Магия крови - Ник Перумов

внезапно кончилось, свет погас, и бывший господин второй некромастер пребольно треснулся ребрами обо что-то жесткое, а тут еще и тяжелый Черныш, упавший сверху, добавил.

– О-ох… – Парень сел, потирая левый бок. Боль постепенно отпускала, и Рико сумел оглядеться.

Портал выбросил их на склоне безлесного холма, явно где-то на Юге – воздух был сух, горяч, пах пылью, смолистыми травами и слегка нечистотами. Рико, морщась, принялся стягивать куртку и шерстяную рубаху.

Вокруг лежали такие же голые пологие холмы, частью склоны их были распаханы и засеяны чем-то вроде пшеницы, частью – покрыты ровными рядами виноградников; в ложбинах меж ними курчавились сады, текли сквозь них светлыми ручейками дороги, белели сельские домики.

Холмы сбегали к водной глади, ослепительно серебрившейся под южным солнцем, не то к морю, не то к большому озеру, скорее к озеру: ветер не пах йодом, а на просторных берегах раскинулся огромный город, каких Рико никогда не видал. Охристые крепостные стены, словно натянутые меж сторожевых башен, теснота улочек, густая зелень деревьев, тонкие башенки дворцов и храмов, голубые, белые и золотистые, какие-то округлые светлые купола и заплаты площадей и рынков – вот все, что Рико мог разглядеть издалека; дороги сбегались к городским воротам, перед распахнутыми створками кипели толпы – люди, повозки, стада, всадники… Смутный гомон долетал даже досюда.

Неужто это сама Сетджурна, гордая столица империи Шепсут?.. Город, о котором в Корвусе ходили слухи один другого причудливее, – из подданных цезаря мало кто видел Сетджурну сам, империи соперничали чуть ли не со дней своего зарождения, и вражда меж народами не утихала.

– Вот это да… – Рико аж замер, жадно разглядывая желтые стены и ползущие по дорогам арбы, запряженные медленными волами.

Но удивительнее чужой столицы было другое: большой воинский лагерь, раскинувшийся под ее стенами, а за ним – темная пирамида со срезанной вершиной, выше городских стен, выше самых высоких крыш, и тянуло от этой пирамиды какой-то мутной, неприятной, но словно бы знакомой силой. То ли некромагия, то ли магия крови, поди разбери… Но похоже, что попали они именно туда, куда и хотели. Кто еще, кроме Госпожи, мог устроить подобное?

– Значит, нам туда, Черныш, – вздохнул Рико и кое-как, со стоном, встал.

Интересно, куда же закинуло его спутников? Он очень надеялся, что недалеко и вскоре они найдутся, – он ведь обещал довести их до Северной Ведьмы, да еще и разузнать обо всем здесь творящемся для Учителя. То есть господина Двейна…

День явственно клонился к вечеру, однако Рико надеялся добраться до города засветло – не так уж казалось далеко. Однако он не рассчитал, что пробираться придется окольными тропками и безлюдными окраинами селений: его явно иноземный вид привлекал внимание, крестьяне, заметив Рико, бросали работу и глазели на его белую кожу и чересчур теплую одежду, возницы что-то кричали с повозок, потрясая кнутами. Потому сумерки застали их с Чернышом едва ли на полпути к Сетджурне.

– Уф-ф, Черныш, отдохнем… – Рико отошел на несколько шагов от обочины сельской дороги, опустился на сухую землю. Огляделся: место удобное, возвышенное, дорога просматривается далеко, и он успеет скрыться в густых зарослях (правда, колючих и затянутых паутиной), если кто-нибудь появится. Может, тут и заночевать? Конечно, под покровом тьмы он дойдет быстрее, но что дальше делать… Этого господин второй некромастер пока не придумал. Ни Витар, ни Далия так и не объявились. Темнело здесь быстро, куда быстрей, чем на севере, и вскоре окрестности погрузились во мрак, разбавленный только светом восходящей Старшей луны. Огня Рико разводить не стал, вынул фляжку с водой, хлебнул сам, дал напиться из ладони Чернышу. Где его спутники, живы ли? И как вернуться обратно? Эх, господин Кор Двейн, опять задал задачу! Как же там некромастера-то одни, в Твердыне, с этими полубезумными магами?..

Вдруг Черныш глухо зарычал, глядя куда-то в сторону дороги.

Вскоре и Рико различил неторопливый перестук копыт, а потом и силуэт, ясно обрисованный лунным светом, – к ним приближался всадник. Рико дернулся вскочить и бежать, но с изумлением понял, что не может шевельнуть ни рукой, ни ногой, только разболелась шея – там, где его когда-то приложил посох Повелителя. Заклятие было наброшено так искусно, что он и не почувствовал… Да что он – и Черныш не почуял, не предупредил! А может, и предупредил, да было поздно… Рико ощутил, как колотится сердце, а по вискам стекает, несмотря на жаркую ночь, ледяной пот.

Всадник меж тем приближался – да не всадник, всадница! Холеный вороной конь, трепещущее черное платье, уместное на великосветском приеме в Константии, а не в этой знойной стране. Волосы уложены в замысловатую прическу, и по ней – Рико вытаращил глаза – пробегают лилово-белые искры, точно диковинные светящиеся ленточки.

Где-то он уже ее видел, точно видел… это черное платье, волосы в лиловых искрах… И тут он вспомнил, и от воспоминания его словно пронзила раскаленная игла. Это же Стихии! Гости Госпожи Севера! Великие, но сумасбродные чародеи, для которых жизнь смертных что пыль! Те самые, что забавы ради разоряли кладовые, зверинцы и клетки Твердыни, а то и холодные склады некромастерских. Те самые, которым велено было только кланяться и не чинить никаких препятствий – да и то, пожалуй, таким починишь…

Что они здесь делают? Что она, Молния, здесь делает? В Шепсуте – понятно, за Госпожой увязались, но здесь, на глухой дороге, разбрасывая заклятия… Она что, на Рико охотилась? Но зачем, что он им сделал?!

Молния поравнялась с Рико и натянула поводья. Черныш, ворча, попятился, но не убежал – то ли тоже попал под чары, то ли не захотел оставлять хозяина. А Рико и рта раскрыть не мог, чтобы крикнуть другу: «Беги, спасайся!», – горло перехватило точно удавкой.

Молния легко спрыгнула с седла, и вороной жеребец исчез, словно не бывало; чародейка танцующей походкой приблизилась к застывшим путникам. Шея у Рико отзывалась болью на каждый ее шаг. В свете луны смуглое лицо чародейки казалось бледным и нечеловечески правильным; Рико вдруг объял ужас, словно ему встретилась ожившая статуя, бродящая ночью по улицам в поисках жертвы, как сказывали когда-то в Константии досужие болтуны.

– А я-то думаю, – мелодично протянула красавица, – кто это у нас тут порталы открывает, что за гости пожаловали… А гости-то жданные, хоть и незваные! Ай да Дракон, сам пришел! Ну, теперь держись… – И она залилась искренним и оттого донельзя жутким смехом.

Рико сидел ни жив ни мертв, в шею точно кинжал вонзили, однако Молния на него и не глядела – только на Черныша, в ее глазах, лишенных зрачков, бушевала грозовая ночь. Она