Марина Абина - Грибница

Казалось, вот-вот раскроются сейчас двери какого-нибудь подъезда, и выскочит пацанёнок с санками, проснувшийся раньше родителей и спешащий первым наследить в девственном снегу во дворе. А потом распахнётся окно на пятом этаже и, не жалея нервов соседей, будет кричать его мама, чтобы он немедленно перестал валяться в снегу и потуже затянул шарфик. Уже после мальчишки выйдет на улицу дворник с лопатой и, ворча, начнет отбрасывать снег от ступеней подъездов, потом прокопает узенькие дорожки к детскому садику и к школе, а после — к пивному ларьку, но это лично для себя.

Вскоре снова пошёл снег, глуша дребезг трактора и окончательно пряча следы от его колёс. Ярослав глянул на часы — перевалило за полдень. Им нужно было поторапливаться, иначе ранние сумерки затруднят их возвращение домой. Ярослав сказал об этом Тарасу и тот притопил педаль газа. Однако многого из трактора выжать не удавалось. До нужного места они добрались только к первому часу.

В помещении магазина стоял странный запах: сильно пахло будто бы чем-то съестным и вместе с тем какой-то кислятиной. Эта пахучая смесь у Ярослава ассоциировался как ни странно с эму. В душе зародилось нехорошее предчувствие. Страшась, что его предположение окажется верным, он ускорил шаги. Пробежав мимо привычно пустых прилавков в отделе консервов (банда Евгении постаралась), они с Тарасом попали в отдел зоо-товаров. И нашли источник неприятного запаха. Пол и стеллажи были застланы пустыми пакетами из-под собачьих кормов. Ярослав подобрал один из них и увидел, что тот прогрызен, а внутри остались только крошки. Тарас принялся шарить в глубине полок, в надежде отыскать хоть одну целую упаковку корма. Не найдя ничего, он растерянно обернулся к Ярославу.

— Тут только пустые пакеты. Они что, куда-то пересыпали корм? В один большой мешок?

— О ком ты говоришь? — очнулся от раздумий Ярослав.

— О Женькиных уродах, разве не ясно? — Тарас откровенно недоумевал. — Кто ещё стал бы заниматься подобным.

— Крысы.

— Кто? — Тарас непонимающе уставился на товарища.

— Пакеты изжёваны, посмотри. И этот кислый запах, — Ярослав скривился. — Корм сожрали крысы.

— Ты уверен? — Тарас похолодел, осознав, что это им сулило.

— Посмотри себе под ноги. И на полках тоже.

Тарас глянул на пол. Ковёр из пустых упаковок был засыпан чем-то, что Тарас по невнимательности принял за кусочки сухого корма. Теперь он понял, что это было высохшее крысиное дерьмо.

— Фу, мерзость какая! — Тарас вытер руки о штаны. — А я тут по полкам шарю!

— Пошли, нужно найти ещё один магазин. Скоро начнёт темнеть.

Они поспешили прочь от изгаженного места. Принялись колесить по городу в поисках достаточно крупного магазина, где мог бы быть корм для собак в большом количестве. Вскоре им повезло и они нашли один такой. Стёкла на витринах магазина были целые и, заглянув внутрь через окно, Ярослав убедился, что крысы сюда ещё не добрались.

— Сегодня придётся задержаться и набрать корма побольше: не хочу обнаружить в следующий раз, что его уже нет во всём городе, — сказал он, когда все упаковки вплоть до самых маленьких были завёрнуты в большой отрез брезента и тюком волочились позади трактора.

— Неужели они так много едят? — изумился Тарас.

— Крысы очень прожорливы. Кроме того сейчас они ещё и размером с хорошего кроля. Ты не видел ту, что залезла к Никите в комнату? Такая за один присест может грамм триста сожрать. А уж за день…

— Ты шутишь?

— Какие тут шутки?

— Но всё равно, чтобы выжрать корм во всём городе… Сколько же их должно быть, как ты думаешь?

— Много. Собачий корм имеет сильный запах, поэтому они начали с него. Когда он кончится, перейдут на что-нибудь ещё. Например, на крупы.

— А консервы?

— Нет, не думаю. Если только кто-нибудь не научит крыс, как их открывать.

Они успели проверить ещё пять больших магазинов. В одном из них уже похозяйничали крысы и корма там совсем не осталось. В другом крысы уже явно побывали, но ещё не успели растащить всё. Парни забрали все нетронутые мешки и отправились в обратный путь. Быстро смеркалось.

Из города выезжали, когда дорога уже начинала теряться в темноте. Да ещё снегопад усилился. Включать фары, пока ещё хоть что-то видно Тарас опасался и ехал почти на ощупь. Вскоре без света продвигаться стало совсем опасно. Но и включённые, фары не очень-то помогали: снегопад был такой сильный, что кроме крутящихся снежинок, в лучах света ничего видно не было. Тарас ориентировался только по редким дорожным знакам и макушкам придорожных столбиков на поворотах. Он боялся, что если снегопад не прекратится, то и эти едва видимые вехи скоро засыплет полностью. Тогда их трактор непременно окажется в кювете.

С наступлением темноты мороз стал крепчать, и парни в кабине трактора уже вовсю тряслись от холода. Стекла заиндевели, ещё больше ухудшая видимость, и их постоянно приходилось протирать тряпкой. В очередной раз, когда Тарас возюкал тряпкой по стеклу перед собой, передние колёса трактора вдруг куда-то провалились и машину неудержимо повлекло вперед, а потом опрокинуло на бок. Ярослав ударился лбом о лобовое стекло и потерял сознание. Тарас отключился от боли, когда его швырнуло боком на дверную ручку.

Глава 7 Побег Витька

— Витька! Витька! Иди сюда, ублюдок недоделанный! — Гришка с перекошенным от гнева лицом ворвался в комнату, где его младшие соседи делали вид, что наводят порядок. Он схватил Витька за патлы и грубо поволок за собой на улицу.

— Дядя Гриш, ты чего? — успел только удивиться Димка, а за Гришкой и брыкающимся Витьком уже захлопнулась дверь. Предвидя беду, паренёк побежал за Петром. — Дядя Петь, там дядя Гриша Витька убивать потащил!

— Что там ещё натворил этот придурок? — проворчал Сергеич, выглядывая из своей комнаты. Он явно имел в виду не Гришку.

— Не знаю, Сергей Сергеевич, только дядя Гриша очень сердитый прибегал.

— Ладно, сейчас разберёмся, что там стряслось, — Сергеич накинул на плечи свитер и стал спускаться к выходу.

Им стоило поторопиться, потому что во дворе уже во всю голосили. Кричали Гришка, Витёк и Фёдоровна. Первый лупцевал второго мешком, на четверть наполненным чем-то округлым и почём зря пинал ногами. Фёдоровна пыталась его оттащить, но это было не в её силах.

В общине Витька никто особенно не жаловал, но чтобы так избивать… Пётр понял, что на сей раз этот непутёвый сотворил что-то действительно ужасное. По меркам Гришки явно так и было, но Пётр рассудил, что действует он всё же не правильно. Сначала в ситуации должна разобраться вся община, а тогда уже стоило определять наказание. Иначе это произвол. Руководствуясь такими соображениями, Пётр кинулся вперёд и успел оттащить Гришку от его подвывающей жертвы, прежде чем тот пнул её сапогом в лицо.

— Григорий! — взревел с крыльца Сергеич. — Прекрати это, немедленно!

— Прекратить? — фальцетом завизжал Гришка. — Да я его убью, гада! Он же картошку нашу попортил, стерво! Он же на неё крысу свою напустил!

— Картошку попортил?! — Сергеич невольно подался вперёд. Кулаки его сжались. — Как попортил?

— А вот как! — тут Гришка вывернулся из рук Петра и, перевернув мешок, которым только что избивал Витька, высыпал в истоптанный снег то, что осталось от отборной семенной картошки. — Огрызки одни! Недоедки и гниль сплошная! Всё в крысином дерьме, всё погрызено. Пропадёт теперь наша картошечка. Заболеет вся, почернеет и сгниет! — Гришка уже чуть не рыдал. — А все этот злыдень, со своей крысой.

— Да как же он мог её попортить? Ведь подвал закрыт, а ключ только у Евгении есть, — усомнился Пётр.

— А душник? — заорал Гришка. — Он крысу свою туда запускал, вот она и пожрала всё!

— Неправда! — подал голос Витёк, видя, что уже и Сергеич угрожающе надвигается на него, а в дверях показался Кирилл. — Я никого туда не запускал. Это дикие крысы вашу картошку погрызли. Следить лучше надо было. Я тут не при чём.

— Дикие? А кто похвалялся, что крысу приручил? — загремел Сергеич. — Да я сам тебя сейчас придушу!

— Это не Крыс! Это не он! — заверещал Витёк. — Я его унёс, как вы и говорили. Его тут нет. Это дикие крысы.

И тут, опровергая его слова, от ворот к нему метнулась огромная чёрная крыса и остановилась между ним и начальником общины, явно защищая своего хозяина. Увидев перед собой крысу, Сергеич торжествующе взревел и выхватил пистолет, с которым не расставался вообще никогда. Прозвучал выстрел — и пуля ушла в снег буквально перед носом Крыса. Но зверёк и не думал отступать, наоборот: он угрожающе зацокал на Сергеича зубами и короткими рывками, напружинив хвост, двинулся к нему. Прежде, чем Сергеич успел выстелить во второй раз, Витёк рванулся вперёд и накрыл Крыса собою. Он непременно схлопотал бы пулю, если б Димка не успел подбить руку общинного главы и не сбил прицел. Выстрел всё-таки прозвучал и тут же громко вскрикнул Пётр. В следующую секунду он повалился на землю, обливаясь кровью. Все застыли на месте.