Джеймс Лучено - Под покровом лжи

— Закреплен на корпусе меньшего челнока и продолжает функционировать, учитель, — ответил Оби-Ван. — Вам снова удалось предугадать действия капитана Коула.

— Я просто знал, что делаю, падаван. Оби-Ван потянулся к приборам и мечтательно улыбнулся.

— Хотел бы я сейчас увидеть физиономию Коула…

Челюсть Коула упала на грудь, да так там и осталась: на его глазах корабль преследователей опоясала цепочка небольших взрывов. Внутри оказался бескрылый кореллианский «ланцет», весь — от кончика заостренного носа до граненого хвоста — окрашенный в откровенный кармин.

— Цвета Корусканта! — ошарашено выдохнул Бойни. — Департамент юстиции.

— Повторяет каждый наш маневр, — доложила Релла, которая вела корабль сквозь рой грузовых капсул и свободно плавающие скопления ломмитной руды.

— Настигает, — уточнил Бойни.

Релла наотрез отказалась признавать этот очевидный факт.

— С каких это пор пилоты департамента юстиции вытворяют такие фортеля?

— А кто ж там еще может быть пилотом? — хмыкнул один из боевиков. — Уж точно не неймодианец.

Коул встретился взглядом с Реллой.

— Джедай? — хором выпалили они оба.

Коул подумал и покачал головой.

— Что здесь делать джедаям? Мы не на территории Республики. А кроме того, никто — то есть ни одна живая душа — не знал об этой операции.

Бойни и остальные как-то слишком поспешно закивали.

— Капитан прав. Ни одна душа.

Вот только голос Бойни звучал настолько фальшиво и неуверенно…

Коул внезапно осознал, что все внимательно на него, Коула, смотрят.

— Никто, Коул? — многозначительно спросила Релла.

Он набычился.

— Во всяком случае, никто за пределами «Невидимого фронта».

— Ну, может, им Сила нашептала, — пробурчал Бойни.

Релла внимательно изучила показания приборов.

— У нас еще есть шанс догнать «Нетопырку».

Коул придвинулся ближе к опоясывающим челнок иллюминаторам.

— Где она?

— Держится у точки рандеву над полюсом Дорваллы, — ответила Релла. Поскольку капитан опять надолго замолчал, она добавила: — Ну, пока ты не решил, что нам делать, я полетаю кругами.

Коул повернулся к Бойни.

— Запусти сканирование поверхности корпуса.

— Сканирование поверхности? — с сомнением в голосе спросил Бойни.

— Живо! — рявкнул Коул.

Бойни склонился над приборной панелью, потом резко выпрямился в кресле, сообщив:

— На нас «жучок»!

Коул прищурился.

— Они рассчитывают сесть нам на хвост.

— Поправка, Коул, — сказала Релла. — Они уже у нас на хвосте.

Коул сие замечание проигнорировал и снова повернулся к Бойни.

— Сколько времени осталось до взрыва «Дохода»?

— Семь минут.

— Можешь рассчитать пространственные параметры взрыва?

Бойни и Релла беспокойно переглянулись.

— В определенном приближении, — выдавил родианец.

— Считай. И выдай мне максимально точную оценку радиуса взрыва и плотности облака обломков.

Бойни напряженно сглотнул.

— Даже самая точная оценка, которую я смогу рассчитать, будет давать погрешность в плюс-минус пару сотен километров, капитан.

Коул некоторое время молчал, осмысливая услышанное. Потом поднял взгляд на Реллу.

— Поворачивай. Резко. Она уставилась на него.

— Это доказывает, что ты все-таки сошел с ума.

— Ты слышала, что я сказал, — рыкнул Коул. — Мы возвращаемся обратно к грузовозу.

Даултай Дофайн неуклюже выкарабкался из бочки спасательной капсулы прямо в магнитном шлюзе ангара «Владельца», куда привел ее луч захвата. Навигатор и остальные члены его команды вышли вслед за ним.

Шкипер Лагард уже ждал их, чтобы встретить.

— Это большая ч'есть для нас — выруч'ить из б'еды столь важную п'ерсону, — сказал Лагард.

Дофайн с грехом пополам привел в порядок складки своей мантии и принял приличествующую рангу позу.

— Да уж, н'е сомн'еваюсь, — прошамкал он. — Вы сд'елали то, о ч'ем я просил?

Лагард указал на неймодианское самоходное кресло, которое, по-видимому, должно было доставить Дофайна на мостик.

— Вице-король жажд'ет услышать ваш доклад. Как и я, шкип'ер.

Дофайн молча протиснулся мимо Лагарда к креслу. Не успел он усесться, как оно двинулось в сторону центросферы — несомненно, по приказу Лагарда.

Это забавное и неимоверно дорогое устройство производил транспортный дом Аффодиев с самой Изначальной Неймодии. Задняя пара серповидных ног у самоходного кресла завершалась когтистыми ступнями, а пара ведущих конечностей была многосуставчатой, напоминая лапы членистоногих. Металлические поверхности покрывали выгравированные при помощи лазера изображения священного жука королевского дома Неймодии. В равновесии вся конструкция поддерживалась при помощи гироскопа. Сие сооружение с высокой спинкой являлось скорее символом общественного статуса своего пассажира, нежели практичным видом транспорта. Но Дофайн быстро сообразил, что кресло его положение не спасет.

Там, куда его с такой помпой доставили, обнаружилась круглая голопластина, проецирующая уменьшенное изображение вице-короля Нуте Ганроя, главы Неймодианского Узкого Круга, члена. директората Торговой Федерации и прочая, и прочая, собственной персоной. Изображение пересекали диагональные полосы помех межзвездного происхождения.

— Государь, — почтительно склонил голову Дофайн… и едва успел поймать кресло, которое решило поковылять куда-то по своим делам.

Вице-король и прочая-прочая-прочая отличался выступающей нижней челюстью и от рождения презрительно оттопыренной нижней губой. Его выпуклый лоб делила строго на две половины глубокая вертикальная борозда — следствие особой глубины мозговых извилин. Его кожа всегда имела здоровый серо-голубой оттенок — следствие постоянных массажей и употребления в пищу изысканнейших грибов. Его красные и оранжевые одеяния ниспадали величественнейшими складками, вместе с не менее величественным коричневым стихарем, свисающим до самых королевских колен. На его монаршей шее сияло ожерелье из каплевидных слитков электрума. А на его царственной макушке безупречно сидела черная трехлепестковая тиара с парой ниспадающих шлейфов.

— Что за крайняя н'еобход'имость заставила вас обрат'иться ко мн'е, шкип'ер Дофайн? — соизволил осведомиться Ганрой.

— Государь, мой скорбный долг сообщ'ить вам, что «Доход» был захвач'ен боевикам'и «Невидимого фронта», — с неподдельной трагичностью в голосе признался Дофайн. — Груз ломм'итной руды пар'ит в пространств'е. И сейчас, пока я говор'ю с вами, взрывное устройство отсч'итывает посл'едние с'екунды, прежде ч'ем нанести смерт'ельный удар кораблю.

Тут Дофайн сообразил, что так и не удосужился отцепить таймер. Он высвободил руку из просторного рукава.

— Значит, капитан Коул вновь наносит удар, — без выражения произнес Ганрой.

— Да, государь. Но у м'еня есть и еще бол'ее гор'естное известие, — Дофайн глянул по сторонам, в надежде, что Лагард обретается где-нибудь за пределами слышимости. Но, разумеется, он был тут как тут. — Тайн'ик со слитками ауродиума, — выдавил он в конце концов. — Каким-то образом Коулу стало изв'естно о н'ем. У м'еня не было другого выхода, кром'е как пер'едать ему слитки.

Дофайн был готов к самому худшему. От стыда он опустил голову, делая вид, что присматривает за своевольным самоходным креслом. Но вице-король поразил его.

— Ваша ж'изнь и ж'изнь ваш'его эк'ипажа был'и в опасности.

— Им'енно так, Ваше в'еличество, — пролепетал Дофайн.

— Тогда вам неч'его стыдиться, Дофайн, — молвил Ганрой. — То, что произошло с'егодня, послуж'ит процв'етанию Торговой Фед'ерации и благу неймодианцев.

— Процв'етанию, государь? — ошеломленно заморгал Дофайн.

Ганрой кивнул.

— Приказываю вам принять командование «Владельцем». Отзовите истребители и выводите корабль из битвы.

— Коул направляется обратно к грузовику, — сообщил Оби-Ван, сидя за приборной панелью истребителя судебного департамента. — Может ли быть так, что он заставил грузовик избавиться от груза, хотя кораблю и не угрожала реальная опасность?

— Сомневаюсь, — сказал Куай-Гон, изучавший обстановку сквозь транспаристиловый колпак кабины «ланцета». — Все корабли огневой поддержки Коула, даже корвет, отошли на безопасное расстояние от «Дохода».

— И правда, учитель… даже «Владелец» старается держаться подальше.

— Из этого мы можем смело заключить, что грузовик обречен. И тем не менее капитан Коул на полной скорости движется прямо к нему.

— Как и мы, учитель, — рискнул добавить Оби-Ван.

Но Куай-Гон, казалось, не слышал его.

— Интересно, что у Коула на уме? — рассуждал он вполголоса. — Отчаянные поступки вовсе не в его характере, Оби-Ван. Не говоря уже о самоубийстве.