Путь Хранителя. Том 1. Том 2 - Роман Саваровский

насколько опасно покидать остров после всего этого? Прямо сейчас, внизу, возможно, гибнут люди Арсения пытаясь защитить врага!!! И все по твоей прихоти!

Я подождал пока Василиса выговорит все что хотела и отбил все ее аргументы одной единственной фразой.

— Я был на тайной базе Скрябиных.

Василиса отшатнулась и уставилась на меня округленными глазами.

— Где ты был?

— Ты слышала где. И девчонка внизу, которую ты называешь врагом — наш ключ, чтобы попасть туда еще раз.

Про то что одновременно с этим Елена Скрябина еще и возможная причина моей казни я пока умолчал. Как это утрясти уже возникла пара мыслишек.

— Не может быть… — покачала головой Богданова, — как…

— Хотя, технически, я видел лишь дверь в тайное крыло базы и убил пару сотрудников, — пояснил я, — но что важнее. Я догадываюсь что они там творят и, поверь, это много кого заинтересует. Держи.

С этими словами я бросил Богдановой диктофон.

— Передай Арсению. Сам не слушал, но думаю там вы найдете много чего интересного, — деловито проговорил я и вколол себе инъекцию.

Том 2. Глава 8

Я вздрогнул от неожиданного импульса. Тело будто прошибло током, но быстро отпустило. Мои красные энергетические каналы начали покрываться пленкой и уже спустя пять секунд, боль в затылке исчезла полностью.

В голове стало тихо и спокойно. Только сейчас я понял, что из-за постоянной боли от подавляющей печати, в ушах стоял противный звон.

— Прекрасное чувство, — проговорил я вслух и с наслаждением прикрыл глаза, — боль полностью ушла.

— Эффект временный, — убрав диктофон в карман, ответила Богданова, — нужны тесты и подбор дозировки.

— Насколько временный?

— Ты меня вообще слушаешь? Надо проверять. День-два, — неуверенно предположила Василиса.

— Ага, — усмехнулся я, — и новые дозы я получу только если поеду в Лондон и буду там паинькой?

— На второе я не рассчитываю, — нервно хмыкнула Богданова.

— Зато Арсений твой рассчитывает.

— Вот пусть сам и разбирается. Но в чем-то ты прав, инъекции тебе выбили как раз из-за скорого отъезда в Лондон. А это проблема? Ты собирался отказаться?

— Кто знает, — пожал я плечами, — зависит от разговора с Арсением.

Я тщательнее просканировал внутренние потоки и понял, что инъекция повлияла только на красные энергоканалы. Сам красный поток не изменился и продолжает уменьшаться с каждой секундой, а синюю энергию инъекция полностью проигнорировала. Я не мог самостоятельно определить причину уменьшения боли и меня это напрягало.

— В чем суть инъекции? На саму печать ведь влияния не было?

— Ты прав. Она на основе смешанного потока Романовых и при контакте с твои телом должна укрепить внешнюю оболочку красных каналов. Сила печати не изменилась, только основной удар теперь принимает на себя инъекция.

Вот что за пленка, ну теперь хоть стало понятнее. Поэтому и временный эффект, она истончается под давлением печати.

Важная информация перед возвращением в Аномалию. Я хотел знать могу ли втянуть в тело больше красной энергии, чем в прошлый раз, и не подохнуть при этом.

Не то чтобы я хоть как-то контролировал весь процесс в прошлый раз, но тем не менее.

И ответ Богдановой меня устроил. Раз красные энергетические каналы защищены, то шанс есть, и я им воспользуюсь. Изначально я планировал лишь восстановить три поврежденных инициацией канала и вернуть циркуляцию, но теперь посмотрим, как пойдет.

— Позволишь остаться? — вдруг спросила Богданова с умоляющим взглядом в глазах.

Я задумался на некоторое время, оценивая риски и не нашел аргументов против. Василиса Богданова знает это место куда дольше чем я, и за семнадцать лет не проговорилась ни единой живой душе о ее существовании.

Ну кроме меня, но за это ей как раз таки жирный плюсик.

К тому же была вторая причина. Вспоминая, что в прошлый раз все едва не закончилось моей бесславной смертью от переизбытка красной энергии, будет полезно иметь рядышком розовый страховочный тросик.

И как бонус, у Богдановой останется впечатление, что она мне должна.

— Оставайся, только не шуми и не вмешивайся, — кивнул я и задумался на пару секунд, — и не дай мне умереть.

Пояснять противоречивость условий я не стал и шагнул внутрь Аномалии. Василиса Богданова большая девочка, сама разберется. К тому же, зная ее садистскую исследовательскую натуру, она и пальцем не дернет пока я реально не окажусь при смерти.

А именно такая страховка мне и нужна.

Меня накрыло словно вакуумом, и я осознал, что на этот раз внутрь Аномалии не проходят даже звуки.

Воздух уже был вязким и тяжелым, хотя я даже ничего не сделал. Я поднял взгляд на солнце и понял, что оно серого цвета, как и все вне границ Аномалии. Будто во всем мире вдруг подкрутили контраст. Мир выцвел и потерял почти все краски.

Зато внутри Аномалии все, наоборот, казалось куда ярче, чем было. Особенно ровно скошенная зеленая трава. От ее яркого блеска приходилось морщиться. Старательно игнорируя возросшее с прошлого раза количество странностей, я сел на траву прямо тут, у самой границы.

В целях безопасности. Чем ближе я проснусь к границе Аномалии, тем лучше.

Я закрыл глаза и потратил еще десять секунд на то, чтобы прийти в себя и сконцентрироваться. Потом пустил по телу накопленный астральный поток и, как и в прошлый раз, направил его в родовой взор и открыл глаза.

Не прошло и секунды, как пространство пошло волнами, а вся ослепительно-зеленая трава окрасилась в бордово-синий. Земля под ней засветилась темно-красными бурыми пятнами и из них, будто ростки цветов, к небу потянулись тонкие нити.

Все пространство Аномалии захлестнула энергетическая сила.