Шапка Мономаха - Алексис Опсокополос

— Мила на тебя её надела, — поправила меня бабушка. — Пока ты был вчера у Романова, я с ней поговорила, она мне рассказала подробно, что и как у вас там произошло.

— Ну, хорошо, Мила надела, — согласился я. — Но какая разница?

— Большая, — сказала бабушка, усмехнувшись. — Очень большая. Она тебя короновала.

— Короновала?! — я просто не поверил своим ушам.

— А чему ты удивляешься? Она надела на тебя Великий артефакт, которым несколько столетий короновали русских и российских государей, встала перед тобой на колени и попросила защиты. А ты пообещал её защитить. По сути, это почти полноценный ритуал коронации на царство.

— Неужели это так просто? — удивился я.

— Ну, не совсем просто — есть ряд условий, но всё сошлось: у тебя уже достаточный магический уровень, к тому же ты был на пике магической активности в тот момент. И Мила одарённая. И вокруг враги и исходящая от них опасность. Вот артефакт и проснулся. И помог тебе. И что главное — он признал тебя своим владельцем. Хотя это меня удивило. Всё же твоего уровня недостаточно для такого мощного артефакта. Но, видимо, я чего-то не знаю о нём.

— Да уж, — только и смог я вымолвить.

Бабушка рассмеялась. А вот мне было не до смеха.

— Это что же получается, раз Мила меня короновала, я теперь император? — спросил я, сам при этом не веря, что задаю такой вопрос.

— Ты губу-то закатай, мой дорогой, у нас монархия отменена уже более двухсот лет.

Бабушка снова рассмеялась, а затем вдруг стала очень серьёзной, склонила голову, искоса на меня посмотрела и спросила:

— А хотелось бы?

— Что именно? — уточнил я. — Стать императором?

— Да.

— Нет, не хотелось.

Бабушка посмотрела на меня с искренним удивлением и произнесла:

— Это тебя Дьяниш научил так хорошо ставить защиту, что даже я не распознаю обман?

— А я не обманываю, я действительно не хочу быть императором.

— А вот Романов хочет. Точнее, хотел.

— Почему хотел?

— Потому что теперь для него это слегка затруднительно.

— Но артефакт же у него.

— А что толку? Это теперь твой артефакт. Романова он не признает.

— И вообще ничего нельзя поделать?

— Пока ты жив — ничего.

От этих слов стало как-то не по себе. Сильно не по себе.

— А Вы ведь сразу догадались, что я активировал артефакт? — спросил я.

— Не догадалась, я увидела, — уточнила бабушка.

— Но почему Вы мне ничего не сказали? Почему отпустили к Романову, зная, что он сможет использовать шапку Мономаха, лишь убив меня?

— Потому что ты хотел ему её отдать. А я хотела, чтобы Романов видел искренность твоих намерений. И оценил их.

— Уж оценил, так оценил, — вздохнув, произнёс я, вспомнил ещё раз разговор с кесарем и спросил: — А если бы он меня убил?

— Не убил бы, — отрезала бабушка.

— Вы так уверенно об этом говорите.

— Потому что я в этом уверена.

— А если Вы ошибаетесь?

Бабушка покачала головой.

— Нет. Романов, возможно, не самый умный человек, раз послал тебя за Великим артефактом, но он точно не дурак.

— Не дурак, — согласился я. — Это и пугает. Шапка у него, и в любой момент, если со мной что-то случится, он сможет её активировать.

— Не бойся.

— Я не боюсь, но, согласитесь, неприятно осознавать такое.

— Соглашусь, — сказала бабушка. — Но Романов должен придумать что-то совсем уж оригинальное, чтобы на него не пали подозрения. Уж поверь, если с тобой что-то случится, я в первую очередь буду думать на Романова, и он это знает.

— Как-то это не очень успокаивает. Но, может, есть какой-то вариант, при котором шапка может «забыть» меня и признать Романова? Может, Александр Петрович что-то придумал. Иначе зачем он тогда к нам сегодня едет?

— Меня этот вопрос интересует не меньше твоего. Впрочем… — бабушка прервалась, взглянула на часы и добавила: — Через три часа узнаем.

Кесарь прибыл в башню ровно в три часа. Когда он вышел из портала, я сразу же обратил внимание на необычной формы чемоданчик в его руке. Что там было, я догадывался. Да что там догадывался — знал. Возможно, я был прав, и Александр Петрович, когда пришёл в себя от ярости, бросился искать варианты, так сказать, перепривязки артефакта к новому владельцу без вреда для старого. И найдя его, сразу отправился к нам. По крайней мере, мне очень хотелось, чтобы всё было именно так. Не то чтобы я сильно боялся Романова, но что скрывать, ситуация напрягала.

Мы с бабушкой в знак глубокого уважения встретили Александра Петровича в башне, после чего все вместе сразу же отправились в кабинет княгини Белозерской. Едва мы туда пришли, бабушка сказала:

— Признаюсь, Александр Петрович, для нас с Романом Ваш визит — неожиданность. Но мы всегда рады видеть Вас в нашем доме.

— Спасибо, что разрешили прибыть телепортом прямо к Вам в замок, Екатерина Александровна, — сказал Романов, усаживаясь в кресло. — Я не займу слишком много Вашего времени.

— Для Вас, Александр Петрович, время у меня есть всегда, — ответила бабушка, продолжая сыпать любезностями. — Сколько угодно.

— Приятно слышать, но всё же я не буду злоупотреблять Вашим гостеприимством и с Вашего разрешения сразу перейду к делу.

Бабушка кивнула, Романов вздохнул и начал говорить:

— Вы не хуже моего, Екатерина Александровна, знаете, какая сейчас сложная международная обстановка. Скоро будет война. Возможно, очень скоро. И это не домыслы, не предположения, это результат глубокого анализа сложившейся ситуации. Ещё десять лет назад Британской империи не было равных. И казалось, с каждым годом могущество англичан будет лишь укрепляться. Все так думали, и англичане тоже. Это спасало нас от войны — Британия ждала, когда она станет настолько могущественной, что сможет подмять под себя весь мир, не прилагая особых усилий. И главный враг Британии сейчас, как, впрочем, и сто, и пятьсот лет назад — Россия. Сильной России нет места в том мире, что пытается выстроить английская корона. И они это, к их чести, никогда не скрывали.

— Ну не больно-то много у них чести, — не выдержала бабушка и вставила едкое замечание.

— Как я уже сказал, англичане никуда не спешили, у них был план, и они ему следовали. С разной степенью успешности в разных частях света, но в целом всё шло по плану. Первая осечка у них случилась здесь, в Петербурге. Осечка большая, обидная. И это случилось в том числе и благодаря Вам, Екатерина Александровна, и благодаря Роману, за что я, как кесарь Российской Федерации всегда буду вам благодарен. Мы вместе отстояли