Князь Гиперборейский - Валерий Михайлович Гуминский

— Извини, если я испортил ее тебе, — без тени раскаяния откликнулся Константин Михайлович, скользнув взглядом по руке, лежащей на ладони. — Какой уже срок?

Тамара слегка покраснела. Она хотела сказать о радостной новости не только отцу, но не ожидала, что мама до сих пор задерживается в гостях. Мысленно обозвала себя глупой гусыней, что не позвонила ей предварительно. Пришлось ответить:

— Шесть месяцев. Мальчик.

— Не жалеешь, что не двойня? — решил пошутить отец.

— То был дар Богов, — отрезала Тамара. — И этого достаточно. Теперь только так, медленно и уверенно восполняем потери Рода Назаровых. Так что поводов для радости будет достаточно.

Меньшиков встал, обошел стол, и подойдя к дочери, обнял ее за плечи. Нагнулся, поцеловал в макушку.

— Поздравляю. Знаешь, я очень рад. Матери не говорила еще?

— Хотела, но как видишь, придется отложить. Не хочу по телефону.

— Необычно, что ты не сказала ей раньше. Даже странно, что такой срок — а мать не знает.

— Некоторые обстоятельства появились, вот я и не спешила, — увернулась Тамара. Не говорить же, что после прогулки внутри Источника она с напряжением ждала каких-нибудь осложнений. Никита мог говорить что угодно и успокаивать ее, но тревога не покидала сердце еще несколько месяцев. И лишь когда Ольга уверила Тамару, что ребенок в полном порядке, расслабилась.

— Твое право, — легонько сжав плечи Тамары, Великий князь вернулся в кресло. — На следующей неделе мама с Сашкой вернутся домой. Думаю, необходимость прятаться в резиденции императора к тому времени отпадет. Приедете в гости?

— Если Никиту отпустите, — уколола Тамара отца.

— Обещаю, долго ему в Новохолмогорске не дадут оставаться, — усмехнулся Меньшиков. — Ты уже уходишь?

— Да, папа. Я и так еле-еле уговорила Шубина отпустить меня съездить к родителям. Целую группу сопровождения дал помимо Нагайца. Фадеев тоже машину выделил.

— Странно, что охрана не предупредила.

— Я попросила, хотела сюрприз сделать, — Тамара остановилась возле двери и обняла отца, пошедшего проводить ее. — Будьте осторожнее. Еще ведь ничего не кончилось.

«Еще бы узнать, какие планы у Мишки, братца моего, в голове бродят, — подумал про себя Константин Михайлович. — Если он хотел привлечь Ордо Маллеус к ликвидации Александра, его семьи и нас в том числе, то не затаилась ли в Петербурге еще одна группа?»

— Конечно, дорогая, — улыбнулся Меньшиков, поддерживая дочь за руку. Проводив ее до парадной, дождался, когда она приведет себя в порядок перед зеркалом, поцеловал на прощание и вернулся в кабинет.

Не удержавшись, вытащил из шкафа бутылку «шустовки», плеснул в стакан чуть ли не на половину и залпом выпил. Выдохнул коньячные пары и задумался над одним вопросом: зачем Михаилу война с братьями? Он же понимал, что взойти на трон ему никогда не суждено, поэтому уже после рождения третьей дочери перестал собирать вокруг себя якобы «тайный кабинет». Да, была у него такая задумка, поиграться решил в политический истеблишмент. Вовремя одумался, сообразив, насколько глупо выглядит. Даже Константин с более лучших позиций вряд ли получит престол. Да ему и так хорошо в роли серого кардинала. Дальний Восток под его присмотром, довольно сильные позиции во втором эшелоне политической власти. Михаил тем более находился в самых лучших условиях. С него вообще никто ничего сложного не требовал. Сиди наместником на Украине и Молдавии в роли третейского судьи, радуйся жизни. Зачем усложнять-то?

— Дурак, — вздохнул Великий князь. — Торчать тебе в параллельной Яви до скончания веков, пока сам не одумаешься и не приползешь на коленях к Сашке.

Шереметевы

— Отец, у тебя такой вид, словно тебе неожиданно отписали несколько солидных банков с уставным капиталом в пятьсот миллионов, — с подозрением глядя на довольного отца, севшего в машину, сказал Велимир. Он закинул дорожную сумку назад и подвинулся, чтобы Главе рода было удобнее. Все-таки матерый мужчина, широкоплечий, и даже просторный салон внедорожника для него как тесная берлога.

— Самый лучший способ поднять настроение с утра — услышать хорошую новость, — благодушно ответил князь Шереметев, расстегивая пальто. — Вещи положили?

— Да, я проконтролировал, все взяли, — ответил Велимир. — Не поделишься хорошим настроением?

— Почему бы и нет, — рассмеялся Глава и хлопнул по плечу водителя. — Петя, поехали. Не будем время терять. Самолет уже подготовили к взлету, а мы до сих пор на месте топчемся…

Кавалькада из нескольких машин выскочила за ворота особняка и помчалась по дороге, изредка рявкая клаксонами, чтобы неторопливо едущие разноцветные автомобили и юркие фургончики освободили дорогу. Попробуй тут показать свое несогласие, когда такие бронированные монстры с жутким ревом наседают тебе на хвост, грозя помять бампер. Лучше сделать так, как они просят.

Велимир с интересом наблюдал за сим действием. Он редко ездил с отцом в одной машине, и теперь воочию видел, что клановые водители хоть и нахальничают, но правила стараются не нарушать. Родовой герб на двери дает, конечно, привилегии на дороге, но до определенного момента. Иначе полиция обидится, что ее ни в грош не ставят, и найдут причину, чтобы испортить жизнь князю. Как-никак, под государевой рукой служат.

— Так что случилось? — напомнил Велимир, увидев, что отец замолчал.

— В Новохолмогорске арестован Назаров, — усмехнулся старший Шереметев.

— Арестован? — не поверил княжич. — Да ну! За что? Какого черта он делал в Новохолмогорске? Продолжает под нас копать?

— Правильный вопрос, — кивнул Василий Юрьевич. — Меня это тоже заинтересовало. Особенно после того, как терминалы Бельских уже отписаны в качестве приданого Антонины. Сразу такая версия и возникла. Что-то вынюхивает мальчишка.

— Раз нет объяснений, нужно дать задание нашим людям, чтобы выяснили эту причину, — заметил Велимир. — А за что арестовали?

— У Назарова есть кровные враги из Инквизиции, — пояснил князь. — Ты уже знаешь, что было нападение на поместье барона в Вологде. Это и были боевики Инквизиции.

— Получается, байки про многовековое противостояние Ватикана и гиперборейцев — не сказка? — оживился Велимир.

— Получается, нет, — покивал Шереметев. — Нападение отбили, злодеев покрошили в капусту, почти никого в живых не оставили. Вот я и думаю, а вдруг остатки Ордена оказались в Новохолмогорске, и Никита сумел настигнуть их там. Видать, была серьезная стычка, после которой губернская ИСБ взяла его за жабры и сопроводила в темницу, где он сейчас и находится.