Гранд-адмирал. Том шестой. Часть 2 - Илья Сергеевич Модус

уничтоженной семь лет назад повстанцами стационарной установки суперлазера на Дубриллионе, — молодой человек облизнул пересохшие губы, стараясь смотреть прямо перед собой. — Пришлось работать на пределе того, что могут предложить схемы и технические возможности, частично восстанавливая потери в оборудовании и схемах путем инверсивного планирования и…

Стоящий рядом с ним синекожий мужчина в белоснежном кителе с ауродиумными контрпогонами с интересом посмотрел на замявшегося юношу, который никак не мог подобрать нужных слов.

— Обратного инжиниринга? — подсказал гранд-адмирал Траун.

— Да, сэр, да, — Александр закатил глаза к потолку, мысленно ругая себя на чем свет стоит.

Это ж надо так опозориться!

Да еще перед самим Трауном!

Нет, его волнение понятно — не каждый день к тебе в лабораторию приходит гранд-адмирал, который, вообще-то полгода назад как умер.

Судя по тому, что глава отдела передовых разработок лучевого оружия, капитан Никлара Варнилиан даже бровью не повела, когда Верховный Главнокомандующий заявился к ним, он точно знал, что Траун не призрак и не галлюцинация.

Мог бы, вообще-то и сказать!

Хотя нет, наверное, не мог…

Подобная информация наверняка является государственной тайной.

Неспроста же Траун прибыл в сопровождении целого флота, да еще с тремя звездными суперразрушителями типа «Палач».

Тонкий намек на то, что тайна гранд-адмирала охраняется тысячами тяжелых турболазеров.

— Итак, каков ваш вердикт, инженер Они? — голос Трауна можно было бы назвать даже отеческим.

Ну, с небольшой такой натяжкой, если с вами любезно разговаривает отец, рядом с которым скалится серокожий ногри, обвешанный ножами, за спиной стоит полковник Гродин Тиерс, о похождениях которого в системе Картакк известно чуть больше, чем о законах космической механики, но после штурма станций преступников с ним, как и с черной дырой, никто не жаждет пересечься курсами — банально чувство самосохранения играет тромбоном в том месте, на котором обычно сидят.

Инженер Александр Они.

Александр почесал затылок.

— Сэр… Я… Я не совсем инженер-оружейник…

— Это мне известно. Вы инженер-кораблестроитель, уроженец Кореллии, проработавший на верфях «Кореллианской Машиностроительной Компании» два месяца из положенных пяти лет обязательного контракта по целевому направлению вашего обучения, — блеснул осведомленностью гранд-адмирал. — Вы сбежали в Доминион, предложив свои услуги в области военного кораблестроения, но по причине отсутствия опыта по профильному направлению, были зачислены в отдел разработок передового лучевого вооружения по ходатайству инженера Рейеса в качестве военнообязанного инженера-стажера. Однако, все это никоим образом не влияет на ответ на вопрос, который я вам задал минутой ранее. Надеюсь, мне нет необходимости его повторять?

Да лучше было бы сразу записать на экране деки, потому что эмоции бьют фонтаном.

А желание не опозориться в лице Верховного Главнокомандующего так велико, как и тяга к строительству боевых кораблей.

— Сэр, разрешите говорить откровенно? — набрал воздух в грудь Александр, чувствуя, как внутри него все трясется.

— Иного не предусмотрено Уставом, — заметил Траун.

— Сэр, протонно-лучевое оружие — это тупиковый путь развития технологии компактного суперлазера, — выдохнул молодой человек.

Собственно, человеком он был лишь отчасти, имея в далеком прошлом предка-сефи.

Что в нем выдавали заостренные уши — предмет дразнилок и обзывательств в детстве.

— Поясните.

— У нас имеется пример крайне неэффективного примера лучевой технологии, — пояснил молодой инженер. — Максимальная дальнобойность оружия, которую мы достигли, используя в качестве источника питания реактор солнечной ионизации — это двадцать пять стандартных единиц. При полной загрузке реактора. Иными словами, использование этой технологии в качестве корабельного вооружения приводит к тому, что для накопления энергии выстрела кораблю придется лишиться питания на пять стандартных минут от главной энергетической установки. А это значит, что пять минут звездный разрушитель или любая другая платформа с таким источником питания, будет существовать только за счет питания энергии запасными реакторами или батареями. Мощность защиты проседает пропорционально по кривой в прямой зависимости от времени перезарядки оружия. Иными словами, на близкой дистанции от корабля противника, звездолет-носитель должен будет пять минут находиться на сниженном энергопитании для того, чтобы нанести удар энерго-лучевым комплексом.

— Который может одним выстрелом уничтожить звездолет противника, — напомнил Траун.

— Если корабль не больше размерами чем тяжелый крейсер — да, — закивал Александр. — А так же это зависит от качества брони, мощности вражеского щита и так далее. Оригинал — протонно-лучевой оружие, не обладал той же разрушительной силой, что и наше изделие — он лишь повреждал корпус с практически незначительным заброневым тепловым воздействием. Потому и тратились на него лишь небольшие ресурсы главной корабельной установки. Мы же, в соответствии с техническим заданием, построили изделие с максимальной эффективностью непрерывного луча… Сэр, это просто неэффективно.

— В том числе и при дросселированном использовании установки? — уточнил Траун.

— В таком случае эффективность падает в разы. Разрушительность луча основана в первую очередь на объеме плазмы, который передается непрерывно в ходе атаки. Дросселированный тип луча, вроде гигантского турболазера, приведет к созданию… Ну, обычного планетарного турболазера вроде w-165, но мощнее его в пять раз.

— Иными словами, вместо рабочего экземпляра суперлазера «Звезды Смерти» мы получили свою версию планетарного турболазера?

— Почти так, сэр. Но, я бы назвал это «планетарным супертяжелым лазером», потому как за один выстрел, например, он может лишить кореллианский корвет щита, а вторым — пробить его корпус. Вдоль.

— А в том случае, если корабль не будет прикрыт щитом? — уточнил гранд-адмирал.

«Значит его командир — идиот», — подумал Александр.

— Базовый заряд нанесет существенные повреждения даже самой крепкой броне. Но, опять же — характер разрушений зависит в первую очередь от качества брони, размеров корабля, количества заброневых перекрытий, потому как ослабление заряда идет по экспоненте. Формула проста — чем больше препятствий, тем сильнее ослабляется заряд.

— Леди Варнилиан в своем рапорте указывала, что вы внедрили в изделие функцию регулировки заряда, — как бы между прочим произнес Траун.

— Да, сэр, — стушевался Александр. — По большей части баловство, но, я подумал, а почему бы, например, не иметь возможность регулировки мощности заряда? Хотелось за счет этого получить большую дальнобойность, но эффект рассеивания безжалостен, да и тепло потеря…

— Значит, наша установка может стрелять как мощными, так и практически бесполезными зарядами малой мощности?

— Да…

— Для их использования так же потребуется накопление всего заряда реактора солнечной ионизации в буфер установки?

— Эм… Нет, сэр. На минимальной мощности можно будет и вовсе питать установку напрямую от реактора.

— Что не поставит наши корабли в беспомощное положение в бою с противником. Скажите, для разрушения астероидов или близкой им по структуре вещества потребуется так же полный заряд установки?

Они почувствовал, как его сердце готово выпрыгнуть из груди и убежать куда-то в пятки.

— Нет, сэр. Если мы рассматриваем каменистый астероид, без металлизированных примесей, то плотность