План игры - Александр Леонидович Пономарёв

одностворчатый шкаф – вот и вся обстановка. Едва за ним захлопнулась дверь, он улегся на кровать, но толком отдохнуть не удалось. Десять минут спустя снова защелкал дверной замок и в комнату вошел Карпентер.

– Не узнаешь? Я и сам себя, бывает, в зеркале не узнаю, – усмехнулся полковник и потрогал уродливый шрам на лице. Он подвинул к себе стул и уселся, по-хозяйски закинув ногу на ногу.

Андрей снова вгляделся в его лицо и с трудом подавил в себе удивленный возглас. Под маской иностранного наемника скрывался давно известный ему Борис Столяров. Вместе они тянули нелегкую армейскую лямку на Кавказе во время второй чеченской и не раз лезли под пули, спасая друг друга. Андрей не заметил, когда в душе Бориса созрело то лютое, непроглядное зло. Не увидел, когда тот из воина-защитника превратился в безжалостного убийцу ни в чем не повинных мирных жителей затерянного в горах крохотного чеченского села и не успел предотвратить трагедию.

В тот день они с Борисом и еще шестью бойцами отправились на разведку. Командование велело проверить слова перебежчика. Тот утверждал, что американцами в далеком селе устроен схрон для одного из одиозных полевых командиров и что этот самый командир должен не сегодня-завтра появиться за очередной партией провианта, медикаментов и боеприпасов. В случае подтверждения информации группе Андрея полагалось сообщить в штаб и подсветить цель лазером для нанесения точного авиаудара.

Как оказалось, перебежчик солгал. Он заведомо пустил федералов по ложному следу, зная, что за Мухаммедом Абу Аль-Хасаном идет настоящая охота. Реальное местонахождение медийно раскрученного на западе харизматичного боевика никак не могли вычислить. Соответственно, не могли и уничтожить. На это и был расчет. За границей усиленно лепили ореол борцов за свободу вокруг этого и подобных ему командиров, и каждый подобный промах российских спецслужб был нужен как проявление чуть ли не божественной помощи сепаратистам.

Три дня разведчики следили за подступами к селению. Когда все разумные сроки вышли, Андрей взял с собой Бориса, еще двух бойцов и отправился в село, поручив остальным солдатам оставаться на месте и, если потребуется, прийти на помощь. Он хотел разузнать у местных, появлялись ли хоть раз здесь боевики, а заодно проверить каждый дом, благо их тут было не больше пары десятков.

Осмотр домов ничего подозрительного не выявил, равно как и беседы с жителями села. Ни детей, ни молодежи среди них не было. Одни старики да старухи. Все они, как на подбор, оказались радушными и доброжелательными к солдатам. Отвечали на вопросы охотно. Многие вспоминали прошлые времена и горько сетовали, что Союз развалился и в некогда благодатный край пришла беда.

Борис не верил ни одному их слову. Он кричал на стариков. Угрожая оружием, требовал рассказать правду. Андрей, как мог, пытался успокоить приятеля, а когда понял, что Борис на грани, хотел забрать у него автомат, но не успел. Столяров расстрелял жителей одного из домов, куда они недавно зашли, а когда, по приказу Андрея, бойцы попытались обезвредить его, убил их. Потом швырнул под ноги Андрею гранату, а сам выпрыгнул в окно дома, где они находились, и забрал жизни еще троих людей.

Северова спасла молниеносная реакция: он метнулся в соседнюю комнату незадолго до взрыва гранаты и остался жив. А Столяров как сквозь землю провалился.

Андрей не знал, что стало с его бывшим другом, и не раз подумывал, что Борис погиб. Как выяснилось, нет. Только вот время не пощадило его. Некогда густые темные волосы заметно поредели и стали почти седыми. Глубокие морщины пролегли на лбу, возле глаз и около рта. Похожий на ветку коралла уродливый шрам наискось пересекал правую половину лица от виска и до подбородка. Из-за него Андрей и не признал сначала в полковнике Карпентере старого приятеля.

– Ты, конечно, изменился, но не настолько, чтобы я тебя не признал, – сухо сказал Северов. – Сложно забыть того, кто хотел тебя убить.

– Но ведь не грохнул же, – устало сказал Борис.

– Так в том не твоя заслуга.

– Не моя, ты прав. Зато сейчас в моей воле решить, что делать с тобой.

– Хочешь закончить начатое? – холодно усмехнулся Андрей. – Валяй. Я весь в твоей власти. Свидетелей не оставляют, ведь так?

– Не знал я, что ты такой злопамятный, – вздохнул Борис, вставая со стула. – Ладно, побудь здесь, пока я не решил, как с тобой поступить.

Он повернулся к Андрею спиной и вышел за дверь. Снова защелкал замок. Андрей улегся на кровать. Глядя в белый, крашенный масляной краской потолок, он пытался найти выход из непростой ситуации. В том, что Столяров не оставит его в живых, сомнений не было. Первоначальный план летел псу под хвост. Невозможно втереться в доверие к тому, кто намерен избавиться от тебя. Вот если бы поднять мятеж, тогда под шумок можно было бы не только найти Орешкина, но и арестовать Столярова. Военные преступления не имеют срока давности, так что суд и приличный срок ему обеспечен. Главное, доставить его на Большую землю, но для этого надо сперва выбраться из заточения.

Андрей с сожалением подумал, что зря отказался участвовать в исследованиях профессора Любимова. Больше года назад тот еще был жив и вовсю занимался наукой. В те дни он как раз тестировал систему дистанционного общения без раций, телефонов и прочих технических устройств, активно набирая добровольцев из числа бойцов ЧВК. Участникам эксперимента всего-то надо было дать согласие на вживление крохотных нейроимплантов в кору больших полушарий. Именно этот факт и оттолкнул Андрея от участия в эксперименте: он никому не позволял рыться в своих мозгах. Эх, надо было тогда рискнуть. Возможно, сейчас все было бы по-другому.

– Раньше думать надо было, поздно теперь о прошлом вздыхать, – пробормотал он и энергично потер виски. Это всегда помогало сконцентрироваться. Он еще с минуту пялился в потолок, потом встал и направился к двери. В комнатушке не было туалета. Андрей решил использовать это обстоятельство в своих целях. Он занес кулак и только хотел постучать, как вдруг щелкнул замок и дверь отворилась.

* * *

Снегоходы остановились, когда из тумана проступили неясные контуры зданий. Из машин на снег высыпали бойцы штурмового отряда и небольшими группами устремились к исследовательскому центру. Механики-водители следили за их продвижением по экранам бортовых компьютеров. Они должны были отвлечь на себя внимание в точно рассчитанный момент. Двигатели оглушительно взревели, стоило россыпи зеленых точек оказаться в непосредственной близи от красной окружности с серыми квадратиками внутри. Перемалывая холодную белую целину гусеницами, снегоходы помчались к исследовательскому центру. В тот же миг ожили установленные на крышах машин автоматические оружейные модули.

Рев двигателей, басовитый лай «Утесов» и сердитое уханье сорокамиллиметровых гранатометов