Павел Шек - Новый мир

Ознакомительный фрагмент

Нямкас убрал меч в сумку и извлек из нее длинный боевой нож. Коротким движением он порезал себе предплечье. Довольно глубоко. Кровь сильным потоком хлынула из раны. Нямкас скривился и отпил немного из красной склянки. Порез на глазах затянулся, а Нямкас блаженно вздохнул.

— Вот так вот.

— Разрешите. — Чиафредо взял кинжал и таким же движением порезал себе руку. — Да, боль действительно тупая. Неприятно, конечно, но терпимо. А как с потерей крови?

Кровь из пореза лилась в небольшую медную тарелку, предусмотрительно поставленную Нямкасом на стол, чтобы не запачкать ковры в кабинете.

— Восстанавливается, — кивнул Нямкас. — Тут все зависит от силы зелья. Можете уже пить.

Чи одним глотком выпил всю склянку.

— Только прошу, не экспериментируйте с этим, — предупредил Нямкас.

— Были случаи? — Чи вопросительно приподнял бровь.

— Были. Некоторых это доводило до «дурки», так что осторожнее.

— А жреческая магия? Действует так же? — уточнил Чи.

— Результат гораздо эффективнее. И спектр заклинаний шире. Жрец может лечить любые болезни. От расстройства желудка до сибирской язвы, если она тут водится. Да и не только лечебная магия. Жрецы могут накладывать благословенную магию, усиливающую соратников. В жреческой магии несколько направлений. Можно выбрать любое. Подробнее вам объяснят в храме. Кстати, вы, случаем, не врач? — прищурился Нямкас.

— Хирург. Главврач районной больницы.

— Никому об этом не говорите, — серьезно сказал Нямкас. — Дело в том, что профессиональных жрецов очень мало, и они высоко ценятся. Это вам не дилетант-жрец, который не может отличить внутреннее кровотечение от перелома. Медиков, врачей обычно забирают к королю и пристраивают там на работу. Пакостное место, хочу вам сказать. Если будут спрашивать, говорите, что медбратом работали или санитаром. Таких не трогают.

— Спасибо, что предупредили, — кивнул Чи. — Скажите, я могу стать жрецом? Эльф в замке говорил, что наша будущая профессия уже определена при появлении в этом Мире.

— Сможете, — уверенно кивнул Нямкас. — С вероятностью девяносто восемь процентов. Я еще не встречал ни одного врача, который махал бы мечом. Распределение при появлении как-то связано с нашим подсознанием. Если вы долгое время работали хирургом и оперировали людей, то, вероятнее всего, станете именно жрецом. Я работал математиком. У меня все мышление построено на логике и оценке. Вот я и стал танком. Маг из меня бы не получился.

— Танком? — переспросил Чи.

— Танк, персонаж-воин, сдерживающий врагов, пока отряд убивает их издалека, — пояснил я. — Обычно у мага очень мало жизней и он не носит броню, так что в ближнем бою его легко убить. Как и жрецы, лучники, убийцы и тому подобные небронированные классы. Тут и нужен танк, чтобы отвлекать дракона, пока маги и лучники того убивают. Жрец же нужен, чтобы танк не умер. Жрец должен вовремя лечить воина. Это самая лучшая группа. Один отвлекает монстра, второй его лечит, и еще несколько игроков убивают монстра.

— Неприятная работа, — недовольно сказал Чи.

— Что поделать, — развел руками Нямкас, — Василий делает неплохие обезболивающие зелья. С ними я почти не чувствую боли. Даже если мне отрубят руку. А еще Василий делает замечательные пешие зелья. Они позволяют делать долгие переходы пешком, не уставая. Думаю, для вас они будут наверняка полезны. Пока у вас первый уровень, мы не сможем отправиться в серьезное путешествие, так что я помогу вам на первых порах. Как только вы приблизитесь к тридцатому уровню, мы будем охотиться на более крупную добычу.

— А какие уровни у вас? — спросил я.

— У меня пятьдесят четвертый. У Неко сорок девятый. У Василия двадцать второй. Но он с нами почти не ходит, поэтому в уровне не поднимается. У Маруси тридцать восьмой. Она с нами также не ходит, я не позволяю. Пусть лучше за домом смотрит.

— То есть за столько лет вы смогли поднять только пятьдесят уровней? — поразился я. — Сколько же времени мне потребуется, чтобы достичь сотни?

— Ну с вашим появлением рост пойдет куда быстрее. Как у нас, так и у вас. — Он улыбнулся. — Да и не в уровне дело. Понимаете, это ведь игра. Тут есть герои и есть местные жители. Бессмертие и жажда новых уровней гонит людей, заставляя желать все больше и больше. Это как наркотик. Со временем люди перестают быть таковыми и становятся просто механизмами этой системы. Теряют свою человечность. Вот поэтому я и не гонюсь за уровнем. И вам не советую. В этом мире сложнее всего остаться человеком. Это гораздо труднее, чем поднять сотый уровень. Хорошо, а теперь карта. Я дам вам по одной копии. Поместите ее в свою сумку. Использовать ее нужно так же…

На следующее утро я встал поздно. Сказывался стресс и половина ночи без сна. Как сказал Нямкас, первый день нам с Чи надо будет посидеть дома. Наша раса все еще не определилась, а без этого идти в храм или другие гильдии, получать профессию, было слишком опрометчиво.

Как выяснилось, Маруся была гномом, точнее, гномой, Вельзевул эльфом, Неко была кровавым эльфом, а Нямкас — человеком.

Неко была очень соблазнительна в своем эльфийском виде и невероятна красива. Вот только взгляд у нее был холодным. Кровавых эльфов от обычных тут отличал более вспыльчивый и язвительный характер.

Маруся предпочитала быть гномой первые восемь часов после сна, а вставала она рано, так что я видел ее в этом виде всего минут двадцать, а потом она стала прежней. Увидев ее утром у плиты, я чуть заикой не стал. Представьте себе бабушку, стоящую на стульчике и готовящую завтрак. Причем ростом она едва доставала мне до пояса.

Завтракал я один, так как остальные либо уже позавтракали, либо еще не просыпались. А так как Неко вставала еще позже меня, Маруся всегда готовила завтрак с учетом режима каждого постояльца. Позавтракав и поблагодарив Марусю, я направился в лабораторию Вельзевула. Не знаю почему, но Маруся сразу просила называть себя именно так. Другие варианты вроде Мария или Маша ей категорически не нравились.

Неко я встретил на лестнице. Она только спускалась завтракать. Я решил, что после Маруси удивляться не буду, но, увидев Неко, впал в ступор, пораженно глядя на нее. Как я уже говорил, в форме кровавого эльфа она выглядела сногсшибательно.

— Д…доброго утра, — пролепетал я.

— Доброго. — Она зевнула, прикрыв рот ладошкой, и прошла мимо меня.

— Вот это и называется «холодная красота», — тихо сказал я, провожая ее взглядом.

Чиафредо уже был в лаборатории, наблюдая за манипуляциями Вельзевула, или Василия, как называли его все за глаза. Василий растирал в порошок какую-то траву в каменной ступке.