Дмитрий Кикоть - Черные волки

Поскольку срочных дел не было, да и обед скоро, адмирал решил спуститься в тренировочный зал, где последняя группа поступающих сдавала экзамен по рукопашному бою, и лично оценить уровень подготовки будущих курсантов.

Зайдя в зал, Степан Алексеевич увидел довольно интересную картину — спарринги не проводились, абитуриенты сидели на лавочках вдоль стен, а члены приёмной комиссии, кучкой собравшись у одного из столов, что-то внимательно изучали, ничего вокруг не замечая. Заинтригованный адмирал двинулся к сбившимся в кучку офицерам. Курсанты, увидев кто, зашёл в зал, все разом вытянулись по стойке смирно, но и это не отвлекло приёмную комиссию от их дела.

— День добрый, товарищи офицеры — подойдя вплотную, поздоровался Мартыненко. — Что там у вас такое интересное?

— Здравствуй, Степан Алексеевич — ответил за всех каперанг Кузнецов, начальник приёмной комиссии, — тут такое дело…

— Выкладывай, не тяни.

— Понимаешь, во время экзамена один поступающий очень легко и быстро прошёл все три круга, причём в каждом победил.

— Способный боец — с уважением сказал контр-адмирал.

Дело в том, что в экзамен по рукопашному бою проводился через час после экзамена по физической подготовке. Экзамен по физподготовке включал в себя бег на двадцать километров по пересечённой местности, а после — сдача разнообразных упражнений: подъём с переворотом, отжимания, поднимание и опускание туловища в положении лежа и т. д. И вот после выполнения всех нормативов (кто не смог гуляет лесом) проверка навыков рукопашного боя и психической устойчивости. Почему так? Да очень просто. Первый круг — поединок с курсантом, окончившим второй курс академии, сразу после завершения второй круг — поединок с двумя курсантами, окончившими второй курс академии, третий — с тремя. Ясное дело, что далеко не каждый поступающий мог победить даже в первом круге, не говоря о втором и третьем. До сих пор такое удавалось только псионикам, но не обычным бойцам.

— Это ещё не всё — загадочно начал Кузнецов — После такой впечатляющей демонстрации способностей Ефименко предложил ему спарринг и он согласился.

— И сколько он продержался? — похоже, Мартыненко был всерьез заинтересован.

— Он не продержался, они разошлись в ничью.

— Быть того не может! — контр-адмирал с удивлением посмотрел на капитана второго ранга Александра Ефименко, одного из лучших бойцов — рукопашников космодесанта, заслуженно носившего среди курсантов кличку "Всем хана".

— И, тем не менее, так и есть — подтвердил Ефимов — Неуверен, что смогу его одолеть в настоящем бою.

— Но ты ведь не показал всё, на что способен?

— Нет, но он тоже.

Адмирал недоверчиво покачал головой.

— Дайка выписку из его личного дела.

Степан Алексеевич начал читать: "Старшина пограничных войск Глеб Олегович Борисов. Два года службы в системе Окраинной. Чувствующий. Участвовал в двадцати трех боестолкновениях, из них пять — абордажи. Награжден двумя медалями "За боевые заслуги" и орденом Славы третьей степени. Специалист по стрельбе и рукопашному бою. Очень эффективно сражается с псиониками. На личном счету три уничтоженных и один захваченный в плен".

Адмирал поднял глаза и посмотрел на Кузнецова.

— Это случайно не тот Глеб Борисов, который на ТХ-41 один уничтожил сразу двух шранов псиоников?

— Он самый.

— Интересно — адмирал на секунду задумался — А давайте попросим его продемонстрировать это своё умение.

Вот и свершилась моя мечта, я поступил в академию космодесанта. Большинство моих старых современников меня бы не поняли, служба в армии была тогда, мягко говоря, не престижной. В чём-то, они, конечно, были правы, после развала СССР в армии был тот ещё бардак. Но мне всегда хотелось защищать свою Родину, видимо наследственность "тяжёлого совкового детства". Теперь у меня это получилось. Сначала — служба в погранвойсках, теперь — поступление в академию. А то, что Родина теперь разрослась до, без малого, сорока планет, так какая разница? Я хочу, чтоб моя Родина была сильной.

Но обо всём по порядку. Ещё во время обучения на сибирской базе космодесанта, я задумался о том, чем мне здесь заниматься и понял, что хочу в армию. Поэтому после окончания обучающего курса обратился к каперангу Сергееву с просьбой помочь вступить в ряды вооруженных сил. Каперанг сказал, что поможет, только нужно определиться, где хочу служить и дал два дня на раздумья. Через два дня я пришел и сказал, что хочу быть космодесантником. Сергеев решение одобрил, но объяснил — если хочешь быть офицером нужно поступать в одну из академий. Лучшая находится на столичной планете — Сварог. Но есть нюанс, перед этим нужно отслужить два года в зоне локального конфликта и иметь на личном счету не менее восьми боевых операций. Если нет такого желания, то в заявлении на приём в ряды вооруженных сил просто укажи — хочу служить в космодесанте. Тебя направят в одну из спецшкол космодесанта и, если сдашь вступительные экзамены, то через четыре года обучения добро пожаловать на постоянную службу.

Я подумал для вида и сообщил, что плох тот солдат, который не мечтает стать генералом, поэтому постараюсь попасть в академию, глядишь и стану генералом. Каперанг рассмеялся и сказал, что стать смогу разве что адмиралом, так как в космодесанте, как и в космофлоте, звания флотские для соблюдения традиций преемственности наших славных вооруженных сил. Отсмеявшись, посоветовал пойти служить пограничником в систему Окраинной. Там часто бывает неспокойно, и нужное количество боевых операций наберётся быстро.

В пограничники меня взяли, а учитывая показанный уровень боевых умений, сразу после КМБ отправили на службу в штурмовой взвод, нуждающийся в доукомплектации. Охраняемая система была присоединена к Империи всего двадцать лет назад после вооруженного конфликта с ССП. (Америкосы тогда получили чувствительный пинок под зад, и теперь гадили по мелочам везде, где могли). Населения было мало, инфраструктура пока слабая удерживать крупные силы космофлота и пограничников не рационально. Зато вокруг семь необитаемых систем и границы рядом: с шранами, ССП и Тёмным Сектором. Иногда нелёгкая заносит китайских и талирских пиратов у них тоже границы недалеко. Необитаемые системы на окраинах идеальное место для пиратских баз. Так и служил два года. Сражался с пиратами всех мастей, отбивал абордажи и брал на абордаж, высаживался на планеты и астероиды, сражался там, терял кровь и друзей, а потом мстил за них. В общем, жил как обычный пограничник. Теперь два года отслужил, всем нужным критериям соответствую. Можно заняться повышением квалификации.

Экзамены не были чем-то запредельно сложным. Даже рукопашку сдал довольно просто, хоть оппоненты и были хорошими бойцами. А вот потом, когда сидящий за столом экзаменационной комиссии офицер в простой камуфляжной форме без знаков различия предложил поспаринговатся, напрячься пришлось изрядно. С такими бойцами я ещё не встречался. Разошлись в ничью, но не знаю смог бы я его одолеть в настоящем бою.

По завершению поединков мы, поступающие, расселись на лавочках под стенами зала, а комиссия сбилась у одного из столов в кучку, над стопкой бумаг, что-то обсуждая. Тут в зал вошел пожилой подтянутый мужчина в адмиральском мундире, все поступающие вытянулись в струнку, похоже, сам контр-адмирал Мартыненко решил взглянуть на новое пополнение. Адмирал подошел к членам приёмной комиссии и минут пять они о чём-то совещались, потом он сказал:

— Старшина Борисов, два шага вперед!

Оп-па! Сделав умное лицо, и старательно не показывая удивления, делаю два шага вперёд. Вроде и не сделал пока ничего, а начальство уже хочет меня видеть.

— У тебя в деле написано, что ты неплохо справляешься с псиониками.

— Никак нет, товарищ контр-адмирал!

— Что? Ты хочешь сказать, меня глаза подводят?

— Никак нет, товарищ контр-адмирал!

— Вот как? Объясни.

— Свои успехи в данной области считаю скромными. Что написано в личном деле не знаю — не читал. И отвечать за это соответственно не могу.

— Даже так — адмирал не секунду задумался — Ну, раз ты такой скромный, посмотрим на тебя в условиях приближенных к боевым. Кузнецов, в этой группе псионики есть?

— Есть, пятеро.

— Ну-ка, вызови двоих сильнейших.

Каперанг быстро пролистал бумаги, вытянул нужный листок и скомандовал:

— Сержант Павленко и лейтенант Лысенко, два шага вперёд!

— Вот тебе старшина спарринг партнёры — говорит мне адмирал. — Сейчас посмотрим, правда, написана в личном деле или нет. Иди, бери тренировочный нож и вперёд.

— А вам двоим, — это он уже псионикам — нужно старшину под орех разделать. Псионик ведь в рукопашной десяток таких положит, не напрягаясь или нет? А у вас он всего один.