Пульт времени. "Волшебный" отпуск 2 - Владимир Алексеевич Абрамов

ужине они попытаются убить Исиду, отравив вино, — продолжил Алексей. — Если, конечно, этот ужин состоится.

— Я прикажу их схватить, — хан с опаской покосился на Воронцова.

— Не нужно, — Воронцов медленно покачал головой из стороны в сторону. — Устрой праздничный ужин, как бы ты сделал при встрече с любимой дочерью и после того, как… — он на мгновение многозначительно замолк, одарив взбледнувшего хана выразительным взглядом. — Я сделаю так, что они сами умрут от своего яда… Исида, где Альси?

— Я не знаю, — пожала она плечами. — Дядя приказал отвести её в покои.

— Ладно, — Алексей нахмурился. — Вечером увидимся на праздничном ужине. Хан, пригласи всех самых важных и влиятельных ширтов в городе… из оставшихся. Про меня ни слова. И не своди с дочери глаз.

— Отец, ты какой-то странный сегодня. Ничего не случилось? — Исида с удивлением наблюдала за тем, как отец всё время косится на Воронцова, словно на прокажённого.

— В общем-то ничего особенного, хатан… — задумчиво протянул хан.

В этот момент Шарир в окружении слуг и охраны появился на ступенях дворца.

— Джазир, не подавай виду, что ты что-то знаешь! — Алексей создал портал и шагнул в него.

В следующее мгновение портал появился в комнате номарха болотных земель. Фарнах испуганно дёрнулся, вскочив с ложи правителя. Его когтистые ладони судорожно вцепились в бархатную обивку, а чешуйчатая кожа покрылась липким потом.

— Номарх⁈ — вытянув от ужаса морду, прошипел управляющий. Его голос сорвался на визг.

— Да, Фарнах. Это я, — Воронцов стоял неподвижно, словно тень, материализовавшаяся из самого кошмара ширта.

— Я не думал… что ты вернёшься… — управляющий озирался, будто искал выход, но тяжёлые шторы на окнах и массивная дверь за спиной номарха не оставляли шанса на бегство.

— Как видишь, я вернулся, — Алексей шагнул вперёд, и пол под его ногами затрещал. — Где Ркант? — его голос прозвучал сухо, словно скрип ножа по камню. Взгляд землянина буравил бегающие глаза Фарнаха.

— Она… э-эм… переехала.

— Куда⁈ — это было сказано настолько неестественно спокойным тоном, что Фарнаху захотелось оказаться как можно дальше от этого места, желательно на другой планете.

— На северо-восток… — проблеял управляющий. — Я не виноват! Она всех достала. Бунтовала, вносила разлад! Убить её рука не поднялась… и я отправил её в поля…

Алексей медленно кивнул. Воздух в комнате стал густым, как смола.

— Жаль. Ты казался мне смышлёным ублюдком, которому можно доверять.

Он поднял руку в направлении бледного рептилоида. Пальцы сжались в хватательном жесте. Тело ширта дёрнулось, будто на невидимом крюке. Хриплый стон вырвался из его глотки, когда он завис в воздухе, дрыгая ногами. Со стороны казалось, будто невидимая рука схватила его за горло и подвесила в воздухе. Хвост бился о каменный постамент ложи.

— Нет… м-мой… номарх… — шипение оборвалось после хруста ломающихся шейных позвонков.

Голова Фарнаха неестественно вывернулась назад, тело рухнуло на пол, сотрясая полки с древними свитками.

— Сволочь… — Алексей со злости пнул труп.

Он взмахнул рукой, и дверь в мастерскую распахнулась с таким грохотом, что с потолка посыпалась штукатурка. Пройдя через лабиринт полок с сушёными травами, зловещими пробирками и колбами, где булькали непонятные субстанции, он вышел в коридор. Воздух здесь пах плесенью и дымом.

Двое охранников удивленно воскликнули, когда из покоев вышел не Фарнах, а гилзале в чёрном плаще на голое тело. От него веяло арктической стужей. Стражники выхватили мечи, и лезвие клинков звеняще блеснули в тусклом свете факелов.

— Стоять, раб! — рявкнул старший, прижимая оружие к груди человека. — Как ты сюда проник⁈

Алексей медленно поднял голову, капюшон скользнул вниз, открывая лицо, искаженное язвительной усмешкой.

— Не узнали своего номарха, крокодилы зелёные? — процедил он сквозь зубы и щелкнул пальцами.

Мечи с грохотом рухнули на каменный пол, а сами ширты исчезли — не с криком, а с тихим хлопком, словно лопнувшие мыльные пузыри.

На лестнице были слышны топот и ругань стражников, которые бежали на шум. А из соседней двери, ведущей в покои управляющего, вывалился генерал Эрлл. Его глаза расширились, когда он узрел Алексея.

— Номарх⁈

— Собственной персоной! — Воронцов театрально поклонился, разведя руками, будто представлялся на придворном балу.

Взмахом руки он создал непроницаемую стену в коридоре, отрезав себя и генерала от остального мира. Подоспевшие солдаты попытались её пробить, но мечи и копья в ней вязли и застревали намертво.

Эрлл отступил, наткнувшись на стену.

— Я думал… жрецы Фарона тебя убили!

— Если бы вы тогда не сбежали, как крысы, — Алексей шагнул вперёд, и генерал съёжился, — то точно бы не сомневались в моей смерти, тварь трусливая!

— Они всесильны! — Эрлл поднял дрожащие ладони, будто защищаясь. — Мы не могли им противостоять! Воины погибли бы зря…

— Что-то я не заметил их «всесильности», — перебил Алексей, проведя пальцем по горлу в медленном жесте. — Когда я резал их глотки, они визжали как поросята.

Генерал затрясся, но Воронцов продолжил, впиваясь в него злым взглядом:

— За предательство я казню каждого третьего из твоих воинов. И тебя — в первую очередь. Но сначала ответь: где Ркант?

— На северо-востоке… в землях Олд! — выпалил Эрлл, срываясь на визг.

— Отлично. Покажешь дорогу. И тогда, быть может, я не стану казнить всю твою родню… всю!

— Туда пять дней пути, номарх, — Эрлл был бледным от осознания перспектив. Услышав про родню, он осознал, что его гибель не самое страшное. Возможно, это даже лучше, чем если по его вине погибнут так много ширтов и их род прервётся.

— Нет, — Алексей усмехнулся, создавая в воздухе мерцающий портал. — Обернёмся куда быстрее. Сегодня вечером у хана Джазира праздничный ужин в честь гибели Фарона и прочей швали. Опаздывать не хочу.

— Фарон… мёртв? — Эрлл схватился за дверной косяк, его когти процарапали дерево.

— И не только он. Жрецы, номархи — все мертвы. Столица теперь моя, а Астрис… — он щёлкнул пальцами, — почти истратил всю свою мощь…

— Этого не может быть…

— Может, — Алексей схватил генерала за шиворот и швырнул в появившийся портал. — Потому что я его выпил досуха, словно праздничный коктейль. Теперь Астрис — это я! Просто в вашу глухомань новости ползут, словно улитки, накарябанные на раковине. В столице-то