Путь Белой маски - Гектор Шульц

приятный хмель в голове. Сон. Мягкий и безопасный. Как приятно в нем тонуть…

Эйден почувствовал, как к пальцам прикоснулось что-то горячее и шершавое. Он нехотя приоткрыл глаза и выругался, почувствовав тупую боль в плече. Затем поднял ослабевшую руку и прикрыл глаза от солнечного света.

Рядом с его кроватью сидел могучий скальный кот и, громко ворча, лизал пальцы на левой руке. Он, увидев, что Эйден проснулся, недовольно мяукнул и скрылся под кроватью. Правда через мгновение вылез обратно и положил в ноги Эйдену жирную дохлую крысу. В янтарных блестящих глазах застыла не просьба, а приказ.

– Я не буду это жрать, – буркнул Эйден, осторожно принимая сидячее положение. Голова немного кружилась, да и желудок тут же скакнул к горлу, но сесть все-таки удалось. Кот снова недовольно мяукнул, забрал крысу и, забравшись под кровать, принялся её пожирать. Повернувшись, Эйден увидел, что на соседней кровати сидит Рамина и с улыбкой смотрит на него. Она вздохнула и, спустив ноги, медленно подошла к кровати Эйдена. Только остановилась, услышав злобное ворчание скального кота.

– Как вы себя чувствуете, господин? – спросила она.

– Будто меня пережевали, высрали, а потом снова пережевали.

– Господин Келла знал, что вы так скажете.

– Что еще он сказал? – криво улыбнулся Эйден.

– Что с вами все будет в порядке, – робко улыбнулась она в ответ. Кот под кроватью снова заворчал, и девушка испуганно вжала голову в плечи.

– Не бойся. Он тебя не тронет. Просто ревнует. Сколько я уже на Лабране?

– Господин Меледи сказал, что скоро наступит весна… – она осеклась и потупилась, когда дверь в спальню открылась и на пороге возникла мрачная фигура Жакена Торбула. Эйден попытался встать, но ему на плечо тут же легла холодная рука мессира Владыки и грубо вернула обратно на кровать.

– Нет нужды в изящных словесах и поклонах, – произнес Жакен Торбул. Губы мессира изогнулись в полуулыбке. – Итак, Владыка отказался принимать тебя в свою свиту, раз ты еще здесь.

– Да, мессир, – Эйден закашлялся и, вытерев губы, кивнул. Рамина тут же бросилась к столу и вернулась с кружкой, которую протянула ему. – Мое время еще не пришло.

– Пей. Не заставляй слепцов бегать за водой напрасно, – велел мессир.

– Как я очутился здесь? – нахмурился Эйден, переводя взгляд с Жакена Торбула на Рамину.

– Она притащила тебя, – отмахнулся мессир Владыки, подходя к окну. – Она и расскажет. За все время её пребывания в обители, она вряд ли произнесла больше десяти слов. Говори, дитя.

– Вы были ранены, господин, – робко начала Рамина. – Сильно ранены. Сначала я извлекла арбалетный болт из вашего плеча, потом промыла раны и дала зелья, чтобы убить заразу. Господин Ардо был очень добр. Он позволил нам спрятаться в погребе, а потом помог вывезти вас из города. Правда он забрал все, что у меня было. Только одну монету не тронул. Плюнул на неё и швырнул мне.

– Ожидаемо, – лениво процедил Жакен Торбул.

– Он не верил, что я выживу. Поэтому не боялся, – понял Эйден. – Продолжай.

– На пристани мне тоже пришлось прятаться. Я укрыла вас в старых сетях, а сама пряталась под причалами, когда сходила вода. Пока одной ночью к пристани не причалил холодный корабль.

– Должно быть Владыку позабавили твои попытки выжить, – холодно ответил Жакен Торбул. – Впрочем, для меня это тоже стало неожиданностью, когда «Черная чайка» вместо припасов и новых юнцов привезла полумертвого убийцу в луже блевотины и слепую гастанку, еле стоящую на ногах.

– Господин Меледи и господин Келла были очень добры, – добавила Рамина. – Они помогали мне выхаживать вас, господин.

– Чудесная история, – съязвил Жакен Торбул и с интересом посмотрел на Эйдена. – Сначала ты приручил скального кота, теперь гастанку.

– Я покину остров, мессир. Как только встану на ноги, – угрюмо ответил Эйден. Мессир Владыки вздохнул и сурово посмотрел на него.

– Тебя никто не изгоняет, глупец. Естественно, ты восстановишь силы, а мы как следует отблагодарим это невинное дитя, которое не дало умереть нашему брату. Пусть нас и зовут зверями, но мы умеем быть благодарными. К тому же в Ларахе и окрестностях тебе лучше не появляться какое-то время.

– Почему, мессир? – удивленно спросил Эйден. Жакен Торбул язвительно улыбнулся, заставив его потупиться.

– Даже не знаю, с чего начать, далтэ, – буркнул он. – Ты вел себя, как глупый мальчишка. Возможно стоит вернуть тебя на учебу? На следующие восемь лет.

– Прошу, мессир.

– Я глух к твоим мольбам. О контракте на барона Одита я и слова не скажу. Контракт есть контракт, пусть и выполнил ты его излишне грубо. Но в убийстве своего прошлого ты перестарался. И я сейчас не о циркачах, до которых нет никому дела. Ты совершил ошибку, оставив в живых свидетеля. Лорда Людвига Адернима.

– В его убийстве не было нужды.

– Он – свидетель! – жестко ответил Жакен Торбул. – Могущественный и влиятельный. Ты искалечил его любовницу и убил сына. Этого он тебе никогда не простит. К тому же, для него сейчас настал благоприятный период. Его брат, Сеймур из дома Адерним, взошел на трон. Император Мантон получил метку Владыки, пепел его костра развеян и в империи началась новая эпоха.

– Я видела его, господин, – тихо произнесла Рамина. Жакен Торбул, недовольный тем, что его перебили, фыркнул. – Простите, господин.

– Где ты его видела? – спросил Эйден.

– Он гостил у господина барона, – девушка покраснела и приподняла край своего платья, оголив часть живота и грудь. Эйден вздохнул, увидев уродливые рубцы, оставленные без сомнения кривым гастанским серпом. – Он очень жестокий человек, господин.

– Иные на трон не восходят, – кивнул Жакен Торбул. – Так что тебя уже давно ищут. Ты не только не убил свидетеля, но и позволил ему узнать свое имя. Скверная ситуация, далтэ Мордред.

– Это моя ошибка и расплачиваться буду я, мессир, – угрюмо ответил Эйден. Ему не понравилось, что его снова назвали учеником, но он понимал, что мессир Владыки прав. А на правду не принято обижаться.

– Без сомнений, – черные жесткие глаза Жакена Торбула мрачно блеснули. Он вздохнул и снова повернулся к окну. – Тебе повезло, что Владыка решил дать тебе еще один шанс. Франу повезло меньше.

Эйден промолчал, вспомнив Франа. Веселого, ехидного, любящего книги. Молчаливого и сосредоточенного, стоящего над телом своего друга Клеча после инициации.

– Он отправился убить прошлое, но прошлое убило его, – продолжил Жакен Торбул. – Отец разможил ему голову камнем, а тело порубили на куски и сбросили в море. Но мы не скорбим о мертвых.

– Они теперь в свите Владыки, – кивнул Эйден. – А Костис и Микел?

– Никто из них не совершил ошибок, – ядовито ответил мессир. –