Антон Кравин - Наемники смерти

Ознакомительный фрагмент

– А на воде безопасно?

– В Секторе везде опасно, бро, выдумаешь тоже: безопасно. Но мы вообще к самой Глуби идем, чего нам в начале пути бояться-то? Если бояться – так и идти нечего. Смотри: нам на север. Если пешком, не важно, от Лобни или от Химок, по пути города заброшенные и лес. Я тебе, бро, сразу скажу: хуже нет, чем близко к Глуби в лесу оказаться. На воде ты хоть видишь, кто тебя жрать будет. А в лесу… Не, вру: брошенные города еще хуже леса.

Палец Момента двигался по карте, прочерчивая маршрут, он сопровождал движение пояснениями.

Ближние города – Химки, Лобня – почти что безопасны, там мало искажений, Всплески ощущаются слабее. К Московскому морю лучше выходить в районе Дубны. Значит, если пешком, придется миновать кучу городов: Икну, Яхрому, Дмитров… И это – не говоря уже о поселках. Про Икшу Момент разъяснил:

– Там, бро, эпицентр жизни Второго пояса. Вообще, в тех местах людей уже мало, только самые опытные заходят. Но есть такой ареал жизни как бы – Икша. Она населена, охотники с проводниками туда сходятся за провиантом и боезапасом. Мимо железнодорожная ветка проходит, а дальше – армейская база.

– Действующая? – удивился Бугай.

– Именно, чувак. Хорошо охраняемая. По ветке армейские в ту сторону изредка гоняют поезда, старые паровозы, на которых привозят зэков. Ладно, про это потом…

В Икше, по словам Гены, следовало остановиться, чтобы пополнить запасы. А дальше лучше двигаться без остановок. И на лодке.

Никто не возражал, Марина смотрела на карту пристально, будто фотографировала. Рядом с ней Данила ощущал себя неуютно, силился разобраться, что же его напрягает: девушка симпатичная, но как неживая, будто ее транками накачали. Нужно будет за ней присматривать.

– Значит, – резюмировал Данила, – входим за Барьер, ночуем, за следующий день должны выйти к Лобне, второй переход – через Шолоховский лес к каналу. Все поняли? Тогда вперед!

Глава 3

План был прост, но требовал хорошего расчета времени. Дон передал Астрахану не только точное описание места проникновения, заброшенной железнодорожной станции Сходня в Химках, но и, что гораздо важнее, чего не мог бы заполучить тот же Момент, расписание патрулей МАСа.

Благодаря огромному количеству ржавого железа вокруг (вагоны, цистерны и пустые платформы гнили под открытым небом вот уже полтора десятка лет; между шпалами и сквозь дырявые полы прорастали сорняки в человеческий рост) укромных мест на станции было хоть завались.

Отряд выбрал в качестве укрытия яму между старым локомотивом и горой щебня и затаился до темноты.

За день металлические скелеты поездов накалились на солнце. Вечерело, и локомотив дышал жаром, как печка. От рельсов пахло креозотом.

– Жарко, бро, – пожаловался Момент, то и дело вытирающий пот. – Я дуну, э?

– Терпи! – отрезал Данила. – Огонек сигареты видно на термосенсоре за два километра.

– Можно подумать, нас не видно…

– На фоне этой духовки? – Данила махнул рукой на локомотив. – Еще полчаса мы будем невидимками.

– А потом?

– А потом стемнеет…

Темнело медленно. Солнце уже завалилось за горизонт, но на западе небо все еще алело. Начали досаждать комары. «А репеллент мы и забыли», – мрачно отметил Данила. Марина, к которой комары проявляли повышенный интерес, отмахивалась все интенсивнее, порываясь вскочить. Один из бойцов тут же усадил ее обратно.

Бойцы Даниле вроде как понравились. Бугай, Жила и Бритый… С оружием они обращались умело, вели себя тихо, от Марины не отходили ни на шаг. Пока отряд шел к станции, наемники на автопилоте выстроились вокруг Марины по классической схеме: один впереди, один на два шага сзади, и один – прикрепленный, ответственный за эвакуацию при нападении – за правым плечом девушки на расстоянии вытянутой руки.

Телохранители. Подготовленные и сработанные.

Толку, правда, от их навыков в Секторе не будет…

Часы на запястье тихонько пискнули.

– Время, – сказал Астрахан негромко. – Ориентир – здание вокзала. Я иду первый, Момент замыкает. Темп средний. Не шуметь. Подниму кулак – замерли. Опушу ладонь – упал и будто умер. Ясно?

Наемники кивнули одновременно, Марина – чуть погодя. Момент страдальчески вздохнул.

– Начали движение…

Где-то далеко-далеко стрекотали кузнечики. Под ногами шуршал гравий и позвякивала какая-то пряжка на снаряжении Марины.

Данила поглядел на часы. До патруля восемь минут, укладываемся. Стратосферник с термосенсором должен пролететь над станцией через шесть… а, нет, пять с половиной. Пять двадцать…

– Быстрее! – прошипел Данила, переходя на легкую трусцу.

Здание вокзала находчивые военные использовали как КПП в Барьере, когда в Сектор еще отправляли составы с научным оборудованием. Потом КПП законсервировали, оставив пост из пяти человек и еще троих – в патруле. Лезть в Сектор через старый вокзал было наглостью совершенно немыслимой, потому могло и сработать.

Ну чем могут заниматься пять солдат на посту, где начальство появляется раз в месяц? Правильно, водку жрать да дрыхнуть. Пока солдат спит, служба идет…

Краем глаза Данила уловил движение на крыше вокзала и вскинул кулак. За спиной кто-то на кого-то налетел, тихо охнул.

На крыше вокзала вспыхнул прожектор. Ярко-белый луч лениво начал обшаривать лабиринт из вагонов. Отряд стоял как раз между двумя цистернами в потеках мазута.

– Опаньки, – сказал сзади Момент почти спокойно. – Под вагон?

– Стоять, – процедил Астрахан. – Не двигаться.

Луч скользнул по ним… и, как ни в чем не бывало, двинулся дальше. Сирена не взвыла, стрельба не началась. Солдат, крутивший прожектором, их просто не разглядел. Неподвижное на фоне неподвижного. А вот если бы они ломанулись под вагоны…

Пронесло.

Прожектор погас – видимо, солдат отправился досыпать.

Данила поглядел на часы – потеряли почти полторы минуты и скомандовал:

– Вперед, бегом – марш!

Тут уж было не до скрытности: они побежали, как стадо лосей, перепрыгивая через шпалы и рельсы и лишь у самого вокзала резко затормозили.

– Сколько? – запыхавшись, спросил Генка.

– Пятнадцать секунд… Десять… Пять… Четыре… Три… Две… Вперед!

Главное – слиться со зданием. Прижаться к шершавой стене лицом (на спине рюкзак, особо не прижмешься) и скользить, обдирая ладони, в сторону двери, молясь, чтобы никто из постовых не решил именно сейчас выйти отлить.

Есть. Дверь. Открыта. Хорошо!

Данила нырнул в дверной проем первым, надвигая на глаза ПНВ. В призрачно-зеленоватом свете вокзал походил на гигантский аквариум.

Ставя ногу на пятку и мягко перекатываясь на носок, он бесшумно двинулся вперед. Это была самая тихая часть операции – пост МАСовцев располагался на втором этаже, и только один солдат дежурил внизу, возле бывших железнодорожных касс. Ну где же ты, гаденыш? Ага, вижу тебя…

Солдат кемарил на стуле, прислонив автомат к стене. Данила подкрался к нему сзади, зажал ладонью рот, обвил рукой за шею (тот лишь трепыхнулся) и сдавил. Досчитал до семи. Отпустил, на всякий случай проверив пульс. Жив пацан. Но где-то полчасика абонент будет недоступен.

Повернувшись, оглядел своих людей и жестом показал: «Вперед».

В этот момент кто-то закашлялся на лестнице.

Данила тут же вскинул кулак, но все и без того замерли, как статуи.

– Ковальский! – позвали сверху и снова закашлялись. – Дрыхнешь? Подъем! Пошли в карты зарубимся…

М-да. Не повезло ребятам. Позвал бы ты его минуты две назад – глядишь, и оба живы бы остались… Данила аккуратно, чтобы не клацнуть, сдвинул предохранитель автомата.

– Эт-то еще что такое? – удивился кашлявший, а следом за ним удивился и Данила – с улицы донесся до боли знакомый рокот мотора.

Что это, Астрахан понял сразу, он на таком в свое время летал больше, чем ездил на автобусе, – десантный вертолет Ми-24М, последняя модификация в череде наследников легендарного «крокодила» Ми-24.

Но что вертолет делает у Сектора?!

С ума все посходили, не иначе…

Рокот быстро приближался, перерастая в грохочущий рев, в котором не то что шаги и выстрелы будут неслышны. Упускать такой шанс было нельзя. Данила махнул рукой «за мной» и бросился ко входу в Сектор. Остальные рванули следом.

* * *

– Значит, так, – сказал Астрахан вполголоса, пока остальные восстанавливали дыхание после короткой, но интенсивной пробежки. – Первый рубеж пройден. Самый легкий.

– Самый… легкий? – Даже заторможенная Марина нашла в себе силы удивиться, жадно глотая воздух.

– Да, – кивнул он. – Потому что на заставе мы имели дело с людьми. А люди совершают ошибки. Сейчас мы будем иметь дело с техникой…

– В смысле? – впервые подал голос Бугай.

– Там минное поле, – пояснил Данила, махнув рукой в сторону депо. – С этой стороны Сектор защищен хорошо. Растяжки. Датчики движения. Инфракрасные лазеры. «Кричалки». Они не ошибаются. Поэтому и мы не будем.