Призраки. Кишинёвский котёл - Сергей Елисеев

на поставки западного вооружения.

А буквально через неделю был введён американский военный контингент.

Тогда, 3 марта, Молдова официально перестала быть республикой. Она встретила свой закат, как республика, под гулкий рокот танковых моторов, прорывающихся через трупы и обломки баррикад.

***

И под шумный марш солдат

На обломках баррикад

Та иллюзия республики

Встречала свой закат!

И шёл чёрный дым…

Районное управление

Утро. 16 марта.

Серёга проснулся. Проснулся в холодном поту, а из глаз текли слёзы. Ему снова снятся эти кошмарные сны, которые на протяжении года продолжают напоминать ему о тех страшных событиях марта 25-го года.

Серёга не успел прийти в себя, как вдруг перед ним предстала невысокая, милая, белокурая девушка, по-доброму улыбающаяся, глядя на Серого.

Серый было думал что-то сказать, но рядом с ним никого не оказалось. Он был в зале один.

— Не бойся, ты тут не один. Твои друзья тут, в зале, просто нас они не слышат. — Сказала девушка.

— Ты кто такая. И, в смысле, они нас не слышат? — Удивился Серый.

— Сейчас ты спишь, а я, лишь часть твоего фальшивого пробуждения. Тем не менее сейчас мы ведём вполне себе реальный диалог, который повлияет на исход конфликта.

— Говори понятнее. — Недовольно сказал Серый.

— Ты и твой друг обладаете невероятной силой, которая в состоянии повернуть ход войны. Но у вас есть множество недоброжелателей, которые имеют силу, соразмерную вашей. Береги себя, и готовься. Скоро всё изменится. — Девушка дала короткую и напутственную речь, после чего исчезла, а Серый проснулся, на этот раз реально.

Рассветало. Егор Мирославский всё ещё спал, в то время, как подполковник с Мишей и Саней уже пили кофе.

— Проснулся наконец. — Усмехнулся Саня. — Ты бы видел себя во сне!

— А что было? — Удивился Серый

— Да ты сидел, вытянув руки, как будто автомат держал. — Сказал Саня.

— Понятно. — Едва слышно сказал Серый, потирая глаза.

Ещё немного посидев, и осмотрев несколько раз тренажёры и ринг, Серёга встал со скамьи, потянулся, и повернулся в сторону выхода.

— Ты куда? — Спросил Саня, отпивая кофе из кружки.

— Пойду, воздухом подышу. — Сказал Серый, открыв дверь, через проём которой начал проникать утренний свет.

Выйдя на улицу, Серёга вдохнул холодный утренний воздух. Подул лёгкий ветерок, и Серого пробрала дрожь по телу от холода. Постояв пару минут, Серый решил снова зайти в зал и спросить про план операции. Но только Серый решил возвращаться как его тут же окликнула Женя, которая шла в его сторону и находилась в 30 метрах от парня.

— Привет, Серёж! — Окликнула Женя, и быстрым шагом дошла до него.

— Привет, Жень! — Сухо ответил Серый. — А ты чего тут так рано?

— Я пробежаться хотела, а тут ты стоишь. Остальные в зале?

Серёга оглядел двор, удостоверился, что вокруг никого нет, после чего схватил Женю, за руку и затащил за собой в зал.

Войдя в зал, Серый тут же закрыл дверь. Находящиеся в зале ГРУшники Егор Мирославский и Павел Пересветов тут же обернулись в сторону девушки, держа руки в районе карманов. Сработал рефлекс, и они были готовы застрелить любого, кто представлял бы для них хоть малейшую угрозу.

Но увидев девушку, они тут же расслабились.

— О, Женя, привет! — Сказал Мишаня, поставив кружку на стол.

— А это кто? — Спросила Женя

— Наши новые знакомые. — Усмехнулся Серый. — Из ГРУ.

Девушку информация об иностранном спецназе как будто бы не смутила.

— А где Стёпа с Олегом?

— Их взяли. — В разговор вступил подполковник Пересветов. — А ещё взяли одного нашего. Сегодня вечером начинаем спасательную операцию.

— Товарищ подполковник, позвольте выразить своё мнение. — Сказал Серый. — Будь я на вашем месте, я бы не пошёл туда. Это самоубийство. Спасательная операция, в самоволку, когда никто из сопротивления не знает о ней — это план-капкан для нас же самих.

— Ну во-первых — Перебил его Мирославский. — Мы так-то тоже не какие-то там салажата, мы — спецназ ГРУ. А во-вторых — там и наш парень тоже, и мы обязаны его вытащить.

— Ты меня не дослушал. У меня есть вариант, как нам всё провернуть почти незаметно. — Серёга замолчал, ожидая одобрения со стороны товарищей.

— Ну выкладывай. — Усмехнулся Подполковник.

— Можем вкинуть информацию про митинг на центральной площади против американского присутствия. Людей наверняка соберётся много, американцы отвлекутся, а мы тем временем незаметно освободим наших парней. — Серёга замолчал

— Парень, твой план буквально держится на соплях. Какова вероятность того, что люди выйдут? Больше или меньше 10 процентов? — С усмешкой спросил Подполковник.

Женя, как всегда молча наблюдала за перепалкой, и даже немножко боялась устрашающего вида тех, кого ей представили, как спецназ ГРУ.

— Не скажите, товарищ подполковник. Население поддерживает сопротивление, а потому если собрать митинг от лица сопротивления, то с вероятностью 70 процентов народ выйдет. — Парировал Серый

И тут вклинился принципиальный Мишаня:

— Но мы же просто эксплуатируем людей! Это же нечестно! — Воскликнул он.

— Братан, ты до сих не понял? У нас 2 пути: победить или воевать честно. Третьего не дано. Прими уже это. Добродушные на фронте погибают первыми. — Возразил Серый.

Повисла неловкая пауза.

— Хорошо, попробуем. Демидов — свяжись с главным в сопротивлении, передай информацию и наш запрос. Мы в это время направимся на Рышкановку.

— Мы — это кто?

— Я, Мирославский и Исаев.

Плен

Утро. 16 марта.

Стёпа очнулся в небольшом помещении, по атмосфере которого можно было сразу понять, что это пыточная. Небольшое помещение 7 на 7 метров. Стёпа был за руки и за ноги привязан к стулу, а кроме стула в помещении был только стол, где по идее должны были быть какие-нибудь инструменты.

Вдруг ключ повернулся в двери, замок открылся и в помещение вошли офицер и солдат-охранник. Солдат встал у двери, и там застыл, как вкопанный. Офицер бегло осмотрел Стёпу, после чего достал из кармана шокер, и покрутил его перед лицом у Стёпы.

— Видишь? — С усмешкой спросил он.

Стёпа понимал английский, однако говорил на нём плохо.

— 4 удара этой штуки хватит, чтобы ты потерял сознание. Ещё 4, и ты труп. — С насмешкой сказал офицер. Так что-либо ты мне всё расскажешь, либо тебе конец.

Однако Стёпа осознал, что офицер блефует.

— Слушай, лейтенант, или кто ты там. — Сказал Стёпа по-русски. — Ты не убьёшь меня, как бы не пытался блефовать. В перспективе я могу тебе дать полезные данные, и тебе буду нужен. Давай свои 4 удара, и возвращайся позже.

Офицер разозлился, и сделал первый удар. Стёпа