Выпускной - Анна Кондакова

class="p1">Я убедился, что никто меня не видит, и быстро убрал скрытие.

– А ты не перегнула, Люче?..

Глава 5

Она остановилась и посмотрела на меня с удивлением.

– Ты ведь сам просил на его сознание повлиять.

– Но не настолько же!

Девушка развернулась и продолжила путь по коридору.

– Успокойся, Киро. Я отлично провела время и очень постаралась понравиться тому молодому человеку.

Я поморщился.

– Ну да, я заметил. Бедняга Снеч до сих пор дыхание не восстановил.

– Он тоже старался. Ему это важно.

Мои кулаки сжались сами собой. Я догнал Люче и быстро зашагал рядом, скрипя зубами от злости.

– Ты издеваешься? Я о таком не просил! Вообще-то, мы тут все шкурой рискуем, и я за вас отвечаю, а вы мне что устраиваете? Буф воюет с малолеткой, как больной придурок, а ты спишь с первыми встречными!

Люче одарила меня до раздражения спокойным взглядом.

– Ты слишком напряжён. Как давно ты занимался маг-медитацией?

Я шумно выдохнул в попытке успокоить нервы.

– Ладно, Люче. Поступай, как знаешь. Ты взрослая девочка.

– Ну конечно, взрослая, Киро. А вот тебе бы помедитировать.

Я остановился посреди коридора, глядя на её удаляющуюся спину в несуразном борвийском халате.

Чёрт с ней, с Люче. Может, она решила по-тихому снять напряжение, без лишних свидетелей, ухаживаний и обязательств. Нельзя же вечно быть такой хладнокровной. А вот мне, наоборот, хладнокровие ещё понадобится.

Но потом я точно помедитирую.

Если со всей этой хренью на экзамене живой останусь…

* * *

Я знал, что экзамен будет проходить на острове, но даже не догадывался, что этот остров будет летающим.

Его подняли в воздух, прямо над морем и специально убрали далеко от того пляжа, на котором я отдыхал вчера.

На острове имелся амфитеатр: круглая каменная арена, окружённая зрительскими рядами. Воздушный стадион изолировали от лишних глаз и любых воздействий извне, создав вокруг всего острова защитную сферу. Внутри, окружённые флагами и прожекторами, остались только маги из комиссии и ученики, претендующие на сдачу выпускного экзамена.

Всё строго.

Судейский Совет состоял из тридцати человек.

Пять главных судей сидели в чёрных мантиях в первом ряду, среди которых был и директор Ю-Пен, а оставшиеся двадцать пять магов, но уже в белых мантиях, занимали второй ряд.

Я уселся в седьмое кресло, Сьюн – в восьмое, Буф – в семнадцатое, а Люче – в самое последнее, двадцать пятое.

Мы тоже были в белых мантиях, вели себя спокойно, не переглядывались и не переговаривались. Всё, что надо, мы обсудили ещё вчера.

На последнем ряду разместили Занозу Кинни. Её не стали прикрывать границей, она сидела слишком далеко от арены, и вела себя на удивление тихо. Даже по сторонам не глазела – видимо, сильно её папаша отругал.

Когда все расселись, к судьям подошли ассистенты.

Они раздали наборы судейских табличек с тремя видами оценок: «Соответствует уровню первого класса», «Не соответствует уровню первого класса», а также «Претендент на второй класс».

После этого появился Снеч.

Он создал вокруг каждого кресла второго судейского ряда Охранный рубеж, который служил не только ограничением и гарантом невмешательства, но ещё и защитой судей от случайных атак учеников, ведь они должны были демонстрировать и боевые навыки.

К тому же, эта граница не давала увидеть, какую оценку выставляет другой судья. Ну и не стоило забывать, что при попытке прорвать Охранный рубеж любой из судей в белых мантиях сразу лишится сознания.

Ученики находились на другой стороне амфитеатра.

Они сидели ровными рядами, в серых костюмах, вроде кимоно. Парни и девушки восемнадцатилетнего возраста, человек пятьдесят.

Все они заметно нервничали – сегодня решалась их судьба: быть удостоенными великого духовного опыта от древних чудовищ и продолжить обучение во втором классе, или выпуститься простыми первоклассниками и сразу отправиться на работу по распределению.

Я внимательно оглядывал стадион в поисках самого главного.

Трёх древних чудовищ.

Только их тут не было. Снеч был; огромные бархатные лежанки для монстров были; а самих монстров – нет. Ну и куда этот зоолог их дел?

Стадион был полностью открыт, и вряд ли тут незаметно припрячешь гигантских монстров, да и сам остров был небольшим. Амфитеатр окружали только стриженные кусты и невысокие деревья.

Если чудовища где-то рядом, то Буф должен был почувствовать их мощнейшую ауру, но от него не было никаких знаков. Значит, и он не смог понять, куда Снеч дел монстров.

Оставалось ждать и наблюдать.

Минут через пятнадцать нашлись и чудовища.

Появление этих монстров сложно было не заметить: арена затряслась, амфитеатр вздрогнул, флаги по периметру стадиона захлопали громче и внезапно замерцали энергией райфу.

У меня холодок пробежал по спине. Интуиция подсказывала, что ничего доброго я не увижу.

Так и вышло.

Через минуту каменный панцирь арены проломился сразу в трёх местах, и прямо из глубин острова послышался скрежет, будто кто-то еле-еле выкарабкивался по узкому каменному лазу.

Ещё через минуту из среднего пролома показался первый монстр.

И лучше б я его не видел.

Эта тварь мне точно в кошмарах сниться будет.

На свет прожекторов вылез громадный слепой крот с щупальцами на носу и чёрной игольчатой бронёй вместо шерсти. За ним появились ещё два, чуть поменьше. Чудовища выстроились в ряд, улеглись на бархатные подушки и растопырили щупальца на носах, принюхиваясь. На их груди ярко замерцали белые спирали райфу.

Снеч встал рядом со своими питомцами, и тут надо отдать должное: эти твари его любили.

Все кроты повернулись в его сторону и пошевелили щупальцами, будто поздоровались и улыбнулись.

Опекали их в заповеднике очень даже усердно. Монстры выглядели сытыми, здоровыми и ухоженными, блестели начищенной бронёй и, кажется, даже пахли благовониями.

Я нахмурился.

И как мне с этими древними уродцами разговаривать, если они слепые? Неужели они сначала будут ощупывать меня своими носовыми отростками, чтобы рассмотреть? Если так, то главное не блевануть, а то кроты оскорбятся и вообще мне ничего не скажут. Судя по Хаму, у каждого древнего чудовища был свой характер, порой очень даже вредный.

Как только монстры заняли отведённые им места, стадион погрузился в тишину.

Директор Ю-Пен поднялся с кресла и объявил о начале важнейшего мероприятия в жизни учеников.

Ни аплодисментов, ни улыбок не последовало.

Прозвучал лишь звуковой сигнал магического гонга, которым управляли ассистенты, и на экзаменационной арене снова воцарилась мертвецкая тишина.

Итак, началось.

На арену один за другим начали выходить ученики и показывать всё своё мастерство, от боевых техник до ораторского искусства.

Судили их по восьми основным предметам, в