Граф Суворов, том 11 - Иван Шаман

срочно отступать. Единственное что радовало — воздуха в легких у этой твари не должно быть много. А стоит ему хоть на секунду заткнуться — и рот он уже не откроет.

По крайней мере я на это рассчитывал. Но всем моим планам не суждено было сбыться. Казавшийся надежным и монументальным пол, и даже потолок, пошли волнами, а через несколько секунд враг провалился в образовавшуюся дыру. Я прыгнул следом, приземлившись в куче твердой бетонной пыли, но враг, сбивший криком оковы, уже прыгнул к окну и побежал.

— Северная сторона, второй этаж, сейчас выпрыгнет! — крикнул я, нажав на вызов рации. Не успел я договорить как противник ударился плечом о стекло, вот только его массы не хватило, чтобы выбить прозрачный бронированный пластик. Тогда ниндзя вскинул переломанные руки, попытался использовать их, но снова ничего не вышло. А когда начал набирать воздух в грудь я уже был рядом.

Пресс ударил по противнику, впечатывая его в стекло и вышибая воздух из легких. Ниндзя всё же умудрился вскочить, но лишь для того, чтобы мой кулак вошел в его живот на несколько сантиметров. Судя по звуку того вырвало прямо в маску, что мне было лишь на руку, но помня предыдущий опыт останавливаться я не собирался.

Еще удар, чтобы выбить из равновесия, схватить за голову. Противник понял, что с ним собираются что-то сделать и начал бить в ответ, но его поломанные мягкие кулаки ничего не могли сделать с моей невидимой кирасой. Я же блокировал его синапсы, воздействуя силой на странный искривлённый мозг. Ни одного целого или привычного меридиана, все перепутано, словно он сам подвергался воздействию собственных способностей. Но результата я добился и через несколько мгновений противник рухнул к моим ногам, едва дыша.

— Господин, вы в порядке? — спросил Таран, подбегая ближе.

— Да… норма. — выдохнул я. — Щиты не снимать, этого придурка раздеть, связать, накачать снотворным и только после этого можете допустить к нему медиков, кажется я ему кисти сломал.

— Понял, всё сделаем, ваше высочество. — отчеканил Таран, хватая неудавшегося убийцу. Но когда я поднялся обратно в разрушенную спальню и увидел, как на полу лежит Мария, захотелось этого урода прикончить.

— Что с ней? — спросил я, подскочив к девушке.

— Не знаю, она упала в гардеробной, и не приходит в себя. — ответила склонившаяся над ней Ангелина.

Зато я знал, враг застал мою первую супругу врасплох и она, похоже, не успела выставить защиту. В результате большая часть меридианов в ее теле сбилась, но благодаря повышенному фону и активным чакрам искажению не удалось разорвать ее тело и перемешать на молекулярном уровне.

— Как она? — обеспокоенно спросила Инга.

— Плохо, но жить будет. Не отвлекайте. — приказал я, и начал править один меридиан за другим, пока еще было не слишком поздно. В начале — мозг, тут обошлось без особых проблем, вероятно из-за активного третьего глаза, затем сердце и легкие, увы, ни одна из моих супруг еще не сумели достаточно напитать чакры огня и воздуха, тут нашлось много проблем, но ничего с чем бы не справилась упорядоченная и усиленная регенерация. Ну и наконец живот, руки и ноги.

К счастью раскрытая чакра земли подпитывающая тело Марии энергией и держащая в тонусе весь организм не давала смертоносному воздействию проникнуть глубже. Ну а конечности, даже если бы их повредили серьезно — это не могло привести к летальному исходу, а остальное не критично. К счастью и инвалидом первой супруге стать не грозило, я появился вовремя.

— Готово. — выдохнул я, закончив лечение, на сколько это было возможно.

— Спасибо. — чуть охрипшим голосом сказала очнувшаяся Мальвина. — Что со мной случилось?

— Попала под удар. А ведь я говорил, что щит надо поддерживать. — покачав головой напомнил я.

— Я поддерживала. — чуть обиженно ответила Мария. — Выставила по стенке полусферу, а потом… прости меня пожалуйста, я думала, что это конец…

— У неё точно с головой все в порядке? — удивленно спросила Инга. — Маша извиняется? Я такого ни разу в жизни не видела.

— Придушу во сне, чтобы не мучалась. — сказала, сверкнув глазами Мария.

— Всё в полном порядке. — улыбнувшись ответил я, и обнял первую супругу, помогая встать. А через мгновение меня облепили жаркими объятьями со всех сторон. — Я тоже очень счастлив что все целы. А теперь давайте закончим с переодеванием. Шесть утра, вряд ли нам удастся еще поспать.

Девушки со мной согласились, тем более что моя спальня, а по факту наша общая, представляла из себя жалкое зрелище. Целых вещей не осталось, в полу и потолке зияли дыры, а большая часть мебели превратилась в труху. Как и большая часть вещей в гардеробной. К счастью, после прошлого теракта, когда мы остались практически голышом, у каждого из нас было по полному запасному комплекту ежедневной носки.

Одевшись, мы спустились в уцелевший зал для совещаний, а в наших комнатах во всю работали криминалисты и даже парочка ученых, прибывших из университетов для обследования установок захваченного корабля, но вскочивших среди ночи, стоило им услышать, что кто-то применил новую способность.

К десяти утра весь город знал, что на княгиню Лугуй и её супруга напали, к счастью нападавшие были убиты, а мы не пострадали. Знали в том числе из нашего интервью, которое мы провели на обломках мебели. Наши враги гарантированно знали, что на нас должно быть совершено покушение, как знали кто именно это сделал и какими способностями обладал, так что тайны мы не раскрывали. Почти.

— Враги империи и Ляпинского княжества в очередной раз посрамлены. — глядя в камеру говорила Ангелина. — Они проиграли и в воздухе, и на земле, и даже в подлом ночном нападении. Если они нас вдруг смотрят, хотели бы вы им что-то передать?

— В первую очередь, я хочу успокоить всех граждан империи и Ляпинского княжества, мы делаем всё возможное, чтобы вы были в безопасности. — улыбаясь сказал я. — Российская империя постепенно приходит к примирению, и мы горды быть согражданами всех храбрых мужчин и женщин, что охраняют покой простых людей. Что же до врагов нашего государства и мирной жизни… мы придем за вами. За всеми вами и за каждым персонально. Где бы вы не прятались. Даже если сбежите за океан.

— Благодарю вас, и полностью присоединяюсь к сказанному. — улыбнувшись сказала Ангелина. — С вами был срочный выпуск Правды и его ведущая — Ангелина Лисичкина. Хорошего вам дня, и удачи…

— Мне кажется мы так зрителей приучим что у нас что не день то пожар, то наводнение. — вздохнула Инга, когда эфир закончился. — Хорошо хоть в эфир не каждый день выходим, а то они так и устать могут.

— За обычные новости у нас отвечает Кренделева. А её рейтинги куда ниже. — ответила Ангелина, смывая и без того не слишком обильный макияж. — К тому же, мы даем людям не только яркие, но еще и положительные эмоции. Когда вокруг такое… вот будет в стране все хорошо, и нас смотреть перестанут.

— Это смотря, о чем мы вещать будем. — хмыкнув возразил я.

— Если вдруг случится так, что удастся решить все проблемы до твоей коронации — это будет тяжелый выбор. — улыбнулась Ангелина. — Но что-то я в подобном исходе событий сильно сомневаюсь. Прости, дорогой.

— Не веришь в наши усилия? — едко спросила Мария.

— Почему же? В наши верю. — мило улыбаясь ответила Ангелина. — А вот в людей уже не получается. Ну или наоборот, получается верить, что они найдут способ как обмануть себя и нагадить окружающим.

Спорить с ней никто не собирался. И без толку и зачем? Тем более что люди, которые искренне болели за империю встречались на нашем пути крайне редко. Даже у истинных патриотов на самом деле были свои цели, которые зачастую оказывались диаметрально противоположны тому, что полезно для страны.

Нет, конечно, вредителями, которые делают что-то назло — оказывалось совершенное меньшинство, таких, обиженных и обозленных людей двигали вперед месть и желание поделиться свой болью. Все же остальные думали в основном о личном благе, благе для своей семьи, клана или даже маленького народца, но своего. У кого на что хватало широты души.

Тех же, кого двигали более масштабные идеи, можно было скорее назвать безумцами, не думающими о личном благе. Хотя… тот же Филарет, который исполняет свою сакральную миссию, возможно и не видит в посте патриарха своей главной цели, но и его действия и суждения могут быть опасны для империи и мира в целом. Главное, чтобы он, добившись результатов внутри страны, не объявил православный крестовый поход. Иначе бардак и хаос могут