Алекс и Алекс 2 (СИ) - Афанасьев Семен

— Методикой конечно не владею, годами не вышел. Но элементами — на достаточном уровне. Нам с ней требуется только ограниченный набор фигур паркура. Перед приходом к вам я как раз прошёл онлайн аттестацию по этим элементам.

— Что за контора? — мгновенно тормозит Бак и усаживается обратно за свой стол.

— Городская федерация молодёжной прикладной акробатики и паркура при Федерации Гимнастики. Я в ней не чужой, раз. Два — они полностью в курсе моих забегов в Квадрате. Им сливали записи. Самый низший ранг инструктора в своей системе они мне сегодня присвоили. Те элементы, что нам нужны на полигоне, сертификатом покрываются полностью.

— Там и сертификат есть?! — он мгновенно убирает свою сумку под стол и, кажется, уже никуда не торопится.

— Да, конечно. Федерация Гимнастики — вообще государственное учреждение, на федеральном бюджете. Наша молодёжная федерация при ней, увы, общественная приставка. Но правила же точно такие.

— Не важно, какие правила и какова форма организации. — Куратор отчего-то на ровном месте начинает пылать непонятным мне энтузиазмом, который, однако, безошибочно предсказал Алекс. Отправляя меня в номер после разговора с Саярой. — Немедленно прикрепите этот сертификат к личному файлу в профиле, — он раскрывает мой файл на своём комме, подвигает комм мне и указывает взглядом на экран.

— Момент, — удивлённо склоняюсь на пять секунд над прибором. — Вот. Уже прикрепил, просто в скрытых висело. Раскрыл доступ.

По мере прочтения не особо ценной и достаточно рядовой бумажки на экране (которую может получить абсолютно любой член Федерации, если он не чужой в здании и если знает, кого просить), лицо подполковника приобретает выражение довольного предвкушения:

— Благодарю. По вашей девочке… Неделю бегаете с ней вместе. Дальше смотрим на то, что получается, и думаем, что дальше. Кстати, а она как долго собирается составлять вам компанию на полигоне? — будто невзначай спрашивает Бак, но я вижу, что какие-то сильные эмоции он старательно маскирует.

— Ну, ей ещё учиться не один год, — размышляю вслух. — Суммы оплат интересны и для неё тоже. Со спортом дружит по собственной инициативе, не из-под палки. Если у неё будет получаться на трассе, думаю, увлечение не на одну неделю.

— Логично, — спохватывается куратор. — Я вспомнил, из какой она семьи…

— Ей надо подойти что-то оформить?

— Нет. Она же штатная учащаяся, на контракте. С ней всё оформит куратор её группы, я сейчас направлю представление…

_________

— Не парься из-за девочки, — говорит Алекс вечером.

Когда я, пообщавшись с Гутей, рассматриваю фотографии своей новой напарницы по работе в той части её профиля, которую она открыла не для всех.

— Да я не то чтоб парился, — рассматриваю картинки, которые достаточно откровенны. — Просто услуга за пятьдесят монет есть услуга за пятьдесят монет. Говоря цинично, всё должно выполнять какую-то функцию и приносить свою пользу. А мечтам о докторе Карвальо нормальные здоровые отношения не помеха.

— А я не предлагал тебе делать или не делать чего-то ради Карвальо, — возражает Алекс. — Это был исключительно для этой твоей Саи аргумент, причём декларируемый, а не настоящий.

— Какой тогда настоящий? — спрашиваю нехотя, потому что именно сейчас мне надо форменным образом раздвоиться. И я не знаю, куда в первую очередь направиться.

С одной стороны, мне реально нужен если не инструктор, то хотя бы консультант. Или прогрессировать буду черепашьим шагом и не всегда туда, куда надо.

С другой стороны, Сая сегодня предложила сходить в местное заведение широкого профиля, типа бара. Там проводят время и совершеннолетние учащиеся, и даже кое-кто из офицеров, и друзья разных категорий обитателей Корпуса. Есть и игровая комната, куда лично мне попасть интересно (тем более, деньги сейчас есть). Самого меня не пустят, но у неё есть свои способы попасть внутрь.

На поиски инструктора надо выходить за территорию. И тратить на дорогу в указанный Гутей адрес, и на разговоры там, не менее пары часов. А самое интересное в местном барном заведении к моему возвращению уже может окончиться; в частности, какая-то ежедневная игра, в которой мне стоит поучаствовать (по мнению девчонки).

— Если бы ты сделал, что хотел, — отвечает Алекс, — она бы считала, что ситуация обычная. Что лично ей меняться не надо и что привычные ей инструменты работают. Соответственно, ты бы из разряда чего-то большего перешёл бы для неё в разряд таких, как все. Лишившись возможности направлять. Зато, как говорится, разок бы вдул по первому классу.

— Уже сам жалею, что вякнул, будто мне её жалко, — бормочу.

Фотографии впечатляют.

— Может, и в случае «такой, как все» есть своя перспектива отношений, — продолжаю нудить исключительно из вредности.

— Никогда не поздно вернуться к той возможности, — отстранённо говорит Алекс. — Ты в любой момент можешь развернуть эту ситуацию туда, куда тебе надо.

— Да ладно, прав ты, — вздыхаю. — Это я так… от тоски и досады болтаю.

— Уже пора решать, куда идёшь, — напоминает Алекс.

— В салон связи. — Рывком поднимаюсь с кровати, на которой лежал одетый, и направляюсь к двери. — Это сейчас важнее.

_________

Несколько раньше, сразу после полигона.

От полигона в сторону жилого городка направляется парень, чуть хромающий на левую ногу. Ему навстречу, по этой же дорожке, идут двое учащихся второго или третьего года обучения. Поравнявшись с ним, один из двоих вдруг резко толкает парня в плечо, отчего тот теряет равновесие и укатывается с дорожки.

— Аккуратнее, дебил! — смеётся кто-то из двоих.

Затем пара останавливается, переглядывается и расходится в стороны.

Из невысокого кустарника через пару секунд поднимается хмурый пострадавший, без слов хватающийся за чехол с инъектором на боку.

— Стой! — за спинами второкурсников, от полигона, набегает босая и полуодетая учащаяся, в которой можно узнать напарницу сбитого с ног (по их недавним тренировочным упражнением на полигоне).

Пока пара учащихся разворачивается на крик, она успевает подбежать почти вплотную и, сделав какое-то движение руками на бегу, заставляет обоих выгнуться, упасть на колени и задёргаться, словно от удара током.

— Уф, успела, — тяжело выдыхает учащаяся, останавливаясь и прерывисто дыша.

— Спасибо, но чего неслась? — задумчиво спрашивает девушку единственный владелец парализатора на дорожке.

— Ты же их не знаешь, — в перерывах между вдохами отвечает учащаяся, не смущаясь минимумом одежды на себе. — Один — родственник Виктора, по крайней мере, из одной с ним семьи. Второй из дальних Энзи, точнее не скажу. Оба — вода. Если бы ты пальнул из своей пукалки, — девочка небрежно указывает взглядом на инъектор, — у них были бы полные основания говорить потом то, что они считают нужным. Видишь, вон камера на столбе? В этой части территории видеофиксация сто процентов площади.

— Да справился бы я! Хотя, всё равно, большое спасибо, — видно, что парень явно борется с желанием сказать что-то ещё.

— Ты меня не слушаешь, — зло говорит учащаяся. — Оба — вода! Как Тэд Энзи! И ты что, не видишь, что они специально разошлись и стали с разносом в четыре ярда?

— Тэд Энзи — это который из столовой? — сводит брови парень, чуть напрягаясь.

— Да. Которому ты глаз на прочность проверял. Вода! — в третий раз за минуту повторяет девочка. — Очень неудобный для тебя противник, потому что самая большая дистанция и точность. А тебя они в столовой как минимум один раз уже видели.

— Надо быстрее учить и теорию, и ещё кое-что, — обескураженно бормочет парень. — Ты, кстати, обещала посодействовать.

— А зачем я, по-твоему, неслась в одном лифоне? — едко отвечает учащаяся. — Я только для них и есть самый неудобный вариант. Сочетание энергии для воды очень неудачное.