Вечность не предел - Кейси Эшли Доуз

попались мне, прайд, который как-то связан с тобой, и превращение Влада, связанное с самим Владом..

– Как раз-таки теперь это еще более логично.. – хмурится он – у каждого теперь есть своя нитка, которая связывает его с прошлой жизнью – увидев мой взгляд, неохотно поправляется – с событиями того прошлого. А это прошлое, в свою очередь, связывает нас. И в итоге, когда нитки, что связывают каждого из нас с прошлым, натянулись как струны – кто-то столкнул нас лбом к лбу в настоящем..

Я жду, что его теория дотянется до самого Марса, где в ход пойдут матрицы, НЛО и заговоры масонов, но Лео останавливается и трет переносицу:

– Нужно будет расспросить Генри, раз он что-то знает. Пусть расскажет.

И повисает молчание.

Однако, я все еще задумчиво стою, не зная что с этим со всем делать. Заметив мое замешательство, Лео покаянно говорит:

– Прости меня, Джен. Все это все равно никак не оправдывает, что я лгал тебе. И по сути да, поступил ничем не лучше Влада. Но мне было запрещено тебе рассказывать.. да и будем откровенными, останавливало даже не это.

– А что?

– Я.. я просто не знал, как тебе такое рассказать, не показавшись психом, особенно после той ночи. Боялся, что и от меня дашь деру с криками – а кто тогда будет рядом, чтобы защитить? Угроза-то никуда не девается. Не мог подвергать тебя такой опасности, но согласен, это лишь моя проблема. Надо было что-то придумать.

– У тебя всегда все упирается в то, что ты не мог рассказать, потому что боялся, что я дам деру и ты провалишь свою миссию – фыркаю я – знаешь, звучит не очень-то убедительно для оправдания того..

– Я говорил о миссии? – уточняет он – я сказал «кто будет рядом, чтобы защитить?».

– Да, потому что угроза не ушла, а твоя миссия в том, чтобы защитить меня и выследить ту сущность.

– Джен, я беспокоюсь о твоей сохранности не только по долгу миссии. Да, изначально было только так. Но сейчас..

Он мнется, явно пытаясь подобрать слова, после чего, потерпев неудачу, лишь как-то разводит руками и невнятно заявляет:

– Скажем так, дело приобрело личный характер.

– И что это значит?

– Это значит.. что твоя сохранность осталась бы у меня в приоритете, даже если бы с меня сняли поручение. Я бы продолжил тебя оберегать. Ты назвала это слежкой в самом начале, но это неверное определение. Да, я стараюсь быть по возможности рядом с тобой – но не для того, чтобы следить и кому-то о чем-то докладывать, а для того, чтобы оказаться рядом, когда потребуюсь.

– Как с самолетом, например – киваю я.

Но чуть улыбаюсь, давая понять, что лишь задираю его. Увидев это, он устало усмехается и кивает:

– Да, как с самолетом. Чтобы быть рядом, когда потребуюсь. Вам ведь нужна была помощь, когда вас «похищали» – формально, первые полминуты, я был достаточно рядом в пересчете высоты на длину.

Теперь мы уже оба смеемся.

Однако, некоторое напряжение остается. После всего услышанного, даже после объяснений, оно не может уйти, как по щелчку. Лео лишь как-то грустно вздыхает и говорит:

– Я просто хочу, чтобы ты знала – что ты можешь мне доверять. И положиться на меня. Мне жаль, что я скрывал то, что скрывал – с учетом еще того, что ты-то была со мной предельно откровенна, рассказывая даже о картинах, и это хуже всего. Но все это время я ни коем разом не пытался тебе навредить, доносить на тебя или что-то типо того, как ты решила. Я пытался лишь защищать. И обещаю, что с этого момента буду с тобой настолько же честен, как ты со мной. Если что-то узнаю – я скажу тебе. Никаких тайн. Никаких секретов. Даже во благо.

– Потому что во благо секретов не бывает – напоминаю я – по крайней мере, я в этом убеждена. А еще убеждена в том, что для блага большинство секретов лучше не раскрывать, но это противоречие во мне, кажется, умрет только вместе со мной.

– Желание раскрыть правду, при этом не отягощаясь знаниями – добродушно улыбается Лео – знаешь, склеротикам посильно осуществить твою мечту. Узнал, через минуту забыл, что именно узнал.

– Но забыл ведь и сам тот факт, что узнал.

– А, ну да – соглашается он.

И мы вновь смеемся – уже от абсурдности того, что так вдумчиво после таких серьезных вещей обсуждаем теперь подобную ахинею.

Кажется, понемногу с этим смехом из нас уходит и напряженность. Не вся, но большая ее часть.

– Ладно, идем – кивает он – а то Кэти сожрет меня живьем. Мы ведь так ничего и не рассказали о том, что делали до ночи в Черном Замке, а она сказала, не ляжет спать, пока не узнает. Да и Милли тоже.

– А про Румынию все рассказали?

Он усмехается:

– Все, исключая любые вмешательства сверхъестественной природы.

– Скучно, значит, получилось.

– О нет, Сандра весьма насыщенно обрисовала тот момент, когда вы с ней увидели нас с Неллой в том парке, и твои красноречивые изречения про «исчезание в толчке».

Мы вновь смеемся и теперь уже выходим, возвращаясь в гостиную. На удивление, за это время запал этих троих несколько не пропал и никто не клюет носом. Увидев меня, Милли удивленно вскидывает брови:

– Ты так не и переоделась! – после чего ехидная ухмылка и переглядывание с такой же загадочной Кэти – чем вы там тогда занимались все это время?

– Чем-то, что не требует снятия одежды – смеется Лео – раз не переоделись. Двигайся давай, сурок – и щипает за бок Кэти, отчего та начинает визжать и смеяться.

– Дожили! – возмущается она – этому балбесу уже ковра стало мало!

– Как ты общаешься со старшим братом! – театрально возмущается Лео, беря свой, уже остывший, «горячий» шоколад.

Я с сомнением беру свою полную кружку, протянутую мне Сандрой, и отпиваю. Впрочем, не все так ужасно. Даже остывший он вкусный. И маршмеллоу совсем не потонуло.

– А как так вообще вышло, что вы живете вместе сами? – уточняю я и обращаюсь к Кэти – или ты тут типо на каникулах у брата?

– Стал бы я терпеть ее ради каникул! – смеется Лео и вновь получает сестринский подзатыльник – так она хотя бы готовит!

Ничего не понимаю.

– А ваша мама? – взгляд на Кэти – что-то я..

– Мама так и не смогла полюбить Лэствилл – жмет плечами Кэти и удивленно наблюдает, как Милли встает и уходит