Князь Гиперборейский - Валерий Михайлович Гуминский

приказал остановить «Ладогу» и следить за манипуляциями сотрудников полиции, которые явно не были переодетыми сотрудниками ИСБ.

Вот показался темный «рено-соболь» с заляпанными застарелой грязью бортами. Его тоже остановили и потребовали документы на проверку. Судя по всему, в машине находилось несколько человек. Рука водителя протянула стопку паспортов.

Полицейский без спешки открыл один из них, просмотрел, отправил вниз, потом пришла очередь второго… и тут Олег оживился.

— Смотри! Кажется, это наши клиенты!

Действительно, проверяющий что-то сказал и направился к своему автомобилю, раскрашенному в бело-синие цвета и с маячком на крыше. Скрылся в салоне — и Никита почувствовал, как по телу пробежала знакомая дрожь, предвестник боя.

— Москит, как скажу «гони» — сразу дави на педаль и не бойся ничего, — предупредил Никита. — Идешь посередь дороги, чуть вихляй, словно пьяный.

— Понял, хозяин, — клацнул зубами водитель, вцепившись в жесткую оплетку руля.

— Все в «бризах»? — в последний раз поинтересовался Никита, не отрывая взгляда от «рено-соболя», куда подошел сотрудник полиции, «проверивший» документы. Вернув их водителю, козырнул, извинился за задержку и дал отмашку, чтобы проезжал.

— Да, — ответил за всех Полозов. — Лично проверял каждого.

— Гони! — приказал Никита, увидев, что и водитель «рено-соболя» начал ускоряться. Перед ним уже не было машин, поэтому дорога оказалась свободной, на что и был расчет.

Москит осклабился и надавил на педаль газа. «Ладога» удивленно взвизгнула, словно наездник ожег ее ударом кнута, и проскользнув колесами на небольшой наледи, понеслась вперед. Вылетев на прямую из-за поворота, она стала набирать скорость и тут же завихляла, словно старалась уйти в сторону, не столкнуться с несущимся навстречу «рено-соболю». Сидящий во второй машине водитель почувствовал неладное в приближающемся и грохочущим на всю лесопосадку куске железа, и начал забирать вправо, прижимаясь к обочине.

— Бей падлу! — возбужденно заорал Слон, упираясь руками в приборную доску.

— Сам знаю! — прошипел сквозь зубы Москит, и поравнявшись с «рено-соболем» резко вывернул руль влево.

Хорошо разогнавшаяся «Ладога» с хрустом въехала в «рено-соболь», сминая дверцу водителя и левое крыло, заодно выталкивая машину с инквизиторами с дороги в грязную кучу еще нерастаявшего снега. Жалобно проскрипев что-то на своем языке, автомобиль противника едва не перевернулся набок, но удержался и встал всеми четырьмя колесами, одно из которых оказалось неестественно вывернутым, на землю.

— Пошли! — Никита убрал защитную «сферу» из салона, распахнул дверь и вылетел наружу, разгоняя мышцы и реакции до нужного состояния. Где сидит Котез, он не сомневался. Явно на заднем сиденье. Через потрескавшееся стекло видно, что в машине трое. Водитель вяло шевелится, второй пытается распахнуть дверцу. Но к нему уже устремились Москит и Олег, выхватывая пистолеты из-под курток.

Хлопнули два выстрела. Водитель дернулся и застыл на месте, удивленно глядя на пробоины в лобовом стекле. Слон уверенно и метко положил две пули в голову противника, страхуя Никиту, держась чуть позади.

Задняя дверь со скрежетом вылетела из пазов. Худощавый мужчина, ничем не уступая в гибкости и ловкости, вырос перед Никитой уже с «береттой» в руке. Они оба узнали друг друга — и теперь единственной задачей оставалось уничтожение врага.

Скрипт «молот», развернувшийся в воздухе, со всего размаха врезал по Котезу, готовясь отправить того в длительный полет, но медальон с рунами погасил негативное воздействие магоформы. Покачнувшись, инквизитор чуть ли не в упор выпустил несколько пуль в Никиту. По одежде волхва пробежали бледно-серебристые всполохи, гася их энергию с помощью активировавшегося «бриза».

Котез никогда не интересовался жизнью тех, кого заказывала верхушка Инквизиции, их привычками, способностями. Иначе бы постарался разорвать дистанцию и выгадать время для защиты. Вместо этого он неуловимым движением кисти заставил вылететь из левого рукава тонкий клинок и тут же нанес встречный удар.

Небо и земля поменялись местами. Доменико не понял, какая сила оторвала его от поверхности, перевернула и шваркнула об замершую дорогу так, что в шее что-то хрустнуло. Руку пронзило болью, словно пальцы выдернули из суставов. Блеснув на солнце, стилет улетел в грязные сугробы.

Но комиссар Четвертой капитулы был готов к такому развитию ситуации. Еще в тот момент, когда он увидел странный блокпост, на котором вдруг учинили проверку документов. Разве не подозрительно? Поэтому Котез заранее расстегнул верхние пуговицы пальто, переместил медальон из-под рубашки поверх свитера. И теперь работающей рукой схватился за разогретый кругляш, бормоча нужные слова. Воздух вокруг опасно завибрировал, больно давя на барабанные перепонки и вызывая головную боль.

У Никиты не оставалось никакого выхода, чтобы предотвратить выплеск рунической магии, особо опасной для его парней. Рубящим жестким ударом он перебил гортань инквизитора. Котез дернулся и затих. Одновременно с этим волхв сорвал медальон с шеи и отбросил его в противоположную сторону.

Рисковать не стоило. Активированная в рунах магическая закладка могла рвануть в любой момент, пусть и не во всю силу, но обязательно что-то произошло бы. Выход энергии все равно произойдет, только подальше.

Бой с Котезом занял какие-то доли секунд, но за это время оставшийся в живых маг-инквизитор успел поставить защиту от огнестрельного оружия и ударить холодной плазмой по Москиту, зазевавшемуся с атакой. Матерый Полозов успел нырком на землю избегнуть летящей в него опасности в виде гудящего шара. Зато не повезло телохранителю, в которого он с гулким хлопком и врезался.

Москита отбросило на несколько метров, а маг уже готовил второй сюрприз для нападавших. Только в последний момент, когда в его руке заполыхал белым пламенем огненный меч, Никита накрыл его непроницаемым «куполом» и с помощью внедренных в него скриптов стал накачивать внутрь давление. Когда из ушей мага полилась кровь и выдавило глазные яблоки, он быстро снял «купол». Не хотелось, чтобы парни из ИСБ потом блевали, созерцая картину раздавленного тела. Инквизитор замертво упал на землю, еще дергаясь всеми конечностями.

К этому моменту к месту стычки подлетели три полицейских автомобиля и два черных внедорожника из другого ведомства.

— Господа, немедленно положите оружие на землю, а руки — на затылок! — приказал один из правоохранителей, когда группу Никиты окружили плотным кольцом. — Во избежание недоразумений будьте благоразумны!

Из внедорожника вышел сухопарый, по-спортивному подтянутый мужчина в светло-коричневом пальто. Седоватый, с жесткой щеткой усов, лет под пятьдесят, не меньше. Он махнул рукой, чтобы полиция особо не усердствовала, окинул взглядом непорядок на дороге, и усмехнулся чему-то своему.

Одновременно с ним из второго черного автомобиля показались еще двое в одинаковых однотонных пальто. Они встали рядом с усатым мужчиной, демонстративно раскрывая