Битва драконов. Том 1 - Валерий Михайлович Гуминский

как Никита с хрустом вправил свой свернутый нос на место, а потом стал осторожно смывать грязь и кровь с лица. — Ты же мог его за пару минут прихлопнуть. К чему рыцарские игры? Тем более, Шереметев грязно сработал. Никакого договора о подобных техниках не было. Признаться, жутковато стало, когда река столбом поднялась.

— Интересно было, на что способны наставники боевых искусств Шереметевых, — Никита в очередной раз подставил ладони под струю воды из фляжки, которую держал Слон и с легким кряхтением растер шею, не обращая внимания на мокрую футболку. — У парня неплохой потенциал. Если его доведут до совершенства, то в последующих дуэлях ему не будет равных. Да еще этот странный амулет с большим запасом энергии. Пришлось задействовать более мощную технику для его пробития.

— А чем ты отбился? — полюбопытствовал Воронцов.

— Была одна заготовка, — усмехнулся Никита. — Я же знаю, какую Стихию пестуют Шереметевы. Вот и подготовился.

Он замолчал, увидев подходящего к ним Апраксина. Главное лицо Дуэльной Комиссии молча обозрел мокрого Никиту, покачал головой и бесстрастным голосом заявил:

— Господа, вынужден буду доложить о неприятном инциденте Его Императорскому Величеству. Произошел вопиющий случай, подвергший зрителей опасности. Я всецело на вашей стороне, господин Назаров, и прекрасно видел, кто нанес первый удар, не обговоренный перед дуэлью. И тем не менее, будьте готовы к ответу, Никита Анатольевич.

— Я готов ответить, Ваша Светлость, — покладисто кивнул Никита. — Где меня найти, вы знаете.

— Всего доброго, — Апраксин развернулся и неторопливо зашагал к своей машине, сопровождаемый молчаливыми личниками.

— Ольга звонила, — подошел Елагин. — Спрашивала, когда мы будем дома.

— Странно, обычно девушки волнуются, как прошел бой, и кто победил, — рассмеялся Воронцов.

— А она и так была уверена в победе Никиты, — пожал плечами Роман. — Только спросила еще, какова степень повреждений. Так что, Никита Анатольевич, готовься принять полноценный восстановительный комплекс. Иначе Ольга Викторовна не выпустит тебя из свои цепких и волшебных ручек.

* * *

Домой Юля возвращалась на машине Антонины, и почти всю дорогу была задумчивой. Подруга изредка посматривала на нее, но тоже ничего не говорила, но потом не выдержала:

— Интересно, о чем так долго разговаривал Апраксин с парнями? Сам факт его появления на мысли навевает.

— Тебя это интересует? — ахнула Юля. — Ты эту жуть, сотворенную Шереметевым, видела?

— Ну, такую же непонятную жуть и Назаров продемонстрировал, — хладнокровно парировала Антонина. — Да что здесь такого? Обычная драка мальчишек, только с помощью магических инструментов. Главное, никто не пострадал, кроме несчастных рыбок и лягушек. Весь берег усеян ими. А вот поведение Апраксина…

— Да что здесь необычного? — Юля с трудом вынырнула из размышлений, которые, отнюдь, не были радужными.

— Обычно на дуэли выезжают комиссары, — с видом знатока пояснила Антонина, — чиновники низшего разряда. Не припомню, чтобы сам председатель соизволит почтить своим внимание задир. Там было что-то серьезное. Может, условия изменились? Ладно, Юлька, не хмурься! Ты же теперь свободная. Назаров победил, а значит, Шереметевы и мой отец не имеют больше права распоряжаться твоей жизнью.

— Знаешь, я вообще не разглядела, что там произошло, — призналась Юля. — Сплошные выбросы энергии, какой-то дикий хаос. У меня по коже даже мурашки побежали. Бр-рр!

Она покрутила руками, показывая, где эти мурашки бегали. Тоня фыркнула от смеха, но призналась, что тоже испытала нечто подобное, и выдвинула свою версию:

— Мы же сидели далеко в сторонке ото всех, и щит закрыл нас только краями. Вот и зацепило. Апраксин пользовался своим «шильдом». Видела, как его прикрывали два шкафа? Они явно «ратники».

— Да мне без разницы, кто они такие, — вздохнула Юля. — Делать-то что?

— Живи пока у меня, — правая рука Тони легла на плечо подруги и легонько погладила его. — Я тебя не выгоняю. Правда, не стоит исключать мнение отца.

Антонина как в воду глядела. Как только «рено-соболь» подъехал к воротам дома, охранник подошел машине, наклонился к приспущенному стеклу и сказал негромко, как будто кто-то мог его услышать:

— Ваш отец здесь, Антонина Олеговна. Приехал полчаса назад, ожидает в доме.

— Да уже увидела, — досадливо произнесла девушка, разглядывая через насаждения кустарников черный солидный внедорожник, стоявший возле крыльца. — Явился, не запылился. Он один приехал, Тема?

Охранник, которого назвали Темой, только молча кивнул, и направился к сторожке, чтобы открыть ворота. Антонина загнала машину во двор, но не стала перегораживать дорогу, а остановилась возле цветочной клумбы.

— Кажется, проблема возникла куда быстрее, чем я думала, — закусила она губу.

Юля лишь вздохнула и настроилась на неприятный разговор с Бельским. Вернее, она даже не предполагала, что таковой состоится. Скорее всего, ее чемоданы уже собраны и стоят в прихожей.

Так и вышло, только за одним исключением. Никто не собирал ее чемоданы. Отец Антонины — худощавый мужчина невысокого роста с короткими жесткими волосами — сидел на диване, закинув ногу на ногу, и бездумно смотрел на желтое пятно заходящего солнца, хорошо видимое в широкое окно.

Девушки робко просочились в гостиную мимо неподвижно стоящих возле дверного проема сопровождающих и остановились.

— Привет, папа, — Антонина сразу растеряла свою независимость и нахальство.

Юля тоже поздоровалась, но сухо. Ей-то чего лебезить перед Бельским? Она не считала себя виноватой, и необоснованные придирки и обвинения ее только бесили и злили.

— Юлия Николаевна, я вынужден просить вас покинуть дом моей дочери и возвращаться в Устюг, — не вставая, произнес Бельский. Он даже не смотрел на девушку. — Мне непонятна и неприятна история, произошедшая с вами, милая барышня. Хочется верить, что вас втянули в какую-то интригу помимо вашей воли, но это не меняет сути дела. С этого момента я снимаю с семьи Васильевых вассальный долг. Отныне вы вольны выбирать, служить кому-то или оставаться в положении свободного рода.

Юля потрясенно смотрела на Бельского, не веря в происходящее. Ее семья получила вольность? Вот так неожиданно как подарок на Коловорот? Но разве такое возможно? И вдруг в голове как будто молния блеснула. Она поняла, зачем граф Апраксин взял на себя роль распорядителя и о чем долго разговаривал с дуэлянтами. Неужели Никита поставил дополнительные условия? Но тогда чем рисковал? С трудом уняв бешеное биение сердца, и не показывая свою