Бастард - Евгений Владимирович Щепетнов

Лекарь выбросил из головы лишние мысли и приступил к работе. То, что касается этого странного паренька, он потом обдумает, а пока — девчонка.

Обследовав пациентку, лекарь пришел к выводу, что повреждения ее тела в общем-то не опасны для жизни. Ну да — внутренние кровотечения — ее явно жестоко насиловали. Да — сломаны три ребра, палец на правой руке, на левой груди глубокий порез, как если бы кто-то прочертил ножом, но смертельных повреждений не было, тех, что приведут к гибели в самые ближайшие часы. Она была без сознания — сотрясение мозга, ее неоднократно и сильно били по голове. Но опять же — череп не проломлен, и даже зубы все на месте. Кровоизлияние в левом глазу, нос видимо сломан, придется ставить на место, синяки и кровоподтеки по всему телу, спина исхлестана плетью, но…все не так плохо, как показалось с первого взгляда. Лекарь боялся, что если девушка умрет у него на столе, этот парнишка сделает с ним нечто очень плохое. Только обыватели думают, что лекарь-маг может вылечить все возможные болезни. Увы…не все. Если разрушен мозг — каким бы ты ни был могучим волшебником, такого человека не спасти никакими средствами. Если пациент истощен до состояния скелета — тоже не спасти, ведь выздоровление идет за счет организма самого пациента, и если неоткуда брать жизненную энергию, если нет жира и мяса, за счет которых собственно и закрываются раны — прогноз неутешительный. А еще — никто не знает почему, но душевные болезни маги лечить не умеют. Эти болезни в мозгу, а мозг лечению не поддается.

Но да ладно, пора работать. Ресурса девушки для лечения хватит. Она, конечно же, не толстушка, но и худышкой ее точно не назовешь. Крепкая, довольно-таки мускулистая — видно, что уделяла внимание форме своего тела. После лечения похудеет, но не сказать, чтобы так уж и сильно. Мозг лекарь ей не вылечит, но организм, подстегнутый посылом на восстановление, сделает это сам. А похудение ее даже украсит.

Лечение заняло около часа. Больше всего времени ушло на сращивание костей, так как кости растут медленнее всего. Остальное несложно, даже сломанный нос не доставил особых проблем — не только принял правильную форму, но и не будет искривления носовой перегородки. Да, девушки потеряла в объеме, но…ей это на пользу. Сухая, тоненькая…красивая. Лекарь даже невольно залюбовался — хороша, чертовка! Повезло парнишке, точно.

Херц запросил с парня пять золотых — несуразную сумму, тут хватило бы и золотого, ожидал, что парень станет торговаться, и сойдутся на двух золотых. Но…тот молча сунул руку в свой мешок, достал оттуда горсть монет, отсчитал пять штук и остальное бросил назад. Монеты глухо звякнули, и лекарь вдруг ощутил острую досаду — можно было и десять золотых потребовать, и похоже, что клиент на деньги бы не поскупился. Но теперь уже поздно — слово сказано!

Девушка так и не очнулась — лекарь объяснил, почему. Парень кивнул, и стал одевать свою подругу. А Херц вдруг отметил, что одежда слишком велика этой девчушке, и не потому, что та сильно похудела после лечения.

Девчонку отнесли в повозку, а парень собрал свои свертки и мешок, и снова сел на козлы пролетки, за все время, если не считать монолога с угрозами, не сказав лекарю и двух слов подряд. Даже спасибо не сказал — с некоторой обидой отметил лекарь.

Довольно-таки неуклюже повозка развернулась, сделав полукруг, и подстегиваемая своим возчиком, понеслась в сторону центра.

Лекарь вздохнул, утер мокрое от пота лицо и посмотрелна помощника, стоявшего рядом. Тот вопросительно глянул хозяину в глаза, и недоверчиво помотал головой:

— Хозяин, вы не сообщите в стражу?

— Упаси меня Создатель! — содрогнулся лекарь — Ты видел его глаза? Ах да…ты же в магическом зрении не можешь смотреть. В общем — уехал, и забыли. Не было его тут! Ты понял?

— Понял… — буркнул парень, и спохватившись, добавил — Хозяин!

И они пошли в лечебницу, пить травяной отвар. После такой перегрузки — оно в самый раз. Сегодня можно и вообще закрыть лечебницу — хорошо заработали.

Куда?! Куда ее везти?! В Академию? И как я объясню — где ее взял? Почему она в чужой одежде? Пока еду, надо придумать стройную версию — каким образом я отловил девушку, которую никто не мог найти, и почему она не в своей одежде. А также — почему лежит без сознания.

Ну что же…пока ехал, версию все-таки построил. И честно сказать, далось мне это непросто. Не потому, что разучился врать — я делаю это профессионально, на уровне лицедея театральной труппы. Просто…мне плохо. Очень плохо. И я не знаю, в чем дело. Хотя…вру. Знаю. Это все мои упражнения с расширением магических возможностей. Сколько раз подряд это происходило? Дважды меня профессура терзала, и не прошло недели — я сам себя накормил снадобьем. И вот теперь эта дрянь что-то со мной сделала. Я пытался сбросить лишнюю магическую силу — как следует обложил проклятьем придорожный столб — ни фига. Столб рассыпался в труху, а мне не полегчало. Температура жарит так, что щеки, губы, глаза горят, сжигает, будто я нахожусь возле открытого огня. Время от времени накатывает тошнота, и я с трудом удерживаюсь чтобы не выблевать содержимое желудка, в котором, собственно говоря, ничего с самого утра и нет. И есть не хочу. Руки трясутся, ноги дрожат — стоит только чуть-чуть расслабиться и забыться. И в сон кидает. Только вот чувствую — если усну, то…могу и не проснуться. Боюсь об этом думать, но похоже…хана мне.

Остановился напротив входа в Академию, опустил вожжи, и стал соображать, как же мне затащить Вергу в ее комнату. И чем больше думал, тем сильнее убеждался, что ни черта у меня не получится — ничего, кроме шума, скандала и разбирательства. А потому…уже плевать на то, как оно все получится. Что будет, то и будет.

Кряхтя, спускаюсь с козел на землю, ноги подгибаются, и я позорно шлепаюсь оземь, едва не угодив задницей прямо в лошадиный навоз. Лошадь косит глазом, хрипит, я держусь за вожжи, пытаясь использовать их для подъема. Коняга дергается, переступает на месте,