Al1618 - Чужой среди своих. Чужой среди своих

Впрочем темнота и покой внутри были относительными — через место, где была башня, внутрь падал столб света, а все присутствующие нагло тормошили капитана, кривляясь и крича ему что-то важное, но доходившее будто через толстый слой воды. А ему хотелось одного — свернуться где-нибудь на полу, и чтобы никто его не трогал, но все лежачие места были заняты ранеными…

Потом в руку сунули фляжку, которую он машинально выхлебал, поперхнувшись только на последнем глотке — в желудке и голове рванули две сверхновых, а из глаз брызнули слезы, но пузырь, в котором он до этого пребывал, лопнул и разом навалились все утерянные чувства. Ныл раздолбанный в хлам двигатель, зад неимоверно трясли погнуты оси, в дыру в потолке задувал свежий ветерок приносящий вонь горелых покрышек, а уши терзал рев личного сотава:

— Силен капитан!! — орал ему прямо в ухо сержант, от избытка чувств молотя левой рукой по плечу, вторая весела у него на перевязи, — Стакана полтора спиртяги выхлебал как воду — мелкими глоточками!!! А мы уж думали что хана тебе — ушел в себя и не вернулся! Да и видок у тебя, аж этих перекосило…

Тут сержант понял, что ляпнул лишнее и отвел глаза.

— А что то там с видом? — тут в поле зрения появился другой боец с аптечкой и сунул под язык какую-то таблетку. У Василия были сильные сомнения что лекарство стоит совмещать со спиртом, но он решил его не озвучивать, просто по той простой причине что следом боец вытащил из аптечки маленькое зеркало.

В нем отразилась вполне знакомая физиономия, вот только волосы, которые и раньше небыли избавлены от седины теперь радикально изменили свой цвет — на снежно-белый. И скрыть этого не мог густо лежащий поверх слой грязи.

А загадку, почему их просто отпустили, Савельев разгадал буквально спустя час. Как только немного улеглись треволнения, и стало возможным чуть-чуть спокойно подумать.

Все дело в том, что война это не только тупое уничтожение противника. Основные бои невидимы и ведутся скорее за души, чем за тела. Лишних десять трупов на фоне уже произошедшего, погоды не делали совершенно, а вот десять человек, вернувшихся назад почти из двух сотен, да еще не просто вырвавшиеся, а отпущенные…

В общем, такой маневр противника нес посыл пожалуй более разрушительный, чем простое поражение.

В принципе, в своих рассуждениях капитан был не так уж и далеко от истины. Не так далеко от него смешной пузатый человечек в этот момент развернул портативную антенну и через спутник сбросил на один из замаскированных командных пунктов директиву. Это было совсем не боевое распоряжение, а просто команда — разослать на всех обонентов очередной звуковой файл. В рамках ведения идеологической воны и поддержания боевого духа — на Прерии наступала вторая ночь войны, и надо было поддержать решимость колеблющихся.

Отметив получение собственноручно посланного фала, человечек открыл его и вслушался в звучащие в наушника строки песни:

Вечерний свет в горах погас,в ущелье сыро и темно,вода во флягах, как вино…Война не понимает нас.

Пусть оставались мы не разв ущельях с ней наедине,но ни на склонах, ни на дневойна не понимала нас.

На гребни высланы посты,их поменяют через час.Война глядит из темноты,она не понимает нас.

А мы опять не жжем костры,а мы уже не тушим глаз.Война не понимает нам,иначе б вышла из игры.

Вечерний свет в горах погас,в ущелье сыро и темно,вода во флягах, как вино…Война не понимает нас.

Человек встряхнулся, сбрасывая наваждение и, свернув антенну, начал анализировать полученную попутно оперативную сводку — у него было еще много работы. Прошел только первый день, и чудовищная машина войны еще бодро катила вперед, перемалывая тела и выжигая души.

_________

Ну что ж пора, товарищ капитан…

— Похоже, барышни, пулемета нам не дадут, — хохотнула молодуха «лет за двадцать пять». Вся такая ладненькая, а веснушками, щедро усыпавшими не только простоватое лицо, но и торчащие из закатанных рукавов камуфляжа руки, казалось, можно пускать солнечные зайчики.

Ее первый номер, чернявка, приблизительно того же неопределенного возраста, ограничилась только неопределенным: «угу», и подобралась, потому как из люка схрона выглянула седая голова. Новый персонаж не спеша и с удовольствием оглядел две крепко сбитые фигуры, особое внимание уделив брюнетке и, довольно хмыкнул, кивнув своим мыслям. Несмотря на небольшой рост — своей напарнице та доставала едва до плеча — впечатления малахольной она не производила. Широкие бедра, крепкие икры и руки, да и на плечах явно не вата подложена, не говоря уже о груди… Поймав себя на посторонних мыслях и рефлекторно пригладив усы, мужчина подмигнул и ответил:

— Отчего ж не дать, девоньки? Хорошим людям г-на не жалко! — и хекнув, выметнул из люка на заботливо подстеленный брезент искомый предмет.

— …ц! — совсем не по-женски выразила свое отношение к увиденному веснушчатая.

— Да уж… «печенег-два»… пуда счастья. — Более взвешено отозвалась брюнетка, подхватывая длинное тело за ручку.

— Дед Силевестр, а у тебя там часом «Максим» не завалялся? — не сдержалась от пускания новых зайчиков веснушчатая. — Вместе с тачанкой! Нам такой, еще с брезентовыми лентами, пожалуйста!

— Цыц, Клуша! — махнула на нее свободной рукой первый номер. — У него там и «Гатлинг» вполне «заваляться» мог. На… хрен нам такое счастье, аж о восьми стволах? И ручку крутить замаешься, и патроны эти, на дымном порохе… потом целое состояние на шампунь, чтобы голову вымыть, уйдет!

И захихикав, новообразованный расчет, подхватил боекомплект и рванул подальше, пока им точно не всучили чего-нибудь из запрошенного.

— Деда, а пушки у тебя там нет? Такой чтоб раз бахнул и больше воевать ни с кем уже больше не надо.

— Отчего ж не поискать, внученька? — ответствовал, пригладив усы и подпустив в глаза смешинки мужчина.

— Ох ты… язык мой — враг мой! — схватилась за голову стройная девушка лет двадцати двух на глаз, от чего «дед» опять пригладил усы, покраснел ушами и спешно нырнул обратно в свое подземное царство.

— Что там, Машенька — «Пламя»? — нахмурившись, поинтересовалась «начальственным» голосом женщина «около сорока» с «мужскими» горизонтальными морщинами на высоком лбу.

— Нет, Марь Иванна. «Шайтан труба», три штуки.

— Бери одну, раз заказывала, — ответила начальница, пряча улыбку во вдруг собравшихся у глаз морщинках, — а остальные…

Но тут небольшая стайка женщин, собравшаяся вокруг начальства, пришла в движение и, мигом смахнув оставшееся, устроили веселую очередь, перебрасываясь шуточками и сверкая улыбками. Кто-то ехидно поинтересовался: «А Зайнаб нашей «Выхлоп» выдадут, или сразу ПТРС-41?». Все оживились, представив себе хрупкого снайпера в обнимку со здоровенной дурой, в двадцать два кило весом, которую и два мужика таскали с трудом.

Последней на выдачу, как и положено, подошла командир группы. Не спеша сверила серийные номера и проверила целостность пломб на транспортном пенале, расписалась в журнале выдачи, прилепив в графу расхода небольшую голограмму. И также обыденно вскрыв пенал, вытащила наружу небольшой тубус мало отличимый на глаз от «шайтан-трубы», проверила работоспособность. Забросив снятые пломбы назад в упаковку, запечатала ее собственными пломбами и спокойно закинула все на ремне за спину. Пустой транспортный контейнер вернулся на место прежнего хранения, а у Сильвестра от всей этой обыденности сжало никак ранее не напоминавшее о своем существовании сердце.

Пытаясь восстановить душевное равновесие, он обежал взглядом полупустые полки своей «сокровищницы» и, не найдя утешения, с тяжелым вздохом полез наружу. Там было на что полюбоваться.

Почти десяток разновозрастных девушек и женщин с весельем и шуточками в быстром темпе приводили в порядок гору смертоубийственного железа. Со стороны казалось, что идет подготовка к какому-то массовому и радостному мероприятию — свадьбе там, или крестинам. Знакомая ситуация — женские руки сами выполняют привычную работу, оставляя головы совершенно свободными, а уж языки и вовсе умудряются поддерживать два-три разговора параллельно и совершенно самостоятельно. Прям, аж знакомое чувство неловкости посетило — будто бабы там капусту на закваску секут, а его инструмент поправить позвали.

Правда тут он и для этого не надобен — с техникой девчата разобрались быстро, хоть и непривычна она им, а на сложные ситуации у них и свои спецы есть, куда там ему. Это, да еще тяжелый запах старой смазки и металла — вместо капустного, вернули понимание происходящего. Впрочем, застывший столбом «зритель» от внимания не ускользнул.