Игорь Негатин - Магистр

Ознакомительный фрагмент

Выяснили. Этот мужчина из подземелья – вроде ночного сторожа. Понимаю, серьезная охрана вампирам не нужна. Никому из них и в голову не придет, что кто-то на ночь глядя припрется к ним в логово, чтобы взять его штурмом. Крепость! Пусть и разваленная. Тем более что под землей могут быть такие хоромы, что десять наших гарнизонов поместятся. В полном составе. Вместе с лошадьми и двумя щенками в придачу.

Начало холодать, подул ветер. Он еще слабый, но в открытом поле и такому не обрадуешься. Заметет, закружит поземкой. Эх, может, и зря на рожон лезем?

Хотите честно? Немного не по себе сейчас. Муторно и гадко. Нет ничего хуже, чем неизвестность. С вампирами сталкиваться не приходилось, а разговоры и сплетни картины боя не нарисуют. Говорят, что эта нежить очень сильна. Гораздо сильнее оборотня, если сравнить размеры. Любой, даже самый слабый укус грозит большими неприятностями. Откуда знаю? Было у меня несколько книг. Еще в Кларэнсе приобрел с помощью Гэрта. Вот я и стоял за камнем, укрываясь от ветра, и лихорадочно вспоминал, что успел прочитать и узнать о вампирах. Настоящих, а не выдуманных.

Нежить. Обычная для этого мира нежить. Что касается страха перед солнечным светом, описанного во всех книгах и фильмах, то это неправда. Брехня чистой воды. Да, вампиры не любят бывать на солнце. Не любят, но не делают из этого проблемы. Как было написано в одной книге, это как-то связано с особой чувствительностью кожи. И солнце не сжигает вампиров. Припекает. Больно, но терпимо.

В гробах местные вампиры тоже не спят. Гроб – штука громоздкая, а они подолгу в одном месте не задерживаются. Пожили немного, навели страха на людей – и исчезли. Еще одна особенность: вампиры бесплодны. Сами подумайте: как бездушная оболочка может подарить кому-то жизнь? Вот именно что никак. Нет, семьи у вампиров присутствуют. Но это дань миру, заселенному людьми. Вампиры не способны чувствовать и любить. Играть в любовь – сколько угодно. Актеры они превосходные! Именно так и завлекаются новые жертвы, появляются новые вампиры. Один гном из охраны замка рассказывал, что он даже переспал с вампиршей! Мол, девица была бы и рада его укусить, но уж больно пьяным оказался гном. В общем, не кровь, а чистый алкоголь. Тем и спасся. Врал, конечно, но покажите мне гнома, который не любит прихвастнуть?

Кстати про серебро. Да, вампиры боятся серебра. Серебро – это смерть. Но лишь в одном случае – если серебро смешалось с их кровью. Кровь у них густая и вязкая, как смола. Черная. Трогать серебро они могут. Причем без всякого вреда для своей персоны. Дым от кожи не пойдет, и ожог не появится. Но если ты с помощью серебра нанес вампиру рану, его кровь загустевает и превращается в прах. Серую, бесцветную пыль. Так нежить обретает «вечный покой». Поначалу я думал, что и небольшой царапины хватит для того, чтобы упокоить вампира. Оказывается, нет. Видимо, необходимо определенное количество серебра. Легкая рана или царапина вызовет нечто, похожее на ожог. Ткань омертвеет и сойдет пылью. В общем, чтобы упокоить вампира, надо всадить клинок ему в грудь. Чтобы с гарантией.

– Разведчики вернулись. – Тэрр подошел так тихо, что я чуть не дернулся.

– Где они?

– Уже здесь…

Рядом со мной возникли три заснеженные фигуры. Парни здорово замерзли, пока ползали по этим развалинам. Выяснили немного, но и то хлеб. Запасной выход из подземелья есть. Сразу за донжоном. Там же сделан навес для двух лошадей и повозки. К сожалению, это ничего не значит. Выходов может быть еще штук пять.

Хорошая новость – мужик выходил попеременно, из разных выходов. Выйдет, походит, лошадок по шее похлопает, и обратно. Бывало, что и задерживался немного, чтобы трубку выкурить. При упоминании табака я даже хмыкнул. Вампиры не жалуют табачный запах. Странно.

– Альвэр!

– Да, магистр!

– Мысли какие-нибудь есть по этому поводу?

– Полагаю, что надо брать этого мужичка за яйца, – хмыкнул гном. – Взять и хорошенько тряхнуть, чтобы узнать о количестве вампиров в подземелье.

– Дельная мысль, – кивнул я и посмотрел на Тэрра. – Ну что? Будем брать этого упыря?

– Хотите сами взять?

– Магистр… – укоризненно протянул Альвэр и вздохнул.

– Ты прав, старина, – сказал я и похлопал гнома по плечу. – Не обижайся.

Да, сказал глупость. До сих пор привыкнуть не могу к тому, что гномы снимают охранников и берут пленных гораздо быстрее и лучше, чем люди. Самого здорового мужика три гнома пакуют и оттаскивают в сторону за несколько секунд. Если бы своими глазами не видел – не поверил бы. Барри показывал. Мгновение – и человек сбит с ног и связан. Даже крикнуть никто не успевает. Мне показывали на тренировке. Уж на что Трэмп здоровый парень, но и того стреножили.

– Собираем людей и выдвигаемся на исходную. Берем языка и в темпе допрашиваем. Если все хорошо, то десять гномов и Тэрр идут вместе со мной вниз, в подземелье. Четыре гнома останутся снаружи и присмотрят за окрестностями. Двое останутся с лошадьми. Если после допроса выяснится, что вампиров больше десятка, уходим.

– Магистр, мы…

– Что?

– Может, дождемся утра? – предложил Тэрр.

– Зачем? Что это нам даст? В подземелье светлее станет? Сейчас этого мужика хватятся!

– Вызовем еще людей из замка. Вам туда лезть совсем не…

– Именно что обязательно, – оборвал его я. – Если вы, ребятки, плохо мышей ловите, то мне приходится самому разбираться с этой нежитью. Вопросы?

– Нет…

– Вот и прекрасно.

7

Пленный говорил быстро и практически без пауз. Видимо, гномы его слегка придушили, и теперь он хрипел, как простуженный. Так спешил рассказать нам о своих «хозяевах», что глотал слова и окончания. Будто чувствовал близкую смерть и хотел откупиться от костлявой старухи с косой. Хотя… Ну какая она старуха? Смерть в Асперанорре имеет множество обличий. По преданиям она может появиться в образе прекрасной женщины или молодой девушки. Смерть, она… Она многолика. В каком из обличий она предстанет перед умирающим, решать богам. По заслугам и смерть. Как ты жил – так и умрешь.

Мужчина лежал пузом на снегу и рассказывал о логове вампиров с такой скоростью, что приходилось его останавливать, чтобы разобраться в этом сбивчивом рассказе. Когда он закончил отвечать на все наши вопросы, Альвэр, повинуясь моему жесту, ударил его ножом в шею. На снег брызнула кровь. В синих сумерках она выглядела черной, как у вампира.

– Пора, – кивнул я и поднялся.

Дверь даже не скрипнула. Как и рассказывал пленный, за ней виднелась лестница, уходящая вниз. Нет, не глубоко. В этом подземелье всего три этажа. Было больше, но своды прохода обрушились и завалили нижние этажи.