — Он не ходит по монастырям. Там и так все праведные. Он обращает к нереально светлой истине погрязших во грехе. Так что такие места — естественный ареал его охоты. А греховные развлечения… Как он говорит: «К моим стопам грязь не липнет». Ну так вот… Ниппоночка села перед святошей, а ты погасил свет.

— Что? — не понял я.

— Ну там, в этом казино, все освещение электрическое. Часть залов защищены от магии, чтобы играть можно было без мошенничества колдунов. А значит магические светильники не работают. Ну и во всем здании электрические лампы. А ты что-то сунул в одно место, и весь свет погас. Только свечи кое-где остались. Пока чинили, ты подошел к ниппонке, снял с нее кимоно, хотя она и брыкаться пробовала, но не орала, потому что ты дал ей свой пиджак и сказал, что она сама хотела без надзора остаться. Кимоно ты накинул на спинку стула, а сверху покрывало. Вот её папаша все три следующие часа за этими тряпками и наблюдал из-за своего столика в отдалении. А мешать как бы беседе со святошей никто конечно же и не пытался.

— Ну в целом понятно… — вздохнул я, поражаясь своей изобретательности.

— Ну да. Сначала девушка упиралась, конечно, но ты пел соловьем. Угостил её вином с коньяком.

— Что? — не поверил я, услышав о таком подлом приёме.

— Нет, ты не тайком подмешивал, а сказал, что это коктейль такой. А она и повелась. Мне же ты сказал, что она хотела посмотреть как тебе вышибут мозги, а значит на неё правила джентльменского поведения не распространяются. На войне как на войне. Да она вообще всем была недовольна. Но только в начале. Сначала пять минут недовольства, потом десять минут удовольствия. И так все два с лишним часа.

— Ладно, — вздохну я. — Без подробностей. Сам потом вспомню, как мозги в порядок приведу.

И тут Ива занервничала. А почувствовав это, и я насторожился. Покрутил в голове полученную информацию и зловеще спросил:

— А откуда я знал про далай-кардинала, если раньше никогда такой фигней не интересовался? А знал я, получается, много.

— Ну, Андрей! — чуть не завопила дриада. — Знала я. Но ты от меня потребовал, чтобы рассказала. И, к примеру, про электричество я ничего не знала, да и сейчас не знаю, как ты свет ухитрился погасить. А твои слова про «закоротил» мне ничего не объяснили.

— А может ты все и придумывала? Я-то был почти без мозгов.

— Ну я, — вздохнула пойманная на несоответствиях девушка. — Но не всё! Многое ты сам придумывал. И вообще, делал все сам. Хорошо, что меня от органов чувств не отключал.

— Чёрт! — выругался я. — И почему же?

— Забыл, наверное, — хихикнула Ива. — Но я так впечатлениями напитана!

— Ну да… ниппонка… экзотика… А потом я еще и напился.

— Э-э-э… — настороженно произнесла Ива. — Вообще-то ты вернул эту ниппонку, имя которой так и не спросил, еще в полночь. Опять свет гасил. Но её папаша всё-таки что-то заподозрил, по её довольному виду. Раздраженному как обычно, но и довольному. А потом еще сопоставил, что далай-кардинал в эти часы не беседовал, а именно медитировал, как потом всем понятно стало. Но доказать ничего не сможет, если дочка не расколется, конечно. А она не из таких.

— Что с полночью? — вернул Иву на тропу повествования я.

— Ой! Ну там неинтересно… Всего парочка принцесс.

— Принцесс? — чуть не завопил я.

— Да там королевства крошечные, одно название. Корсиканское и Миланское. Да и эти дамочки являются принцессами только если очень широко смотреть на такие вещи… Так почти всех благородных можно в принцы записать, через родство в седьмом колене. Но главное, что эти две любят так представляться, да и вдобавок оказались те ещё оторвы. Клейма ставить