Хьюго Касс: Наблюдая за смертью - Джетт Эрри

силы пожилого друга иссякают, поэтому не стал ничего отвечать. Взгляд мутнел, а веки постепенно тяжелели и закрывались. Волны боли одна за другой накатывали на Тайса, и справляться он уже был не в состоянии. Желание уснуть и жуткие страдания в конечном счёте привели к потере сознания. Хьюго испугался, что старик умер, но, нащупав пульс, облегчённо выдохнул. В душе он понимал, что Тайсу легче было бы погибнуть на холме и больше не терпеть эти мучения, но для Хью было нестерпимо больно отпускать старика.

«Это нечестно… Столько вытерпеть и пройти вместе с нами, чтобы так погибнуть…» – терзал себя он.

Пауль же был уверен, что Тайсу стоило позволить умереть, верный друг уж точно заслуживал покоя, но убедить Хьюго в том, что так будет правильнее, не удавалось. Каждый вопль старика раздавался эхом не только в ушах, но и в сердце, напоминая, что, по сути, это он обрёк соратника на страдания. Слабая надежда на спасение томилась где-то в глубине души, но с каждой минутой она отчаянно утопала в бездонном сожалении.

Вскоре глаза Пауля сильно устали, и веки начали сдавать позиции под натиском сладкого сна. Хьюго тем временем тоже прикорнул на полу кареты. Пара лошадей до сих пор справлялась только потому, что от когда-то богатого и красивого «судна» королевских кровей осталась практически доведённая до краха повозка. Лишь на углах и пороге кареты остались фигурные узоры, да и те настолько стёрлись, что выглядели, как пошарпанный стол в кабаке. Опасное приключение превратило изящную и благородную деву в потрёпанную и грязную нищенку. Постоянный скрип и периодический треск досок говорили о том, что долго транспорт не протянет. Конечно, до Дирхоупа оставалось не так далеко, но всё же создавалось впечатление, что карета не выдержит и такого пути. Хотя благодаря убогому состоянию «судна» Пауль не мог окончательно уснуть. Облучок, пришедший в полную негодность, периодически пробуждал сонного извозчика. Боясь, что доски вот-вот провалятся вниз, старший Уолс резко встряхивал головой и приподнимался, чтобы посмотреть, так ли это на самом деле. Сомнительной бодрости хватало на несколько минут, после которых измотанное тело вновь пускалось в раскачку, словно маятник.

С горем пополам удалось дотянуть до утра, но к тому моменту голова Пауля склонилась к груди, а веки практически не открывались. Даже если что-то и было видно, то лишь через маленькие щёлочки, да и взгляд практически всегда был направлен в собственные колени. Они до сих пор не съехали с дороги только лишь потому, что большая часть пути шла по прямой, а в редкие моменты бодрости Пауль выравнивал карету, чтобы не съехать на обочину.

Громкий хриплый кашель заставил извозчика сначала приоткрыть глаза, а затем и вовсе встрепенуться, когда он осознал, что фактически ехал во сне.

– Ох, Великие… разбудил бы хоть кто-нибудь… – пробубнил он себе под нос, а затем вспомнил, что кто-то кашлял.

Хьюго тоже подскочил от неожиданности и уже стоял рядом с Джудом, который будто старался выплюнуть собственные лёгкие.

– Эй, полегче! – осторожно постучал ему по спине Хью.

Оказалось, что во рту и глотке Джуда до сих пор была пыль, и он отменным харчком отправил её на пол.

– А мне после такого в доме Тайса чуть не прилетело по шее, – подавая оставшуюся флягу с водой, хмыкнул Хьюго.

– И правильно, нечего плевать там, где живёшь.

– Так мы последние дни живём в карете! – развёл руками ловкач.

– Забыли, – прервал Джуд. – Лучше расскажи, как всё прошло.

Ушло немало времени на то, чтобы в красках описать произошедшее, тем более глазами Хьюго. Парень описывал каждый кусок Кифиса в мельчайших подробностях, как его могущественные лапы едва не раздавили их обоих. Пришлось рассказать и о неприятной новости, связанной с Тайсом. Младший Уолс болезненно взглянул на старика, внутри всё сжалось, когда он увидел изуродованные старческие ноги.

– Как же это несправедливо… – проведя ладонями по лицу, с горечью произнёс Джуд.

Пауль крепко держал вожжи, а на лице расплылась счастливая улыбка, ведь он услышал, что брат очнулся и, несмотря на кашель, как у самого больного человека на свете, всё же живой. К тому же это означало, что совсем скоро можно будет прилечь и вздремнуть.

– Где мы сейчас? – привстал Джуд, оглядываясь по сторонам.

– Я не знаю… – задумчиво ответил Хьюго.

– Да я сам у себя спрашиваю, – усмехнулся Джуд. – Кажется, мы уже в дальних окрестностях Дирхоупа, так что осталось совсем недолго.

– Это хорошо, ведь у нас остался только сегодняшний день и вечер, – отозвался Пауль.

– Рад, что ты жив и здоров! – крикнул Джуд. – Чего молчал до сих пор?

– Ждал, пока ты вспомнишь про своего любимого братца!

– Знаю я, чего ты ждёшь! Сейчас сменю тебя, отдохнёшь напоследок.

– Если это мой последний отдых, то прибереги его для кого-нибудь другого, ведь я помирать не собираюсь!

Джуд спустился на корточки и полез в сумку с припасами.

– Как же болят пальцы… – прошипел он, разглядывая подсохшее мясо на месте, где совсем недавно были ногти. – Но есть всё равно хочется! – продолжая осматривать оставшиеся запасы, закончил младший из братьев.

Роясь в сумке, он наткнулся на горькую правду. Мало того, что еда практически закончилась, так ещё и знатно подпортилась.

– Да, есть теперь практически нечего… – протянул Хьюго.

– Нам осталось всего-то меньше суток продержаться, так что не страшно.

Джуд вытащил практически сгнившее яблоко, взял у собеседника кинжал и принялся вырезать неиспорченные куски. Так же поступил и с заплесневевшим хлебом. Радость озарила его лицо, когда в запасах нашёлся увесистый кусок вяленого мяса.

– Будто к нему никто даже не прикасался!

Хьюго давно не наблюдал такого счастья, тем более у Джуда. Казалось бы, мелочь, но насколько она могла изменить весь настрой! Ловкач присоединился к «пиршеству», хоть ненадолго отвлёкшись от безнадёжной ситуации Тайса.

Основательно набив желудок, Джуд крикнул брату, чтобы тот останавливал карету. Стоило дать немного отдохнуть лошадям и накормить их, чтобы последний рывок до дворца не прервался внезапной смертью животных. Место извозчика ненадолго опустело, и Пауль с чистой душой пошёл отдыхать. Поднявшись в карету, он в первую очередь обратил внимание на спящего старика. С тех пор, как он видел раненого в последний раз, ноги стали выглядеть намного хуже.

– Дружище, я не представляю, как тебе больно…

Конечности алхимика сильно опухли, а их нездоровый цвет говорил сам за себя, но никто не мог помочь ему.

– Поешь перед сном. Возможно, когда ты проснёшься, у нас больше не будет такой возможности, – посоветовал Джуд, выпрыгнув из кареты.

– Ты бы лучше о