Цель оправдывает средства. Том четвертый - Илья Сергеевич Модус

грандиозной битвы, произошло многое. Слишком многое, чтобы это можно было переварить.

Оли, испугавшая до усрачки весь гарем (в том числе и тех, кто к Силе не был чувствителен), наконец-то пришла в себя и сейчас получала воспитательные внушения от Ашши, Сатель, Дочери, Кайли, Йуунь…

Но я точно знал, что Старстоун плевать на то, что ей говорят.

Девушка сделала то, что посчитала нужным.

Решила проблему кардинально.

Заодно технично напомнила «конкуренткам» кто на самом деле альфа-самка в ЦПХ. Напомнила так, что Сьюпи до сих пор заикается, гарем в полном составе обмочился, Мара третью ночь с криками просыпается посреди ночи, у Дени, кажется, нервный тик началася… А девочке нет еще и тридцати… Вроде бы… Вот что значит — набирать в гарем баб по объявлению. Личные дела что ли завести? Анкету по личному составу ЦПХ разработать. Хоть узнаю, кому сколько лет от роду. Хотя… Есть в моем потешном зверинце и те, кто уже и сами не скажут… Просто не помнят.

Хуже всех — если брать общие моменты — «внушение» пережили Сири Тачи и Рачи Ситра…

Обе стали слегка заикаться.

Н-да… Сири Тачи и Рачи Ситра… Анаграмму из их имен хоть составляй.

Луминара… Вот за кого я в самом деле переживаю.

Мириаланка замкнулась в себе, потому как ментальная атака Оли едва не вывернула ее наизнанку и едва не привела к непоправимому… Н-да… Впрочем, «тройняшки» заверяют, будто все будет хорошо…

— Вот ты где, — раздался голос позади. Не оборачиваясь, я приманил Ар’алани к себе, махнув пальцами.

Адмирал, как и всегда облаченная в неизменный мундир, строгая с подчиненными, независимая в чужом обществе и гордая даже среди посторонних, даже среди девушек из гарема, приблизилась, поравнявшись со мной.

В ноздри ударил запах чего-то химического. Практически выветрившийся, но все еще уловимый. Особенно для того, чьи органы чувств обострены благодаря чувствительности к Силе.

Женщина-чисс сделала шаг назад, совсем крошечный, но чтобы показать дистанцию между нами…

Протянув назад руку, я схватил ее за мундир и, несмотря на возражения, подтянул к себе.

Пинком отправив кресло в сторону, не глядя сделал пару шагов назад, упершись кормой в кромку стола. Притянул к себе Алани, обнял, зарывшись носом в ее иссиня-черные волосы.

— Отвратительные духи, — выдал я великосветскую мудрость.

— Это не духи, — спустя пару секунд произнесла чисс.

— На бакту или колто не похоже, — продолжал я перебирать совсем глупые предположения, предлагая ей самой сказать правду, о которой тоже уже догадался. — Бота? Антирадиационный душ принимала?

— Краска, — в отражении транспаристали я видел как она поморщила носик. — Для волос.

— Так вот откуда у чиссов такой неестественный оттенок шевелюры, — продолжал небольшие насмешки я. — Краска для волос — и на голове, как у зебры, полос…

— Нет, — она сердито дернулась в моих объятьях, но не вырвалась. — Седину закрашивала.

— Значит моя девочка не так уж и молода? — я поцеловал ее в шею, показав, что вопрос вообще-то с ебанцой, а не ради обиды.

— До тех пор, пока твоя психованная не разложила на атомы целую армаду, у меня проблем с волосами не было, — произнесла женщина-чисс. — А сейчас… Две пряди вокруг лица — белее снега на Ксилле, хожу как будто портрет в овальной рамке. У моего народа вообще таких проблем нет… Насколько я слышала…

— Смой эту дрянь, — приказал я. — И не смей никогда больше так делать. Мое предпочтение — естественная красота.

— А ничего так, что у тебя половина гарема раскрашены как прошма…

— А на других не смотри, — посоветовал я. — Следи за собой. С ними я еще разберусь.

— Жестко? — с надеждой в голосе поинтересовалась она.

— Очень, — пообещал я. — Итак, мы победили…

— Малой ценой, — подтвердила она. — На «Лусанкии» уже готовы к установке нового суперреактора. И… Ты же знаешь, что те юужань-вонги, которые управляли трофейным линкором, вместе с ним самим, тоже распались в пыль?

— Да, мне сообщили, — произнес я. — Леху жалко.

— Это кто? — поинтересовалась Ар’алани.

— Юужань-вонг-трансвестит, который не верил, что пипирку можно отрезать, а пилотку — врезать, — объяснил я. — Оператор систем связи, захваченный в Каас-Сити.

— А почему «Леха»? У них же замысловатые имена.

— Был у меня дружок-дебил, — придумал я историю на ходу. — Лёхой звали. Делал то, чего ему советовали не делать. И помер как дебил за свою тупую веру в собственную непогрешимость.

— Странные у тебя знакомства в прошлом были, — поежилась чисс.

— Да и сейчас не блещут адекватностью, — признался я. — Подобное к подобному и все дела… Как дела в галактике?

— «Новое Восстание» заглохло, — сухо произнесла Ар’алани. — ИКССН взял базы пиратов, тотальная зачистка. Подтвердилась их связь с синдикатом. Есть координаты новых гиперпространственных путей, прямиком в Неизведанные Регионы…

— Передай Трауну, — распорядился я, поцеловав ее в шею еще раз. — Это епархия Экспедиционного Корпуса. Кстати, как он на Селварисе?

— Тяжело, но система наша, — произнесла огнеглазка. — Пленных… Много. Будут дополнительные указания по их поводу?

— Не будут, — ответил я. — Дженна Зан-Арбор и ее коллеги-коновалы микробиологического уровня уже выдвинулись к планете пару дней назад.

— Как раз, когда он захватил систему, — напряглась Ар’алани. — То есть, ты все знал?

— Я же Бессмертный Император, — пришлось напомнить. — Приходится соответствовать. И знать все…

— Так уж все? — эмоции чиссов тяжело прочитать даже владеющему Силой. Это нежданное-негаданное природное абсорбирующее свойство, напрямую протекающее из их физиологии. Тяжело прочесть мысли, когда они постоянно в работе. Считают, анализируют, изучают… Один из компаньонов Изгнанницы таким образом умел скрывать свои мысли от чувствительных к Силе. Крейя с легкостью обошла это и узнала, что тот в прошлом охотился на джедаев.

С чиссами подобное так же сработает.

По крайней мере не с теми, с кем ты не делишь кров.

Траун для меня — до сих пор загадка. И таковым останется. Как и большая часть его народа.

Ар’алани — нет. Но она пытается.

— Все, — подтвердил я.

— Значит, — она вздохнула, — ты знаешь.

— О ваших проделках