Лучезарное Завтра - Антон Чернов

— Искусственная кислота, на порядки активнее соляной и серной. В металлургии использовали. Ну, я думал, что искусственная. Ничего не понимаю, Свет.

— Если на порядки активнее — то как она в них находится?

— Вот этого и не понимаю, — признал я. — Думаю.

— Изолятор?

— Разве что кремний, точнее — стекло, — припомнил я.

— Так, погоди, Жор. Подтёки на проводах!

— Ну да, но там бы всё проело…

— И они хрупкие! Он разбился!

— Так, ты думаешь — стекло? — уточнил я, на что Светка покивала. — И замедлитель, — уже сам додумался я. — Правда ни черта не представляю, что там за замедлитель должен быть — с водой и кислородом карбонаровая кислота прекрасно реагирует.

— Органика какая-нибудь, — предположила Светка.

— Ну, возможно. Та же кремниевая, хотя и бред — это тараканы, а не пришельцы какие. Но ладно, почему прозрачные — понятно. Почему светятся и такие медленные — тоже. Им просто не нужно никуда торопится. Даже ослабленная кислота чертовски сильная. Но недостаточно, чтоб прожечь нержавейку обплётки, — припомнил я подпалины.

— А человеку как?

— Да как обычная сильная кислота, соли нетоксичны.

— А светится?

— А они, похоже, нержавейку жрут, Свет. Медленно — но быстро им и не надо. Царапины — от крыс, а точки от тараканов. Ну и подтёки.

— А свечение — реакция металла, — поняла Светка, на что я кивнул. — Но химзащита помогает — я думала санитары в броне, а это именно химзащита.

— Я тоже думал броня, но хреново помогает. Рваный комбез помнишь? Похоже биофибра держит эту смесь, но теряет прочность — думаю, полимеры окисляются, остаётся просто ткань.

— А там — крысы, грызущие бетон. Симбиоз?

— А фиг знает, Свет, но мне всё это не нравится. Стеклянные, блин, светящиеся кислотные тараканы! — возмутился я.

— Да уж, почти смешно. Но они не просто неагрессивные, Жора. Они не могут быть быстрыми!

— Разобьются, да, — признал я.

— Давай попробуем найти тебе крыс, — решительно заявила Светка.

— Кислота тебе опаснее, чем мне.

— Комбинезон химзащиты, — похлопала по названному андроид. — И я не говорю — умереть за крыс, — хихикнула она. — Просто посмотреть, раз уж спустились. Если что — вернёмся.

— Ну-у-у… давай попробуем. Только очень аккуратно, держимся подальше от стен!

— Само собой, Жора. Мне пока в химчистку рановато.

И потопали мы обратно в коридор. Авантюра, конечно… но мне в собственных глазах надо было реабилитироваться — я реально до дрожи испугался, надеюсь — не показал. Просто видел как-то как капля этой кислоты попала на пустотный костюм товарищу. Испаряясь в вакууме, но проделать сквозную дырку в предплечье и противоположной стороне комбеза ей это не помешало.

Товарища вытянули, даже руку залечили, но его крик до сих пор пробирает в воспоминаниях, а уж скорость окисления этой дряни — пугает до судорог.

Но бояться — неправильно. Со страхами надо бороться, у меня и так со всякой мерзостью щупальцастой проблемы!

И вот идём мы, тихо, аккуратно, от стенок подальше держимся. И вдруг — крыса. Сантиметров тридцати длинной, здоровая, жирная, чёрная. В подпалинах-ожогах, точнее, шрамах от них. И привстала на задние лапы, ушами шевелит, смотрит на нас бусинками глаз.

— Противная какая, но надо, — сопроводил я комментарием выстрел из “гада” в башку твари.

Чудес не случилось, пистолет чихнул пулей, башка кусками полетела в коридор, а тушка, кровоточа, шмякнулась на пол.

— Стоп. Вибрация! — напряжённо оповестила Света.

— Вижу, — ответил я, видящий если не орду, то ощутимую группу живности за поворотом ответвления коридора впереди. — Стоим тут, Свет. Тараканов почти нет, спокойнее, — указал я на практически лишённые стеклянных насекомых стены.

Светка согласно кивнула. Стоим мы, значит, с оружием наготове. Метрах в четырёх впереди видим поворот в отнорок, за углом которого скопилась масса животин, не могущих быть никем, кроме крыс. Минуту стоим — нулевой эффект. Не нападают, стоят, копошатся за стеной.

— Ждут, когда мы подойдём, чтобы накинуться, — констатировала Света, — И пересвистываются.

— М? — уточнил я.

— Ультразвук, Жора. Прости, перевод не дам, не в тех яслях училась.

— Прощаю, — хмыкнул я.

— Ты замечательный, Жора, — застервозничала Светка. — Но модуляции свиста явно осмысленные, понимаешь?

— Речь? — уточнил я.

— Не настолько сложные. Что-то уровня высших киноидов.

— Всё равно поумнее обычных крыс, — констатировал я, — И не нападают, паразиты такие, ждут, когда подойдём.

— А мы подойдём? — с ощутимым скепсисом поинтересовалась Света.

— Ну у меня желания нет. Их зубы на нержавейке были, не хочу им в пасть лезть, — ответил я, — Давай подождём минуты три-четыре. Если не полезут — то и фиг с ними. Вернёмся, попробуем в следующий раз.

— Если он будет, Жор. Но согласна, разумно.

— Не будет — и ладно. Не так уж мне эта умная кожа и нужна, — с некоторым сожалением ответил я.

Ну, всё-так, мощная она штука. И даже не только в увёртливости дело — можно исходить секретом, типа ионнобменного. То есть и себя от части ионизации защитить, и наружу, если заражён, сильно не выпускать. Полезная химера, в общем. Но если сейчас дуром полезть, можно и без обычной кожи остаться, об умной даже не говоря. Нам такого не надо.

И вот, стоим мы, а из-за угла выбегает крыса, получает пулю из светиного пистоля — я даже не целился, Светке удобней было. Вот, попала, зверюга у стенки падает, валяется.

— Ещё подождём, — подумав, выдал я. — Патронов у нас навалом, — скинул я рюкзак, ставя его у стены, где таракашек не было.

— Хорошо, — не стала спорить Света.

Стоим, ждём. Минута, две. На третью — быстрый взмельк, двойной выстрел: уже от меня и Светки, две дохлые крысы в результате. Как ловко вышло-то.

— Этак мы их всех перебьём тут, как в тире, — порадовался я.

И, похоже, накаркал. Хотя не верю в суеверия, но тут очень похоже вышло. Из-за угла рвануло полтора десятка крыс. Причём очень странно — пара побежала от нас, а дюжина или чуть больше — рваными прыжками к нам, сокращаясь в числе от наших пуль.

И вроде всё нормально, но тут мы со Светкой отпрыгнули к стенам, а я просто забил на последнюю крысу, всё потому что по коридору прямо в нас пролетели два светящихся пятна-таракана, не слишком быстро, но и не медленно. И мимо. Шмякнулись вдали, разбились.

— Они ещё и летают, как неудачно, — констатировал я.

— Неприятно, — признала Света. — Жор, — тыкнула пальцем она мне в пузо.

Я глаза опустил: крыса. Вцепилась в куртку в районе живота своими зубищами, повисла на них и грызёт. Толку